Чтение онлайн

— (Черт! — порт)Теперь вижу, — прошипела Вихия, —

— А вот и поселок! — сказал Альваро

— Я вижу название, — сказала Вихия, — Сан — Индепенсиа, давай здесь останемся.

Вихия не заметила, как подозрительно посмотрели на нее Италия и Альваро.

Италия, Альваро и Вихия вошли в посёлок Сан — Индепенсиа спустя полтора часа после взрыва самолёта. Поскольку весь багаж, что был с ними практически не пострадал, и его удалось отыскать достаточно быстро — местные жители с восторгом приняли троих людей с большой земли. Они остановились в маленькой гостинице под названием «Гремио», ее хозяином был дон Сесар Рекальо — симпатичный старикашка, который любит выпить пивка в местном баре «У Инаилли» — типичный представитель подобных поселков на Ориноко.

Инаиллия — хозяйка красивого бара на берегу реки. Молодая женщина. Она рано овдовела и теперь пустила свои корни в Сан — Индепенсиа…

А, и еще Рикардо Пуэрабло — местный колдун и знахарь, на которого сразу запала Италия. В первый вечер они просто смотрели друг на друга через стол, а потом начались танцы. Рикардо проследовал к Италии и произнес:

— Не соблаговолит ли сеньорита станцевать со мной?

— С превеликим удовольствием! — сказала Италия.

Они вышли на танцпол и начали медленный танец:

— Скоро Новый год, — сказал Рикардо.

— Какой ужас, придется встречать его здесь, — фыркнула Италия.

— Вам не нравится наш посёлок?

— Нет, почему, он очень мил, однако мне очень хотелось встретить Новый год на яхте, как мы собирались.

— Уверяю тебя, — Рикардо и сам не заметил, как перешёл на «ты», — тебе понравится.

— А мы давно на Ты?

— С этого самого момента, — сказал Рикардо и поцеловал Италию.

Сначала секунды три Италия анализировала, причем долго и упорно, скурпулезно раскладывая по полочкам только что случившееся событие. «Ну и Ну» подумала Италия, «мужики на меня липнут как мухи на мед, а я даже залететь не успела».

— Кстати об искусстве, — сладко протянула Италия и посмотрела на Рикардо глупым взглядом.

— Что ты сказала, — удивленно взглянул на нее Рикардо.

— Ничего, — сказал Италия, и рухнула в обморок.

Её перетащили в гостиницу, Альваро носился вокруг сестры как сиделка. Когда она пришла в себя, то первым делом увидела перепугавшегося Альваро…

А тем временем дон Сесар Рекальо вел разговор по телефону с неизвестной персоной:

— Да, Хозяин, они уже здесь. Нет, ни одной царапинки. И что. Ждать? Эта Италия загуляла с Рикардо. Как я смогу это сделать, у нее сегодня был обморок, похоже, что девушка беременна. Ну уж этого я точно вам не скажу. Хорошо, позвоню, когда будут новости…

ИЗ СТАРОЙ ТЕТРАДИ АЛЬВАРО

Я родился под конец Нового времени, незадолго до первых примет возвращения средневековья, под знаком Стрельца (в ночь с 31 февраля на 31 июня), в благотворных лучах Юпитера. Рождение мое совершилось ранним вечером в теплый июльский день- я помню, то что он был теплый, потому что все телки ходили вокруг инкубатора в одном белье, и температура этого часа есть та самая, которую я любил и бессознательно искал всю мою жизнь и отсутствие которой воспринимал, как лишение(еще бы- чем лицезреть красоток в манто, лучше смотреть на пленэр нудистов). Никогда не мог я жить в холодных странах, и все добровольно предпринятые странствия моей жизни направлялись на юг (особенно когда дело доходило до горизонтального общения в замкнутом пространстве три на четыре — в этом я был мастером). Я был ребенком благочестивых родителей(знали бы они!), которых любил нежно(нежность это такое растяжимое понятие) и любил бы еще нежнее(да, я их так любил, они наверное от ужаса скончались бы на месте если бы поняли всё сразу), если бы меня уже весьма рано не позаботились ознакомить с четвертой заповедью- с пятого года жизни все происходило без них, мои нежно любимые родители раздобыли у какого–то канальи крылья, улетели в неизвестном направлении, а меня в люльке подсунули в синагогу! Горе в том, что заповеди, сколь бы правильны, сколь бы благостны по своему смыслу они ни были, неизменно оказывали на меня худое действие (в десять лет я накормил раввина пургеном и после этого, он простив мне все грехи улетел следом за моими родителями); будучи по натуре агнцем и уступчивым, словно мыльный пузырь, я перед лицом заповедей любого рода всегда выказывал себя строптивым, особенно в юности(помнится однажды вечером сидел я на крыше- а снизу все чего–то бегали и суетились, лишь потом до меня допрело- они боялись, что я упаду). Стоило мне услышать «ты должен», как во мне все переворачивалось и я снова становился неисправим(Одна учил–ка по химии сказала мне что я должен знать химию на пять- после купания в ванной с олеумом она больше не говорила всякие глупости, да я больше и не помню ее после того случая с ванной- она орала как резанная). Нетрудно представить себе, что свойство это нанесло немалый урон моему преуспеянию в школе (Меня исключили за развратные действия по отношению к техническому персоналу). Правда, учителя наши сообщали нам на уроках по забавному предмету, именовавшемуся всемирной историей(он назывался так, а его настоящее название было- половое воспитание, мы проходили римских императоров и их оргии, одну из них мы даже инсценировали, после чего 6 преподавателей умерло от сепсиса), что мир всегда был ведом, правим и обновляем такими людьми(с ударением на такими), которые сами творили себе собственный закон и восставали против готовых законов, и мы слышали, будто люди эти достойны почтения (я их уважаю, не больше чем технический персонал); но ведь это было такой же ложью, как и все остальное преподавание, ибо, стоило одному из нас по добрым или дурным побудительным причинам в один прекрасный день набраться храбрости и восстать против какой–либо заповеди или хотя бы против глупой привычки или моды — и его отнюдь не почитали, не ставили нам в пример, но наказывали, поднимали на смех и обрушивали на него трусливую мощь преподавательского насилия(но я не был идиотом- у меня имелся календарь, с фоками наших учило без нижнего белья, когда этот календарь увидела директриса, с ней случился инфаркт и она отбросила рога и копыта)По счастью, еще до начала школьных годов мне удалось выучиться самому важному и незаменимому для жизни: мои пять чувств были бодрственны, остры и тонки, я мог на них положиться и ждать себе от них много радости(ах, как мы с ними шалили!!!), и, если позднее я безнадежно поддался приманкам метафизики и временами даже налагал на свои чувства пост и держал их в черном теле, все же атмосфера развитой чувственной впечатлительности, особенно по части зрения и слуха, никогда не покидала меня и явственно играет свою роль и в мире моего мышления, каким бы абстрактным этот мир подчас ни казался…

