Чтение онлайн

– Вы обладаете смелостью, говоря мне это, – заметил Кер, – и это еще раз подчеркивает правильность выбора Иоланды.

– Мне кажется, что королеве всегда было все известно. Мне даже кажется, что ей об этом рассказала мать. Сначала я ей очень нравилась, и она всегда относилась ко мне весьма терпимо. Какое странное положение вещей для нас троих – Иоланды, королевы и меня! Мне кажется, что, когда придет время, королева не откажет мне в симпатии.

Агнес придвинулась к Керу, и ему пришлось взглянуть в ее необыкновенные синие глаза.

– Мне стало гораздо легче, когда я набралась храбрости и все вам рассказала. Мне кажется, что с моих плеч сняли огромный груз. Я просто переложила его на ваши плечи.

– Дорогая госпожа Агнес, это действительно страшный груз. Мне еще никогда не приходилось нести такую ужасную ношу!

Агнес не сводила с него глаз.

– Жак Кер, мне кажется, что вы всегда относились ко мне с симпатией.

– Да, – медленно сказал Кер. – Вы мне всегда нравились.

В комнату Агнес Сорель вошел Карл, король Франции. Он старался быть неузнанным и спрятал лицо в меховой воротник плаща. Карл мрачно оглядел комнату и сразу дал понять, что не ожидал встретить там Кера.

– Вы? Что вы тут делаете?

– Сир, я просила вас прийти сюда, – начала Агнес Сорель, умоляюще глядя на монарха, – потому что мне хотелось разбудить ваше удивительное чувство щедрости. Если бы вы только поддались вашему инстинкту щедрости! Я надеюсь, что вскоре вы сделаете удивительный подарок. Нет, это не для меня, сир… Для народа Франции!

Карл переминался с ноги на ногу.

– Мне следовало все сразу понять! – воскликнул он. – Милая Агнес, вы желаете прочитать мне очередную лекцию? Выкладывайте побыстрее. Что я еще могу сделать для Франции более того, что я для нее уже сделал?

Агнес умоляюще взглянула на Кера, словно прося его поддержать непростой разговор. Она искала и не могла найти правильных слов. Поняв это, Кер заговорил:

– Сир, мне кажется, что я догадываюсь, о каком даре молит вас госпожа Агнес. Разрешите мне напомнить, что англичане до сих пор остаются в Руане.

Король был заметно недоволен.

– Вы что, желаете еще одной войны?

– Сир, – продолжила Агнес, – народ Франции не будет спокоен и счастлив до тех пор, пока захватчики полностью не освободят нашу землю. Война продолжается до сих пор, хотя ее никто не объявлял. Часть ваших подданных стонет под пятой захватчиков, а остальным достается от Свободных обществ. Сир, нам не нужна война – мы жаждем мира! Мир следует завоевать для несчастного народа Франции. Но для этого следует вышвырнуть с нашей земли англичан!

– Настал час, – вмешался Кер, – англичане ослаблены раздорами у себя дома; кроме того, можно воспользоваться тем, что у них маленькие гарнизоны. Нам представляется поразительная возможность покончить с этой Столетней войной. Мне не следует подчеркивать, что я – мирный человек. Сир, вы сами во всем прекрасно разбираетесь.

– Господи, неужели мне так и не будет покоя? – воскликнул король. – Жак Кер, вы, Дюнуа и де Брезэ не даете мне расслабиться. Теперь и моя Агнес, у которой я всегда искал покоя и тишины после напряженного дня, тоже начала принимать участие в подобных рассуждениях. При мне войны продолжались двадцать лет. Клянусь святым Дени, что этого вполне достаточно.

– Пока англичане остаются в Руане, у нас не будет мира, – повторил Кер.

Агнес Сорель опустилась на колени перед королем.

– Мой господин, – сжимая его руку, шептала она, – когда я была ребенком, мне предсказали, что на мою долю выпадет любовь великого короля и знаменитого полководца. Сир, пусть предсказание исполнится! Закончите так хорошо начатую работу!

Карл высвободил руку.

– Легко болтать о войне. Допустим, что английские гарнизоны действительно невелики. Но что будет, если они снова переправят свои армии? Переживем ли мы еще один Азенкур или Креси?

