Чтение онлайн

Сначала мы пошли по светлому, залитому солнечными лучами, потом вдруг оказались в длинном довольно темном коридоре с редкими лампочками. Просто удивительно, как в современном здании сохраняются подобные раритеты. Не хватает только капающей с потолка воды и шороха бегающих мышей.

Затем наметилась тенденция к повышению комфортности коридора, но все равно у меня оставалось четкое ощущение средневекового подземелья.

Секретарша так трещала, перемывая кости постоянному и переменному составу факультета, что внезапно открывшуюся дверь в деканат я воспринял, как избавление от нестерпимых мук. И так шли не меньше километра по извилистым коридорам, забитых пылью и всякой дрянью. В одном месте у меня даже голова закружилась.

В деканате нас ждали. Ангелина Васильевна выжидательно уставилась на открывающуюся дверь и облегченно вздохнула.

— Мы опасались, вы можете передумать, — пояснила Ангелина Васильевна.

Интересное направление женской мысли. Уволиться из вуза, приехать в другой город и в последний момент передумать. А дальше — пойти в бомжи? Ох уж эта знаменитая женская логика с ее кувырками и пируэтами!

Я огляделся. Кабинет был большим и толстой стеной делился на две неравные части — большую, где, как я понимал, находился декан и меньшую для секретаря, заместителя декана и папок с бумагами — неизбежным атрибутом любого бюрократического учреждения.

— Дорогой Кирилл Сергеевич! — Из-за стола вышла невысокая женщина лет пятидесяти с аккуратно зачесанными седыми волосами и большими роговыми очками. Старческая дальнозоркость, — определил я. Из-за очков глаза были большими и, часто моргая, почему-то создавали женщине вид большой старой добродушной черепахи.

— Как приятно, что вы, наконец, приехали и можете освободить меня от исполнения обязанностей декана факультета и перейти к своим постоянным обязанностям заместителя деканата.

Голос был скрипучий и мерзкий, совершенно освобождавший ее от видения доброй черепахи. Я моргнул. В говорящем варианте мой зам напоминал мерзкую ведьму в отставке, которая есть жаб перестала, но от мелких пакостей не отказалась. И благодарность ее прозвучала двусмысленно. Чувствовалось, задержись я на пару недель, а лучше пропади совсем по дороге, она бы только порадовалась. Впрочем, — окинул я ее взглядом, — командующий здесь я!

Мой начальнический взгляд заставил женщину поежиться.

— Вот, Кирилл Сергеевич, ваше служебное место, — засуетилась она в моей половинке кабинета, отодвигая от большого канцелярского стола кресло. — Я не думала, что вы сразу подниметесь наверх, вышла бы в коридор.

— Хгм, — второй раз на дню хмыкнул я, оглядев серое скукоженное нутро кресла. Или ректорат на мебели экономит, или местные товарищи подменили.

— Хорошее кресло, — поняв меня, обиделась мой заместитель, видя мою кислую рожу. — Просто оно пока без хозяина находится, вот и отключилось. Приказ на вас есть, садитесь, признает.

Бросив на нее предупреждающий взгляд о неподобающих шутках, я осторожно дотронулся до кресла.

Серое чудище, сесть на которое в других условиях я согласился бы после долгой торговли и приличной предоплаты, вдруг слегка подернулось, размылось, словно между ним и мной поставили выпуклый прозрачный экран, а потом вдруг показалось во всей красе. Я встал и внимательно на него посмотрел. Оно стало больше и объемнее, превратившись в красивое черного цвета кресло.

Вот вам двадцать первый век, в красоте и всеведенье технического счастья.

— Декан прибыл, — констатировала зам.

Я с удовольствием сел в кресло, уютно убаюкавшее меня. Наконец-то я дошел до рабочего места. Кстати стол тоже роскошный. У нас такого и у ректора не было, а уж деканы обходились пластиковыми креслами, покрытыми псевдокожей, и дешевенькими столами.

Я вздрогнул. Показалось, что кресло какое-то живое, при соприкосновении со мной радостно заурчавшее и наполнившееся теплом. Дернул к вверху головой и поэтому заметил мимолетную перестрелку взглядов. Они что-то заметили.

— Кресло какое-то странное, — поделился я опасениями, — оно, случайно, не с подогревом?

Женщины еще раз обменялись взглядами.

— Нам, видимо, необходимо окончательно объясниться, — сказала подошедшая ко мне Ангелина Васильевна. До сих пор она молчала, отдав инициативу моему заместителю, а теперь села около моего стола. — Катенька, принесите нам по бокалу вина.

ВИНА? Днем, во время занятий ректор вуза приглашает выпить своего декана и представителя административно-технического персонала факультета. Я почувствовал, как у меня лезут на лоб глаза. Горбачева на них нет с его антиалкогольной компанией и трезвыми свадьбами. Да и сейчас закон относиться не очень ласково к пьяненьким представителям образования.

Секретарша Катя внесла небольшой поднос с тремя фужерами, наполненных красным вином. А фужерчики-то хрустальные и явно антиквариат. Среди студентов есть меценат-миллионер?

Катя вручила каждому фужер, поставила незамеченное мною раньше блюдечко с шоколадными бисквитами и ушла в свою половину.

— Дорогой Кирилл Сергеевич! — вкрадчиво сказала Ангелина Васильевна, — извините, пожалуйста, меня за некоторую неискренность при нашем предыдущем разговоре, но большая нужда иметь декана факультета заставила меня совершить этот грех.

— Ну да, — не понял я, — вам нужен доктор наук.

— Не совсем так, — еще более вкрадчиво заговорила Ангелина Васильевна, — доктор наук нам, конечно, нужен, но еще более нужны лично вы.

Я недоверчиво улыбнулся:

— И что у меня привлекательное? Я имею чудодейственные черты?

— Вот именно, — воскликнула Ангелина Васильевна, — магические и высокого уровня!

Я посмотрел на нее, как на сумасшедшую.

— Послушайте, что за спектакль вы разыгрываете?

— Кирилл Сергеевич, нам действительно нужен декан, пусть доктор наук, но главное — маг.

Я ничего не понимал. У нас собрание жильцов сумасшедшего дома? На миг мне показалось, что на прежнем месте было не так, чтобы легче, но хотя бы попонятнее. По крайней мере, там говорили об удобоваримых вещах.

— У вас, я знаю, крепкая психика, — в раздумье сказала Ангелина Васильевна, — вы не полезете под стол, если я открою свой истинный облик? Он, знаете, отличается от принятых. Но вы не бойтесь, я не собираюсь причинять вам особого вреда.

Я неопределенно пожал плечами. От кресла повеяло поддерживающим теплом, словно кто-то сильный и древний взял меня, несмышленыша, под свое крыло. Надвигалось нечто новое и... опасное? Черт возьми, застрелите меня из мышеловки!

С Ангелина Васильевна словно растворилась в дымке, а когда дымка исчезла, передо мной сидел... ангел! Настоящий ангел с длинными белыми волосами, над головой сложившихся нимбом, с роскошными крыльями и лицом неописуемой красоты. Но черты лица оставались от прежней Ангелины Васильевны и это успокоило меня. От христианской традиции, наверное, уже на генетическом уровне, в памяти жило убеждение, что ангелы, порождение света, добрые и ничего плохого не сделают.