На следующее утро Италия и Витторио сидели на террасе и беседовали:

— Вы знакомы с философией Кастанеды? — удивился Рикардо.

— Да, — ответила Италия, — я давно увлекаюсь магией и различными сопутствующими ей штучками.

— Раз так, значит это вас заинтересует, — Рикардо удалился и через несколько минут вернулся с потрепанной книгой.

— Искусство сновидения? — удивилась Италия.

— Да, с дарственной надписью автора, — гордо сообщил Рикардо.

— Я хочу почитать, — загорелась Италия.

— Что ж, давай почитаем вместе.

— Т. е?

— Я никому не даю эту книгу в руки, — сказал Рикардо.

— Как пить дать врёт, — подумала Италия.

Они уселись в один шезлонг — Италия устроилась прямо на коленях у Рикардо и они приступили к чтению…

БЕЗУМНЫЙ СОН АЛЬВАРО

Она вставала рано утром и видела на балконе его грязные трусы. Они висели на балконе его квартиры — в доме напротив. Они познакомились в три часа ночи, когда вместе застряли в лифте на шестом этаже и им не пришло в голову открыть двери. Он вставал рано, делал упражнения по ритмической гимнастике на балконе, выпивал два литра молока и шесть галлонов хорошего апельсинового сока и уходил на работу — а работал он??? Об этом не упоминается???.

Она работала медицинской сестрой в психиатрической больнице и часто делала своему мужу массаж зубов золотой проволокой. После подобного ужаса, муж спал без задних ног в течение недели, что позволяло ей тратить его деньги в казино и ночных клубах.

После знакомства с НИМ Она стала мучить мужа раскаленным железом, напильником и кислотой, после чего ее муж скрылся в неизвестном направлении, оставив записку и чек на миллион долларов. В записке он написал:

" Улетаю в Норвегию.

Прости, но денег на пластического хирурга мне больше тратить не хочется…»

Она праздновала отъезд мужа шестнадцать лет, пока не закончились деньги. После она решила загулять с ним как следует. Но у него оказалась жена и шестеро детей. Жену она утопила в канализационном люке, а детей устроила официантами в лучшие бары города. После этого они поженились.

В их первую брачную ночь у них случился ужасный приступ. Она взяла его на красную постель и полила зеленой жидкостью, после чего он зацвел. ЭТО БЫЛО ВЕЛИКОЛЕПНО.

Он красил ее ноги своими руками, а ногами возбуждал ее собаку…

СОБАКА БЫЛА В ВОСТОРГЕ.

Она глотала его нежную плоть щипцами для маникюра, а он повреждал ее молочный верх сварочными инструментами.

ОБА УЖЕ БЫЛИ В ВОСТОРГЕ.

И В КАКОМ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Через год у них родился мальчик, потом девочка, потом мальчик, потом девочка… Это продолжалось в течении 62 лет. Вскоре она начала мучить его раскаленным железом, кислотой, напильником и красными трусами своей подруги…

После того, как они выполнили план местных детских домов, она внезапно обнаружила его грязные трусы, висящие на балконе. Они опять висели на балконе в доме напротив…

Потому что он ушел от нее, так как она оказалась… мальчиком с неясными наклонностями

Альваро и Вихия прогуливались по лесу в окрестностях посёлка. Они изучали окрестности с целью выяснения расположения взлетно–посадочной полосы, для того чтобы отправить заказ на самолет из Каракаса. Но в итоге они выбрели совсем в другое место…

— Альваро, смотри!

— Да это же индейский посёлок!

Они смело направились в направлении поселения индейцев, поскольку в свое время Инаиллия сообщила им, что в окрестностях Сан — Индепенсиа расположен поселок индейцев и его жители являются людьми мирными, хотя может она пошутила…и они окажутся каннибалами? Ну нет, это вам не Стивен Кинг!!! Вернемся к поселку.