– Ваше величество, вы разговаривали с Жаном Бюро? – спросил Кер,

– С этим бомбардиром? Да, я его выслушал. Я слушал эти россказни о больших пушках, которые он может установить в Нормандии. Кер, это все мечты, а стрелы английских лучников – реальность. В прошлых сражениях они разнесли рыцарей Франции на кусочки! Нам нечем противостоять им.

– Сир, – воскликнул Кер, – победа в войне не зависит от рыцарства Франции! Мои слова могут показаться вам ересью, но я вынужден их произнести. Мне известно, что это – правда. Люди, чьи отцы проиграли при Азенкуре и чьи деды зря погибли при Креси, так ничему и не научились. Они до сих пор рассуждают и думают о войне как сто лет назад. Если все оставить в их руках, они честно погибнут, как и их отцы и деды сотню лет назад. Сир, но англичане тоже ничему не научились. Они верят в большой лук и считают его потрясающим оружием. У них нет орудий, подобных мощным бомбардам Жана Бюро. Англичанин по имени Уолтер Фицрауф, чей предок побывал в Китае две сотни лет назад, привез сведения о пушке. Он побывал в Руане этим летом. Нам передали его слова. Он молил английское командование начать использовать порох и не полагаться на луки. Но над ним посмеялись. Англичане разгромили нас во время первых кампаний, потому что у них было это оружие. Теперь все переменилось. У нас имеется новое оружие, а англичане не желают признавать его преимущества. Сир, мы их можем легко разбить, и почти без кровопролития.

Король с мрачным видом выслушал страстный монолог своего казначея.

– Мой дорогой Кер, вы говорите слишком гладко, мне кажется, что вы заранее подготовили эту речь.

Кер улыбнулся:

– Сир, вы абсолютно правы. Это настолько важная проблема, что я заранее тщательно все продумал, прежде чем изложить вам. Я был бы плохим чиновником, если бы заранее не отрепетировал свою речь перед его величеством.

Карл снова нахмурился.

– Разговоры, только разговоры, – пробормотал король. – Как я могу быть уверен, что все это правда – в отношении этой пушки? Я не могу рисковать и проиграть.

– Мой великий король и полководец не может проиграть! – подхватила Агнес Сорель.

Король начал расхаживать по комнате. На нем был длинный плащ – в нем Карл выглядел более представительно, чем в короткой зеленой куртке. На лице его читались сомнение и неуверенность. Карл остановился у распятья на стене и погрузился в размышления.

Агнес Сорель посмотрела на него, повернулась к Керу.

– Как вы считаете, нам удалось чего-либо добиться сегодня? – шепотом спросила она. – Как вы думаете, он к нам прислушался? Мне кажется, да, но, может, я ошибаюсь.

Кер внимательно смотрел на сутулую спину короля. Через секунду он утвердительно кивнул:

– Я с вами согласен. Я уже научился понимать настроение короля, и мне кажется, что он с нами согласится. Он не сразу приходит к решению, и это вам известно, но через несколько минут, моя дорогая госпожа Агнес, вы поймете, что мы не зря вели с ним эту беседу.

Казалось, что у Агнес прибавилось сил. Она наклонилась и коснулась руки Кера.

– Если вы правы, – продолжала она шептать, – я буду очень довольна. Если даже окажется правдой то, в чем я виню мое слабое здоровье.

Кер медленно и неохотно кивнул:

– Если возникнет нужда, у меня есть для него предложение. Хотя мне придется пойти на огромный риск. Я постоянно об этом думаю и понимаю, чем мне все это грозит. Дорогая Агнес, после ваших слов я ощущал бы себя трусом, если бы продолжал колебаться.

У Жака Кера действительно были основания для колебаний. Он обладал даром видеть дальше других. Он начинал свой трудовой путь меховщиком в родном городе Бурже. Затем организовал лавку, где продавались разные товары. Позднее создал сеть магазинчиков во всех главных городах Франции. У него тогда было двадцать четыре лавки: две в Париже, две в Туре (там большую часть времени располагался королевский двор), четыре лавки в Лионе, шесть в Бурже, четыре в Монпелье, остальные были разбросаны по всей Франции. Керу не нравились мелкие лавочки с крохотными отверстиями в стене, прикрытыми кривыми ставнями. Его лавки находились в хороших домах и отличались богатым ассортиментом товаров. Людей с деньгами это очень привлекало, поэтому Кер сильно разбогател.