Чтение онлайн

— Этого я, конечно, не знаю. Но полагаю, — продолжала она после минутных раздумий, — что мало шансов встретить достойную леди на поле брани.

— Верно. Я почти всю жизнь провел в сражениях ради того, чтобы принести мир.

— Единственная причина отсутствия мира в том, что вы постоянно его нарушаете своими дьявольскими набегами, — мрачно уведомила она его. — Англичане ни с кем не способны ужиться.

— В самом деле? — сухо спросил он, наслаждаясь ее выпадом точно так же, как минуту назад наслаждался ее смехом.

— Конечно. Смотрите, ведь вы со своей армией только что возвратились после битвы с нами в Корнуолле…

— В Корнуолле я сражался на английской земле, — кротко напомнил он, — потому только, что ваш возлюбленный король Иаков — у которого, кстати сказать, безвольный подбородок — напал на нас, пытаясь усадить на трон мужа своей кузины.

— Что ж, — негодующе парировала Дженни, — Перкин Уорбек 4 был бы хорошим королем для Англии, и королю Иакову это известно! Перкин Уорбек — давно пропавший сын Эдуарда IV.

— Перкин Уорбек, — спокойно возразил Ройс, — давно пропавший сын фламандского лодочника.

— Это всего лишь ваше мнение.

Он не выказывал намерения продолжать обсуждение этой темы, и Дженни украдкой окинула взглядом твердые, чеканные черты его лица.

— Правда, что у короля Иакова безвольный подбородок? — не выдержала она, — Правда, — ухмыльнувшись, подтвердил Ройс.

— Ну мы начали говорить вовсе не о его внешности, — строго заметила она, переварив сведения о своем короле, про которого шла молва, будто он красив как бог. — Мы говорили о ваших бесконечных войнах. До нас вы сражались с ирландцами, потом…

— Я сражался с ирландцами, — перебил Ройс с насмешливой улыбкой, — потому только, что они короновали Ламберта Симнела, а потом напали на нас с целью усадить его на трон вместо Генриха.

Он преподнес это так, словно не правы были Шотландия с Ирландией, и Дженни не сочла себя достаточно осведомленной, чтобы поспорить на эту тему. Она вздохнула и проговорила:

— По-моему, нет никаких сомнений в причине вашего пребывания здесь, в такой близости от наших границ. Вы ждете прибытия новых солдат, а потом Генрих намеревается послать вас в Шотландию и затеять с нами кровавую битву. В лагере все это знают.

Решившись вернуть беседу в прежнее легковесное русло, Ройс молвил:

— Помнится, мы вели речь о моих неудачных поисках подходящей супруги на поле битвы, а не о результатах самих этих битв.

Радуясь возможности сменить тему, Дженни охотно вернулась к прежнему разговору, помолчала минутку и полюбопытствовала:

— Вы ведь бывали при дворе Генриха и встречались там с леди?

— Бывал и встречался.

В задумчивом молчании она потягивала вино, созерцая высокого мужчину, который растянулся рядом, чувствуя себя так же свободно и хорошо, как и в палатке на поле боя. Все выдавало в нем воина. Даже сейчас, в минуту отдыха, тело его излучало хищную силу — невероятно широкие плечи, бугрящиеся под темно-синей шерстяной туникой мускулы, четко обрисованные черными шерстяными рейтузами мышцы ног и бедер. Годы, проведенные в латах, с палашом в руках, закалили и подготовили его к битвам, но Дженни не представляла, чтобы такой образ жизни пошел ему на пользу при дворе или подготовил к общению с царедворцами.

— Вы… вам трудно приходится среди придворных? — нерешительно поинтересовалась она.

— Весьма, — отвечал Ройс, увлеченно наблюдая за игрой ее выразительных глаз, Этот ответ поразил ее нежное сердце, ибо Дженни слишком хорошо знала, как унизительно и обидно чувствовать себя чужим среди тех самых людей, признания которых больше всего жаждешь. Нехорошо и несправедливо, чтобы человека, ежедневно рискующего ради Англии жизнью, избегали его собственные соотечественники.

— Я уверена, что это не ваша вина, — сострадательно проговорила она.

— А чья же, по-вашему? — поинтересовался он со слабой улыбкою в уголках лепных губ. — Почему мне так трудно приходится при дворе?

— Мы говорим о ваших отношениях с леди или с джентльменами? — уточнила она, неожиданно пожелав помочь ему отчасти из жалости, отчасти под действием крепкого вина, отчасти отвечая на пристальный взгляд серых глаз. — Если с леди, тогда я могу помочь, — вызвалась она. — Х-хотите совет?

— Пожалуйста, будьте любезны. — Подавляя ухмылку, Ройс успешно изобразил сосредоточенную серьезность. — Поведайте мне, как обращаться с леди;, чтобы в следующий раз, попав ко двору, я пользовался успехом и одна из них согласилась взять меня в мужья.

— О, не могу обещать, что они пожелают за вас выйти, — не подумав, брякнула она.

Ройс захлебнулся вином, и капельки брызнули у него изо рта.

— Если вы намеревались завоевать мое доверие, — проговорил он все еще сдавленным от смеха голосом, — то у вас ничего не вышло, миледи.

— Я не хотела… — жалобно пробормотала Дженни. — Правда, я…

— Возможно, нам следует обменяться советами, — весело продолжал он. — Вы расскажете мне, какого обхождения заслуживает высокородная леди, а я расскажу вам, как опасно обманывать доверие мужчины. Давайте налью вам еще вина, — примиряюще добавил он, дотягиваясь до графина и доливая ее кружку. Потом бросил через плечо взгляд на Гэвина, и оруженосец немедля отложил в сторону начищенный щит и покинул палатку.

— Продолжайте наставления, я весь внимание, — попросил Ройс, пока она отпивала. — Давайте представим, что я при дворе и только что вошел в личные покои королевы. Вокруг меня собралось несколько прекрасных дам, и я решил сделать одну из них своею женой…

Глаза ее ошеломленно расширились.

— Но ведь не собираетесь же вы брать кого попало, правда?

Ройс запрокинул голову и залился смехом; на непривычный звук в палатку ворвались трое стражей. Коротким жестом отослав их прочь, он взглянул на ее дерзко задранный, все еще неодобрительно сморщенный носик и осознал, что чрезвычайно низко упал в ее глазах. Подавив новый приступ веселья, напомнил с притворным раскаянием:

— Я ведь оговорил, что все дамы прекрасны, не так ли? Она чуточку просветлела, улыбнулась, кивнула;

— Правда, оговорили. Я позабыла, что красота для мужчин — самое главное.

— Самое главное на первый взгляд, — уточнил Ройс. — Ну хорошо. Что мне делать теперь, когда я избрал… м-м-м… объект своих матримониальных поползновений?

— А как вы обычно поступаете?

— А как вы думаете?

Нахмурив изящные брови, весело приподняв уголки большого рта, она глядела на него, обдумывая ответ.

— Судя по тому, что я о вас знаю, могу только предположить, что вы перебрасываете леди через колено и шлепаете, покуда не подчинится.

— Вы хотите сказать, — невинно переспросил Ройс, — что так никуда не годится?

Дженни, заметив смешок в его глазах, расхохоталась, а Ройсу показалось, что палатка наполнилась музыкой.

— У леди… то есть у благородных леди, — пояснила она чуть позже, откровенно намекнув взглядом, что в прошлом он скорей всего знался с леди иного сорта, — существуют весьма определенные представления об обхождении с ними мужчин, желающих завоевать их сердца.