Чтение онлайн

— По-твоему, это — все, что я там успел натворить? — высокомерно спросил Жилло. — Ну, старая, невысоко ж ты меня ставишь…

— А что? — отвлеклась старуха от сушеной ромашки. — Еще что-то было?

— Было… Озарук сперва овсом перекидывался, потом — поросятами.

— Кем? — явно не поверила старуха. — Какими еще поросятами?

— Такими, ну… Каких Дениза с рынка привозит! Четыре ноги, два уха, один пятачок. Только их с дюжину было.

— Один Озарук дюжиной поросят перекинулся? — и старая ведьма глубоко задумалась.

— Тетенька Тиберия, ромашечку-то мою дай… — и Жилло взял у нее из морщинистых рук глиняную плошку с настоем.

— Как это он? — вдруг встрепенулась старуха. — С какими знаками?

— Сейчас изображу. Только и ты мне потом одну вещь расскажи.

— Изображай! — велела тетка Тиберия, и Жилло, как умел, показал ей собирание овса и поросят в смерч, а также рассыпание смерча на поросят.

— Додумался… — проворчала старуха. — Ох, не нравится мне это изобретение… Значит, работали те знаки, что он на подоле намалевал…

— Послушай, тетка Тиберия… — Жилло несколько замялся. — Теперь ты мне расскажи. Не знаешь ли часом, кто такая Жанна д'Арк?

Старуха привычно хмыкнула и пожевала губами.

— Так знаешь или нет?

— Это из давней галльской истории, — сказала она, подумав. Столетия, пожалуй, три тому назад… Держи тряпочку. Да не бойся, это действительно ромашка. Отожми над миской и накладывай на лицо.

— Галлия? — Жилло вызвал в памяти обшарпанный глобус, по которому молодого графа уму-разуму учили. — Это… это на юге!

— На юге, — согласилась тетка Тиберия. — Жанна д'Арк отчаянная девица была. Дочь королевы… но не короля, понимаешь? Потому ее в ночь рождения из дворца увезли, чтобы спрятать. И выросла она в глухой деревушке. Норовом пошла, видно, в кого-то из совсем дальних предков — то ее от лошадей не отгонишь, то в оружейной пропадает. Ну, мальчишка и мальчишка… Хотя, говорят, статью была — роскошная девица, что спереди, что сзади… Но сейчас я тебя о другом расспросить хочу. Мои вопросы важнее!

Старуха добыла со дна сундука книжищу в переплете из радужной змеиной кожи.

— Не трожь! — шуганула она Жилло, когда тот попытался ей помочь. И сама с трудом взгромоздила фолиант на стол. — Обожжешься…

Она сделала над книгой знаки, посыпала ее воображаемым порошком, обвела двумя кругами, и лишь тогда раскрыла.

Увидел Жилло на красных страницах золотые и лазоревые рисунки стрелки туда и сюда, круги с треугольниками, зигзаги и переиначенные буквы.

— Такое у Озарука на подоле было? — и старуха стала поочередно тыкать пальцем во все эти загогулины.

— Да погоди ты с Озаруком! Ты мне сперва про Жанну д'Арк, — попросил Жилло, промакивая лицо тряпочкой. — А то ничего я тебе не вспомню. Вот увидишь — ни одной выкрутасы!

— Ну что — Жанна… Ее старший брат был наследным принцем. Старый король умер, а брат на престол не взошел — такие получились обстоятельства. Враги на Галлию ударили, принц — в бега… Загнали беднягу в угол. Полководец его любимый и самый надежный, а кстати и сводный брат, в осажденном городе застрял, врага сдерживал. А принц в отдаленном замке укрылся.

— А Жанна знала, что она королевской крови? — не выдержал и перебил Жилло.

— Умный человек, Бодрикур его звали, знал правду. Он и сказал Жанне, что она — девица-бастард. Сказал же потому, что видел — только Жанна может спасти брата, другие все на него рукой махнули. Дал он ей свиту и отправил туда, где принц скрывался… Вот там она и сказала — собирается вместе королевская кровь…

— Спасла она брата?

— Еще бы не спасла! Стал он королем Галлии. Но Жанна после этого в плен попала. И судили ее как ведьму. Расчет был — раз ведьма нового короля Галлии на трон возвела, то коронация незаконная. А ведьму на костре сжечь положено…

— Так ее сожгли? — изумился Жилло печальному финалу.

— Уж не знаю, что на том костре горело, а только Жанна несколько лет спустя в Галлии объявилась и к брату своему приехала. Вот это я точно знаю! Признал ее брат, признали все друзья и родня, а потом она взяла да и вышла замуж…

— Только-то… — усмехнулся Жилло.

— А чем плохо? Вот и за тебя кто-нибудь когда-нибудь замуж пойдет. Если, конечно, ворон считать не станешь, — фыркнула старуха.

— Позволь, тетка Тиберия! Так ты ж сама за меня собиралась! — радостно напомнил Жилло.

— Ох, поймаю я тебя за язык… — беззлобно пригрозила она. — Смотри! Это знаки духов и демонов серебряных планет. Таких на подоле не было?

— Я ж тебе полчаса толкую — подол был синий, а знаки белые!

— Вот так я тебе и взялась объяснять, что значит цвет знака и как он смысл меняет! — буркнула старуха. — Ты его вид узнай, а с цветом я и сама разберусь.

Но у Жилло все, как на грех, из головы улетело. И неудивительно карлика в его природном виде он сперва созерцал, можно сказать, сквозь ковер, а потом — в судорогах. А поросята были просто розового поросячьего цвета. И без всяких знаков.

— Ладно! — проворчала старуха. — Теперь колдовством старого Алькуина займемся. Допустим, Неда это ребенком видела, да еще перепуганным ребенком. Но ведь что-то она запомнила?

— Знак запомнила… — неуверенно сказал Жилло. — Вроде как кулак в кулаке…

— Вот так? — показала старуха.

— Нет, правая рука вроде сверху лежала…

Тетка Тиберия сделала знак и замерла.

— Любопытно… — сказала она. — Надо отдать покойнику Алькуину должное — любил он старые знаки переиначивать. Иногда ерунда получалась, но тут он напал на верный путь! Значит, говоришь, правая рука сверху?

— А может, и левая…

— Ну и растяпа же ты! — не выдержала старуха. — Пойми же наконец, горе ты мое, как это все важно! Если удастся заклинание Алькуина разгадать и магам сообщить, они встречное заклинание сочинят! Ну-ка, давай рассказывай с самого начала — как он огонь зажег…

Жилло опять стал передавать рассказ Неды своими словами — и старуха поймала его на вранье. То ли он покрасивше выразиться хотел, то ли действительно память подвела — но началась между ними склока.

— Мелочи запомнить не можешь?! — стоя по ту сторону стола и упираясь в столешницу руками, шумела старуха. Жилло, в такой же позе, стоял напротив.