Чтение онлайн

— Завтра? К чему такая спешка? А как же планомерная осада и все такое прочее?

Граф изучающе посмотрел на меня:

— А вы разве не знаете? Лорд Гарг объявил войну королю Йоруму одновременно с вами. Он захватил Западную окраину и взял Изсоур. Так что времени у нас нет. Мы должны соединиться с отрядами герцога Хэмга и Ола Справедливого не позже чем через пять дней.

Что ж, молодец лорд Гарг, подумал я. А я-то боялся, что он не примет всерьез мое письмо. Думал, постарел лорд, образумился. Но нет, все тот же — лихой, веселый, своего не упустит, но и другу всегда поможет.

— Буду откровенен, — продолжал граф после паузы. — Когда человек вашего ранга объявляет войну королю, это неслыханно, согласитесь. Идя сюда, я ожидал увидеть сумасшедшего. Самоубийцу. Но вы, как мне кажется, в здравом уме… Это наводит на размышления.

Рассмеявшись, я спросил, не озадачивает ли его поведение короля, который собрал против меня, ничтожного, целую армию и не поленился лично привести ее в такую даль.

— Это легко объяснить, — сказал граф. — Во-первых, мы опасаемся, что вас поддержит местное население.

— Не исключено, — ответил я. — Они думают, что я, как Зэ-Боброзуб, начну раздавать землю крестьянам.

— Вот видите. А во-вторых… — Граф понизил голос. — Говорят, ваш замок был построен меньше чем за год и тут не обошлось без колдовства.

Я засмеялся заливистей прежнего:

— Ну не ожидал от вас! Образованный человек, а туда же. Так, пожалуй, выяснится, что вы верите в огнедышащих драконов и лошадей с двумя головами.

Граф хитро прищурился и погрозил корявым пальцем:

— Не проведете, юноша! Если не ошибаюсь, гарнизон ваш составляет что-то около двадцати солдат. Верно?

Я ответил, что в замке всего двадцать два человека, считая слуг и кухарок.

— И вы с ними собираетесь сражаться против трехтысячного войска, — весело подхватил граф. — Вы плохо подготовились к встрече с парламентером, юноша. Вам следовало обдумать, как вести себя, если уж затеяли нас обмануть. Впрочем, вам вряд ли удалось бы меня убедить, что замок ваш построен не колдуном и ничем не напоминает жуткие крепости, вроде Черного Храма. — Граф подался вперед. — Семь признаков, по которым можно распознать заколдованную постройку, присутствуют у вашего замка все как один. Я опытный человек, и я вижу. Король в ловушке, верно?

Мысленно чертыхнувшись, я хлопнул ладонью по столу и заявил, что разговоры ни к чему не приведут:

— Король может штурмовать замок хоть завтра, хоть прямо сейчас. Или пусть убирается, чтоб духу его не было на этих землях. В таком случае все узнают, что он не только подлец, но и трус. И прекратите меня называть юношей. У меня есть имя. И титул.

Графские усы и борода неопределенно зашевелились — то ли он поморщился, то ли криво улыбнулся.

— Вы скверный дипломат, любезный князь. Все ваши неприятности происходят только из-за этого. Будь у вас советчик, мудрый, знающий жизнь… Вы так молоды, и перед вами такой огромный, бескрайний простор…

Я насторожился. Граф выходил на какую-то новую тему и, кажется, готовился изложить то, ради чего и пришел сюда. Он налил себе еще, сделал хороший глоток и произнес, глядя вдаль:

— Даугтер — удивительное место. Вспоминая годы, проведенные здесь, я прихожу к мысли, что нигде и никогда больше не был свободным. Только здесь. В изгнании. Почти что в заточении. Я всегда чувствовал огромный, бескрайний простор. И ничего в этом нет удивительного, юно… э-э… князь. Здесь у меня была свобода размышлять. Я мог думать о чем угодно, а это, согласитесь, главное.

— Это не главное, — ответил я и добавил слышанную еще от отца фразу о том, что нет толку в раздумьях, ибо раздумьями славу не добудешь.

— А я полагаю, что нет толку в необдуманных поступках и бессмысленном риске, — сказал граф. — И заметьте, мы оба не правы. Истина, как всегда, находится где-то посередине. Скажем так: мои идеи, помноженные на вашу смелость и волю.

Вот оно, подумал я. Идеи. Да еще помноженные. А ведь почтенный пожилой человек, пора бы и успокоиться.

— Слышал бы король ваши речи, наверняка бы пожалел, что облагодетельствовал вас так опрометчиво, — сказал я. — А что за идеи?

И не успел я глазом моргнуть, как граф Дарга, отнюдь не последний человек в государстве и любимец его величества, изложил мне план дворцового переворота. Заговор, по его словам, зрел уже давно, ибо король Йорум так же пригоден к управлению государством, как он, граф Дарга, к пляскам на канате. А полоумный наследник — еще одно подтверждение тому, что династия изжила себя. В число заговорщиков входят представители самых знатных фамилий, которых граф мне называть пока не будет; единственное, что он сейчас может сказать, — это люди достойные и могущественные. Все они сходятся на том, что стране необходим властитель, подобный Горну Восьмому. И нужен он немедленно, иначе страна просто перестанет существовать.

— По первоначальному замыслу на престол должен был взойти Гич Эрри. Но наши противники сделали ход первыми — Эрри погиб на охоте при весьма странных обстоятельствах.

— Досадно, — сказал я. — И кого же теперь прочат на роль Горна Восьмого?

— Рассудите сами. Это должен быть человек, ненавидящий короля, человек воинственный и решительный, человек, который способен…

Граф ярко обрисовал характер Горна Восьмого, при этом многозначительно поглядывая на меня. Я выслушал и сказал, что таких людей сейчас нет, во всяком случае, я таких не знаю.

— А я знаю, — ответил граф, сверля меня глазами.

— В самом деле?

— Не притворяйтесь, это у вас плохо получается. Вы плохой дипломат, я уже говорил. Но вы воин, способный возродить славу империи. У Йорума ржавчина в крови. Он уже не знает, зачем ему власть. С каким трудом мы уговорили его лично принять участие в этом походе! Возглавить, так сказать… Не он привел нас сюда, а мы его. Теперь все зависит только от вас. Под этими стенами не только ваши враги, но и люди, которые хотят помочь вам. Остается только обдумать нашу совместную тактику, верно? — Граф прищурил глаз.

— Нет. Но излагали вы убедительно, еще немного — и я бы поверил.

— Клянусь… — начал граф.

— Хач! — громко позвал я.

Хач вломился, чуть не сорвав дверь с петель. Увидев, что мне ничто не угрожает, он остановился и, набычившись, уставился на графа.

— Если со мной что-нибудь случится, это вряд ли пойдет вам на пользу, — поспешно сказал тот.

— Запрешь господина графа в Алой, в винном погребе, — приказал я.

— А тех, что во дворе, — того? — с мрачной готовностью спросил Хач.