Чтение онлайн

— Я найду тебя… Марк, — сказала я своему отражению.

Это здание было мне слишком знакомо. Мы сидели в первых рядах, поэтому сцену было прекрасно видно. Рядом с нами сидело большое количество детей, которые несколько раздражали меня свое возней и мешали мне следить за сценой. Один раз я даже сделала им замечание, но в ответ лишь получила жалобы от мамы одного из детей.

Казалось, представление тянулось вечность, хотя на деле прошло чуть больше часа. У меня появилось чувство, что я зря пришла, ведь клоуна все не было и не было…

— Тебе нравится? — спросила мама, но я не услышала ее вопрос из-за речи ведущего.

— А сейчас вам придется попытаться сдержать смех, ведь выходит гвоздь нашей программы, — сказал ведущий, уходя за кулисы. — Кто же это?

— Клоун! — радостно начали кричать дети в первом ряду.

— Правильно, клоун! — напоследок крикнул ведущий и скрылся.

На сцену вышел тот, кого я ожидала увидеть весь сегодняшний вечер. У него был такой же наряд, как у Марка… Я стала вглядываться ему в глаза, пытаясь найти общее с тем, кого я ищу. Мне было плохо видно его лицо, поэтому я приподнялась с места, загородив вид тем, кто сидит сзади.

— Эй, что происходит? Сядь! Ты нам мешаешь, — стали кричать люди сзади меня.

— Лина, что ты делаешь? — мама пыталась посадить меня обратно, но я продолжала пытаться разглядеть лицо клоуна. — Немедленно сядь!

— Какое позорище, — сказал отец, на секунду отвлекшийся от телефона.

— Я должна проверить…

Я резко повернулась в правую сторону и, наступая на ноги других людей, рванула на сцену. Охранники пытались меня остановить, но мне удалось проскользнуть через них, и уже через несколько секунд я стояла на сцене.

Все прожекторы, как и внимание людей, были направлены только на меня. Мне было очень страшно что-либо делать, но другого варианта не было.

— Что ты делаешь? — тихим голосом спросил клоун, настолько тихим, что мне не удалось распознать его голос. — Охрана! Охрана!

— Марк, — ответила я.

Услышав это имя, клоун развернулся и уже хотел убежать, но ему не удалось этого сделать — я схватила его, повалила на пол и попыталась схватить его за руки, чтобы он не смог выбраться. Как у меня вообще получилось повалить мужчину? Видимо, чувство мести было настолько сильным…

Клоун пытался сопротивляться, но я не отпускала его ни на секунду, ведь я видела, как ко мне приближаются охранники. Я стала рукой стирать его грим, но вдруг резко остановилась, посмотрев на его лицо.

Это был не Марк…

У него был другой цвет глаз… Я сняла с него колпак — и цвет волос тоже был не Марка. Это был совершенно другой человек…

— Я перепутала… — охранники схватили меня и пытались увести подальше от клоуна, который не мог даже встать. — Простите меня…

После моего представления нас, естественно, попросили уйти из цирка. Мама пыталась уладить ситуацию и, видимо, у нее это получилось.

Мы стояли около здания цирка.

— Что за цирк ты строила в этом цирке? — спросила мама полным негодования голосом. — Мне еле удалось отвертеться от приезда полицейских!

— Я ошиблась, — у меня плохо получалось оправдаться.

— Такое поведение просто недопустимо! — мама ходила вокруг меня и отца и явно очень злилась. — Я даже не могла представить, что будут такие последствия твоих проблем с головой.

— Она сумасшедшая, я же говорил, — влез отец.

Мне, правда, было плевать на слова отца.

— Я больше не собираюсь терпеть такое, — мама резко набрала чей-то номер телефона. — Доброе утро, точнее, день, вечер… Извините, у меня голова не соображает вообще! Последствия оказались более серьезными, чем я думала. Можно мы приедем?

Я со страхом слушала разговор мамы, ведь понимала, что он целиком и полностью относится ко мне. Положив трубку, она подошла ко мне и схватила за руку прямо в том месте, где был шрам.

Мне было больно, а ей было плевать.

— Даже не смей притворяться, гадкая девчонка, — мама делала мне все больнее. — Врачи должны осмотреть тебя! Я отправлю тебя в психиатрическую больницу, поверь мне!

— Что? — других слов и эмоций у меня не было…

Прошло две недели…

— Я схожу с ума с каждым днем. Это место настолько ужасно, что никакими словами невозможно его описать. Люди, окружающие меня здесь, не то что раздражают, они пугают меня, — говорила я сама себе.

В этой комнате не было ничего, кроме кровати и небольшого стола. Стены были белыми, как и моя повседневная одежда.

Моим родителям удалось отправить меня на лечение в психиатрическую больницу. В день поступления в больницу я прошла обследование врачей. Я уверена, что ничего плохого у меня не нашли, ведь я была абсолютно здорова. Но я заметила конверт, который мама положила на стол врачу. Это означало только одно: они решили избавиться от меня.

И у них это получилось… Слова Юли сбывались, и осознание этого каждый день все больше давило на меня.

— В последние дни единственное, чего бы мне хотелось, — навестить Катю, но в текущих условиях это сделать невозможно. Однажды я спросила у врача, как долго я здесь пробуду, но ответа не получила. Видимо, мама заплатила слишком большую сумму, — продолжала я разговаривать сама с собой.

На прошлой неделе мне удалось найти небольшой игрушечный мячик на полу. Для меня это было самым настоящим спасением от скуки, ведь в палате не было ничего, чем можно было бы себя занять. Я рассматривала этот мячик так внимательно, что запомнила каждый его миллиметр.

Каждый день у нас проходит проверка палат, и каждый день я живу в страхе, что этот единственный источник радости могут у меня забрать. Я хорошо за ним слежу и никогда не выпускаю из рук, даже во сне.

В дверь постучали.

Вскочив с кровати, я кинула мячик под подушку и мигом подошла к двери. В двери было небольшое окошко, которое открывалось, когда приносили таблетки и еду.

На этот раз за дверью была тишина.

— Открывайте, я есть хочу, — я начала стучать по двери, чтобы скорее открыли окошко.

И окно открылась.

Я по привычке высунула руку, но никакой ответной реакции не последовало.

— Чего вы ждете? — спросила я, застучав сильнее. — Я ХОЧУ ЕСТЬ!

— Приветствую тебя, лучшая подруга, — вдруг раздался голос.

Это была Юля… Я не могла увидеть ее лицо или даже руку, но я узнаю ее голос из тысячи — голос бывшей лучшей подруги.

— Что ты тут делаешь? — я стала стучать еще сильнее. — Помогите, скорее сюда!

— Можешь кричать сколько угодно, — говорила Юля, явно довольно улыбаясь. — Но тебя никто не услышит, как и тогда моего отца…