Чтение онлайн

Курьера не было. Редкие прохожие старательно отводили глаза. Только какой-то ребенок из коляски помахал ему ладошкой.

Маевский, тяжело дыша, сполз вниз, не выпуская кирпича, и плюхнулся во влажную траву.

Господи, ну и марш-бросок.

Он вытащил телефон.

– Михаил Степанович, слушайте внимательно…

– Почему ты хрипишь, голубчик?

– Слушайте! – повысил голос Никита, и старик замолчал. – Желтухина убили. На моих глазах. Двадцать минут назад. Пытались и меня. Я удрал.

– Где ты сейчас?! – перебил Гройс.

– Без понятия. Не в этом дело. Желтухин что-то знал. Я вам скину адрес офиса. – Он говорил отрывисто, словно выхаркивая слова. – Езжайте туда. Безоружным не вздумайте. Возьмите с собой кого-то. Он отверткой убил детектива. Надо внутрь попасть. Найти, что он делал для Селиванова. В договоре сказано про наружное наблюдение. За кем-то он следил.

– Я тебя понял, – на удивление спокойно отозвался Гройс.

– Не вздумайте один! Михалстепаныч! Он отмороженный напрочь. – Маевский вспомнил отвертку, торчащую из шеи Желтухина, и его чуть не вырвало.

– Я сделаю, как ты сказал. Куда ты дальше?

Никита перевел дух.

– Щас такси вызову через приложение – и к вам.

– Ожидаю тебя, – коротко сказал Гройс и отключился.

Только временным умопомрачением Никита позже мог объяснить то, что он сказал Гройсу. Сидя в такси, он понемногу пришел в себя – и ужаснулся. Куда он отправил старика? Было ясно как день, что Гройс никого с собой не возьмет. Где он найдет сопровождающего для такой экспедиции в одиннадцатом часу вечера? Из оружия у старика только палка. И как должен Гройс попасть в офис частного детектива? Повозиться с отмычкой, а приехавшей по вызову вневедомственной охране лучезарно улыбнуться? Найти тетку-уборщицу и отобрать ключ у нее?

Совсем тошно Маевскому стало, когда Гройс перестал отвечать на звонки. Никита набирал его четырежды, отправил три эсэмэмски и пал так низко, что записал голосовое сообщение в ватсап. Голосовые старик не выносил. Никиту не оправдывало даже то, что в очередном приступе самобичевания он вообразил, будто Гройс за неимением нормальных помощников возьмет с собой Айнур. Распоряжения старикана девушка выполняла неукоснительно. Никита не знал, как они познакомились, но подозревал, что за этой исполнительностью скрывается какая-то непростая история.

– Езжай по выделенке, торопимся, – наклонившись к таксисту, хрипло попросил Никита.

– У меня для выделенки нет прав, – возразил тот.

– Черт с ним! Езжай без прав, штрафы я оплачу!

– Оплатит он, ага.

Водитель как ехал в общем потоке, так и продолжал. Маевский избил бы его, если бы это помогло быстрее добраться до офиса частного детектива. Как назло, они застряли в пробке на отрезке, где до ближайшей станции метро было двадцать минут ходьбы. Никита не мог даже выпрыгнуть на обочину и добежать до подземки, чтобы опередить Гройса.

Они добрались только в начале двенадцатого.

Из окон желтухинского офиса сочился слабый восковой свет. Никита вывалился из такси, взлетел по ступенькам – и дверь распахнулась ему навстречу.

В освещенном проеме стояли двое. Маевский успел подумать, что ему хана и он это заслужил, потому что отправил бедного старика прямо в лапы этим упырям. Но тут из-за широких спин раздался спокойный голос:

– Что там, друзья мои? А-а, это мой мальчик. Пропустите его, будьте любезны.

Никиту охватило такое облегчение, что он простил Гройсу даже мальчика.

– Как вы… – Он обвел взглядом помещение. – Как вам удалось…

Доплелся до стула, сел и выдохнул. Сердце колотилось как бешеное.

Что-то звякнуло. Никита поднял голову и увидел, что перед ним на столе стоит стакан с янтарной жидкостью.

– Коньяк паршивенький, – заметил старик. – Но хорошо хоть такой нашелся. Спасибо покойному. Он точно погиб?

– Не точно, – сказал Никита, помолчав.

К нему только сейчас возвращалась способность соображать, а вместе с этим уходила лихорадочная энергичность. Он обмяк, как проколотый воздушный шарик.

От коньяка по венам побежало успокоительное тепло. Он будто хлебнул из ведра с валерьянкой.

– Иржик, можно тебя на минуточку? – позвал старик.

Человек, которого он назвал смешным именем Иржик, подошел к ним. У него было плоское смуглое лицо. При близком свете настольной лампы на нем обнаружились мелкие шрамы, белые и змеящиеся, как корешки. Никита не хотел даже задумываться, при каких обстоятельствах можно было заполучить такие рубцы.

– Иржик, будь добр, дай оценку ситуации. Никита, что ты видел?

Маевский вкратце пересказал сцену возле дома Желтухина.

Плосколицый Иржик присел на корточки.

– Покажи на мне, куда пришелся удар.

– Между ухом и подбородком, слева от кадыка. – Никита ткнул в то место, куда Желтухину вонзили отвертку.

– Крови много было?

– Забило фонтаном. Он отвертку вытащил…

Иржик повернул плоское лицо к Гройсу.

– Без шансов, Михаил Степанович. Артерия. Он умер за три минуты. Если только скорая не подъехала через полторы… Фантастика, я считаю.

– Фантастика, – согласился Гройс. – Опиши убийцу, Никита.

– Среднего роста. Может, чуть повыше меня. Лицо узкое. Но у него сверху кепка, снизу борода, я ничего толком не разглядел… И во дворе темно было. Зато я его любимый цвет знаю. – Он нервно ухмыльнулся.

– Какой?

– Зеленый. Он за мной со второй отверткой гнался, такого же цвета. Дичь какая-то… Бегает он быстро, вот что еще. Я каким-то чудом от него оторвался.

– Или он сам тебя отпустил, – задумчиво проговорил старик.

Это предположение Маевскому очень не понравилось.

– Я, может, мировой рекорд побил, – неприязненно сказал он. – А вы все мои заслуги обнуляете.

На ворчание Никиты Гройс не обратил внимания. Он отошел к двум мордоворотам и что-то им говорил. Те синхронно кивнули и, не попрощавшись, ушли. Старик запер за ними дверь.

– Куда они? – без особого интереса спросил Маевский.

– Надо думать, по домам.

Никита так и взвился.

– Вы их отпустили? А мы?

– А мы здесь сами разберемся, – заверил Гройс. – В этом они не помощники. Хорошие ребятки, но у них своя сфера деятельности, и довольно узкая.