Чтение онлайн

Макс был очень богатым человеком, но даже не представлял, сколько денег у него лежит на счетах. Этим занимались специальные люди, а ему было важно иметь ресурс, чтобы снаряжать экспедиции за редкими растениями и покупать оборудование.

Растения были уникальными стихийными накопителями, и в каждом изначальные элементы были представлены в пропорциях, определявших их конечные свойства. Те, в которых было много Огня, согревали, много Воды — охлаждали. Можно было просто перемешать их, как советовали многочисленные справочники по народной медицине. А можно было делать то, что делал профессор Тротт. Вычислять предварительно необходимые дозы. Смешивать их так, чтобы свойства не терялись, а дополняли друг друга. И закреплять магически, переплетая стихии в кристаллический замок.

Загорелся огоньком таймер, и природник, поправив наушники, в которых грохотал тяжелый рок, аккуратно перевернул измельчитель, надел на горлышко пробирку, открыл глазок «воронки» в крышке прибора, и зеленовато-бурая масса медленно потекла по стеклу вниз. Еще три минуты, и все компоненты будут готовы.

Но судьба распорядилась по-иному.

Он скорее почувствовал, чем увидел, движение сзади, прежде чем кто-то схватил его за плечо, ушел вниз, упав на колено, и, не глядя, ударил назад электрической дугой, от которой пробирки стали лопаться, выплескивая бесценные, добытые с таким трудом вытяжки, приборы заискрили, а наушники так вообще лопнули, оглушив его треском и скрипом. И только после этого обернулся.

— Твою ж мать! — немного дымящийся Мартин грязно выругался, снимая покореженный щит. — Малыш, ты натуральный псих, придурок бешеный! Мало того, что я твою защиту на дверь минут десять ломал, искололся весь, так ты меня еще и чуть не поджарил! А если б это был не я, а юная дева с цветами? Или курьер какой-нибудь? Где б тело прятал? Как у тебя вообще с твоими нервами хватает выдержки бесконечно возиться с этими цветочками?

И он повел рукой, указывая на загаженную и искрящуюся лабораторию. Макс с брезгливостью посмотрел на потеки вытяжек, над которыми он работал последний месяц.

— Я тебя сейчас убью, — спокойно сказал он, снимая оплавленные перчатки. — Вот этими руками убью. Или нет, сначала заставлю все убрать, а потом убью.

— Да погоди ты убивать, — отмахнулся блакориец, оглядывая подпаленную одежду. — Какого ты вообще заперся, наушники нацепил, друг зеленых насаждений? Мы до тебя дозваться не могли, вот и пришлось ломиться. На Данилыча опять напали, пошли, надо след снять. Вики там пока держит, не дает развеяться, а я боюсь, не справлюсь, очень тонкая работа, не для меня.

— Да, тебе только дрова рубить, — огрызнулся Макс, уже понимая, что друг прав. — Пошли. И в следующий раз не трогай меня, когда я работаю. Надо было просто отключить музыку.

Александр ждал их в темноте, сидя на кровати, и Виктория его обнимала, но в этом не было ничего романтического — при телесном контакте легче было отследить ментальное воздействие и «законсервировать» его.

— Ну наконец-то! — зашипела она на Мартина, сузив глаза. — Ты что, по дороге к бабе какой решил заскочить? Двадцать минут держу, уже голова раскалывается, а ты три шага за это время сделать не смог?

Фон Съедентент, на удивление, ничего не ответил, шагнул влево, пропуская Тротта из зеркала, уселся в кресло.

— Макс, — Виктория ослепительно улыбнулась ему, и блакориец чуть поморщился, — без тебя никак, извини. Принимай клиента.

Тротт опустился перед Алексом на корточки, взял его за виски, и Вики разжала объятия.

— Пока не говорите ничего, — предупредил инляндец, закрывая глаза и уходя в субреальность сна.

Друзья послушно молчали, и секунд через тридцать природник сделал долгий выдох и проснулся. Ни слова не говоря, вышел из комнаты в ванну, раздался шум льющейся воды — видимо, мыл руки, затем вернулся.

— Значит, так, — сказал он, — их было двое. Один посильнее, скорее всего, мужчина, второй послабее, думаю, совсем неопытная женщина. Или очень молодая. Уходили медленно, наследили хорошо. Ментальный след тянется в сторону общежития. Конкретно кто, не скажу, оба сейчас бодрствуют.

— Двое, — кивнул Александр. — Во сне тоже было двое. Значит, зона поиска сужается. Одно меня беспокоит — насосаться успели изрядно, как бы не ошалели и не начали пить окружающих.

— Я сейчас вернусь и пройду по этажам, послушаю, — Вики сочувственно погладила его по плечу.

— Дай мне поставить тебе щиты, Вики, — Мартин нахмурился, покачал головой. — Если уж Данилыча пробили, то тебе и подавно опасно там рядом находиться.

— Сама справлюсь, — отмахнулась от него Виктория. — Макс, как ты это делаешь? Без тебя бы ничего не вышло.

— Это моя специализация, — так же спокойно, как и раньше, произнес инляндец. — А от щитов ты зря отказываешься, не глупи. Ты с ними не сталкивалась, а мы — да. И, кстати, в том, что вам пришлось ждать, Мартин не виноват. Я не слышал вызов, и ему пришлось ломать дверь в лабораторию.

И он выжидательно посмотрел на черноволосую красавицу. Та по своей привычке закусила губу.

— Извини, Мартин, — с трудом сказала она наконец. — Я была неправа.

Тот махнул рукой.

— Да я уже привык, Виктория, не извиняйся. Ты мне подала отличную мысль — сейчас поставлю тебе щиты, уложим Данилыча баиньки, и по бабам, по бабам.

— Это к принцессе, что ли? — ядовито процедила профессор Лыськова. — Уже полгорода гудит, что ты с ней встречаешься. Не боишься, что принц-консорт тебе руки оборвет? Или она сама не против, чтобы ты ее лапал? Любит потасканных мальчиков?

— Виктория, прекрати, пожалуйста, нести чушь, — непривычно жестко сказал Мартин, и она осеклась. — Марина хороший человек, прекрасная женщина, и не заслуживает твоего яда. И я не собираюсь с тобой ее обсуждать.

Вики обиженно фыркнула, но замолчала. Молчали и остальные, с удивлением глядя на друга, пока тот ставил щиты — сначала на Викторию, потом на Александра. Закончил, кивнул Максу.

— Пошли, пострадавший. Выдашь мне тряпку, будем отмывать твою сокровищницу. И не смотри на меня выпученными глазами, сразу на лягушку становишься похож, Малыш.

Алина

Вечер не предвещал ничего сверхординарного, и Алинка мирно сидела в холле за партой, поглядывая на часы — было уже около половины двенадцатого, попивая чай и листая учебник по истории магии. Память у нее была отличная, поэтому к завтрашнему, пятничному зачету зубрить ничего не пришлось, это же не управление стихиями, где все зависит от понимания потоков и «настроенности» твоих пальцев.

Так что она, можно сказать, отдыхала.

Соседки то ли уже спали, то ли затаились и шушукались — во всяком случае, свет в комнате не горел, и это было удивительно, потому что обычно она ложилась первой, а девчонки приходили в течение ночи, шурша и шепчась о чем-то. Поначалу она просыпалась от этих приходов и долго не могла заснуть снова, но потом привыкла, и только переворачивалась на другой бок.