Чтение онлайн

— Фейри пытались остановить жертвоприношение? — спросила Асиния.

— Да. Но Регнер научился извлекать максимальную пользу из своей жертвы. Он позаботился о том, чтобы мальчик, которого он называл сыном, с годами получал все больше и больше силы, наращивая эту силу, включая его терпимость. Это сделало жертву еще более могущественной

Я потерла висок, где начала пульсировать головная боль.

— Итак, где бы ни был фальшивый сын Регнера сейчас, скорее всего, он в ловушке, переполнен силой, которую его тело едва может удержать, и вот-вот будет принесен в жертву, чтобы Регнер мог укрепить барьер, притвориться мертвым и занять его место.

Мы должны были найти Джамика. Мальчика, которого воспитывали как сына короля. Не только потому, что он был единственным способом, с помощью которого у нас был бы шанс разрушить этот барьер…

Но потому, что его использовал король. Был бы убит человеком, которого он называл отцом.

Знал ли он, что это произойдет? Или он действительно думал, что однажды будет править? Поверит ли он в это вплоть до того момента, как Регнер перережет ему горло?

Ужас от этого сдавил мне грудь так, что я едва могла дышать. Но я заставила себя посмотреть на свою семью и друзей, собравшихся в этой палатке. Все они готовы пойти со мной на войну.

Если я хотела принимать правильные решения, я должна была избавиться от эмоций. Я не могла думать о Джамике как о невиновном человеке. Я должна была думать о нем как о потенциальном союзнике — о том, кто был насыщен властью. И если бы мы смогли убедить его присоединиться к нашему делу…

— Где его держат?

Конрет вздохнул.

— Мои шпионы обнаружили мальчика три месяца назад. К тому времени, как прибыл мой легион, его перевезли, и железная гвардия Регнера ждала встречи с ним. Мы продолжали поиски, отслеживая все возможные слухи, но Регнер был осторожен. Мы найдем его, — сказал Конрет, его ледяные глаза потемнели. — Но если мы не найдем его в ближайшее время, будет слишком поздно

И Регнер укрепил бы барьер, оставив нам только тех союзников, которых мы смогли бы собрать на этом континенте. Кто знал, будет ли их достаточно? Не говоря уже о том, что Регнер мог продолжать свои зверства, пока в конце концов не — умрет, заняв место Джамика. Я была готова поспорить, что Регнер позаботится о том, чтобы он умер бы мучеником за людей. И все это продолжалось бы.

— Мы будем внимательно прислушиваться к любой информации о его местонахождении, — сказал Демос.

Конрет наклонил голову.

— Боюсь, маловероятно, что вы найдете подобную информацию, путешествуя по Пути Асрик.

— Демос, Тибрис и Вайсер путешествуют по различным гибридным лагерям и убежищам в попытке убедить их отправиться в этот лагерь

Мой голос был небрежным. Почти скучающим. Я практиковалась с Асинией перед этой встречей.

Светлые глаза Конрета встретились с моими. И мое сердце бешено заколотилось. Подозревал ли он, что мы ищем песочные часы? Я сохраняла непроницаемое выражение лица, и он, наконец, кивнул.

— Есть еще кое-что, что я хотел обсудить, Нелайра.

Мое сердце заколотилось в груди, и я задалась вопросом, позволили ли ему его чувства фейри услышать это. У меня не было желания наживать врага в лице Конрета — по крайней мере, не сейчас, но если он заберет песочные часы у гибридов…

В комнате повисло сильное напряжение. Конрет откинулся на спинку стула, сложив руки на животе.

— Я хотел извиниться за свои действия, пока ты была в замке.

— Прошу прощения?

— Когда Лориан рассказал мне о твоей силе, я сразу понял, кто ты. Я попросил его привести тебя ко мне. Я должен был связаться с тобой напрямую.

В груди у меня все сжалось, и я заставила себя не ерзать на стуле. Потому что я точно знала, что делает Конрет.

Несколькими предложениями он напомнил всем присутствующим, что всего несколько недель назад я была защищенным деревенским жителем, совершенно не подозревавшим о своем происхождении. Он также напомнил нам, что Лориан привел меня в земли фейри только потому, что ему приказал Конрет.

Он подразумевал, что все, что у нас с Лорианом было общего в том замке — любые отношения, которые мы построили, — ничего не стоило, и если бы не тот факт, что я была гибридной наследницей, я бы никогда больше не увидела Лориана.

Я хотела бы, чтобы это была всего лишь ярость, бушевавшая во мне. Но король фейри точно знал, куда нанести удар.

В глазах Конрета промелькнуло удовлетворение от моего молчания. Я наклонила голову.

— Извинения приняты, — холодно сказала я, не сводя с него пристального взгляда. — Я надеюсь, что ты не будешь делать такой выбор в будущем.

Между нами повисло молчание. Наконец, Конрет холодно улыбнулся мне.

— Конечно.

Поднявшись на ноги, он кивнул нам, выходя из палатки.

— Прис? — пробормотала Асиния.

— Я в порядке. Я не хочу об этом говорить.

Остаток дня я потратила на подготовку. Перед отъездом Лориана, Хевдрин и Демос объявили о новых условиях проживания. Сказать, что они не были приняты, было бы преуменьшением. Вспыхнуло несколько драк, которые заставили Демоса и Хевдрина заняться их пресечением.

Гибриды и фейри переезжали в новые палатки, как и было приказано. И хотя Хевдрин и Демос взяли на себя совместную ответственность за это решение, было ясно, что все знали, что оно исходило от меня.

Я больше не могла никуда ходить по лагерю, не сталкиваясь с ворчанием и злобными взглядами как гибридов, так и фейри.

По крайней мере, они все могли согласиться в одном, даже если дело было в том, как сильно они меня ненавидели.

Это было начало.

Теперь я была в идеальном настроении поговорить с Мадинией. На этот раз я подожду, пока она не выслушает. Забавно, что по сравнению с общением с королем фейри словесная перепалка с Мадинией казалась легкой.

Мадиния издала низкое рычание, когда я вошла в ее палатку. Она лежала на своей койке, уткнувшись головой в подушку.

— Оставь меня в покое, Приска.

Как она узнала, что это я? Я прикусила нижнюю губу, поскольку ответ на этот вопрос заставил мой желудок сжаться. Она знала, что это была я, потому что абсолютно никто здесь не заботился о том, чтобы проверить, как она.

Я обвела взглядом ее палатку. Оружие и одежда были разбросаны по земле. Арбалет балансировал у ее узкой койки. Я присела на край этой койки.