Чтение онлайн

Рэй опечалился, глядя на то, что единственная девушка, перед которой он действительно желал и искренне считал нужным извиниться, холодна к нему. Но его друг, Джер, зато совсем забыл об увечье, полученном от Рэя, и так же, как и все, радовался его приходу и громче других называл Рэя спасителем, при том даже слегка подпрыгивая, будто и забыв про сломанную ногу.

Рэй рассказывал сельчанам диковинные сказки о приключениях, что якобы он повидал. Рассказал про войну, которая бушует во всей стране, о том, насколько страшен её лик, как сильно страдают жители во всех краях королевства. А потом он аккуратно, но в то же время настойчиво предложил людям объединить страну и создать королевство, которым будут управлять они – сельчане, а выступать от их имени будет сам Рэй. Те, посовещавшись, единогласно присягнули Рэю на верность – уж слишком велик был страх у местных, что они готовы были идти за каждым, кто предложит защиту, а особенно за тем, кто носит каменный доспех и держит за спиной меч невиданной силы.

Вскоре Рэй обманом объединил и троллей с гномами, выступив посредником в их примирении так же, как выступал таковым при их разладе. Он убедил их, что Королевству Снов требуется король, ведь гражданская война, которая бушует во всех концах страны, случилась именно из-за того, что нет во всем крае человека, который сможет защитить жителей, сразить врагов и примирить друзей, отстояв интересы каждого и при этом не обделяя ни одного. Тролли и гномы внимали словам Рэя и, считая его своим верным другом, приняли его как короля и добровольно предложили ему повелевать ими.

Первым же указом Рэй повелел шахтёрам сковать мечи, доспехи и всё необходимое для тяжких продолжительных боёв. И, лишь закончилась работа, как встало войско из вчерашних деревенских мужиков пред Рэем, и блеск оружья и брони сверкнул на солнце. Рой голосом командным величавым крикнул следовать за ним, и начался его поход к короне Снов Королевства.

Долгие бои, уговоры, новые интриги и коварства затянулись на долгие годы, но для Роя всё оказалось оправданным. Вот уж и не осталось в чудесном краю, побитом войной, ни одного народа, селения или даже существа, которое бы не признавало в Рэйе героя и короля. И более того, не было в королевстве ни одного человека, кто бы осмелился назвать своего короля «Рэем». Теперь мальчик, что хотел стать героем, мужчина, что совершил подвиг, ценою крови и зла, получил новоё, королевское имя – Рэймонд Всепризнанный.

Король повелел построить замок, чтобы громадные крепостные стены его выкрашены были в цвет сердца ромашки и выше бы были гигантских крон деревьев. Вокруг королевского замка был возведен город с дорогой мощеной синим кирпичом, с домами из белого горного камня и знамёнами из серебра.

Своего друга Джереми король сделал пред собой советником. Повелел Рэймонд отныне с любой просьбой или проблемой идти к королю на приём, чтобы тот непременно разрешил каждый спор и обидчикам воздал по заслугам. Закончив с наиважнейшими делами, король Рэймонд со свитую своей поехал в родную деревню, отыскал там Гриеллу и, отозвав свою охрану, испросил у девушки приватного разговора.

Долго извинялся король, долго корил себя, не страшась лить при ней слёз, не взирая на свой величественный статус, Рэймонд, не прикрывая эмоций, много искренних фраз сказал девушке, оправдывая поступки, но после посмотрел ей в глаза и промолвил лишь три важнейших слова, признаваясь в своих чувствах к ней. Девушка растаяла, и король, воспользовавшись моментом, тут же предложил ей свою руку и сердце.

Свадебный пир был грандиознейшим из всех, что были в этом королевстве и всех прочих странах, городах и государствах. За короля не выпить невозможно, а за короля и королеву, так и вовсе грех не промочить гортань напитком! После свадьбы король, наконец, решил дать имя счастливой стране, и отныне во всех баснях и легендах сей край зовётся королевством Дримхолд – здесь нет печали или горьких слёз, одни лишь сны, что наяву повсюду бродят. И честный люд не знает больших грёз, чем те, что видит за оконцем своего родного дома.

И вот, прошли года, король страною правил. Дела, что вот еще вчера сродни проклятью были, отныне Рэймонду привиделись рутиной. Его прекрасная жена, королева Гриелла, родила ему прекрасного сына – румяного Иоганна, который так сильно походил на отца своими рыжими кудрями и волевым взглядом синих небесных глаз, что шутили в королевстве, будто к совершеннолетию принца задачей не из лёгких будет сына отличить от короля. Принц Иоганн рос истинным воителем и многим раньше научился фехтованию и конной езде, чем сам Рэймонд, к тому же, к небывалой гордости отца, еще в отрочестве принц Иоганн мог победить любого из Дримхолдских рыцарей (даже королевского воеводу – тролля Герхарда!).

Но как бы король ни гордился сыном и ни радовался, смотря на прекрасную жену-королеву, как бы ни тешил он своё честолюбие, когда ему высказывали слова уважения и любви придворные и простой люд, всё же чего-то королю недоставало для безупречного «долго и счастливо».

Всё чаще вечерами король сидел в своих покоях близ камина и с мрачным взглядом разглядывал луны прелестный лик. Она всё краше день ото дня была, Дримхолд под светом лунным оправдывает во сто крат, название Снов Королевства – считает каждый житель края так, но только не король Рэймонд.

Его луна поныне в грусть вгоняет, и кажется владыке до сих пор, что бледный лик её напоминает королю о всём, что сделал он, покуда ни пришёл к короне. Он ненавидит её свет, что отражается на Дримхолда серебряных знаменах, ненавидит он мгновенья, когда бледные лучи луны играют на отлитой для него народом гоблинов короне, он до сих пор кричит внутри себя в агонии, лишь только солнце уступает небосклон луне.

Но лишь на небе рассветает, как грусть волшебным образом с лица владыки исчезает, уступая место радости от жизни короля, отца и любящего мужа.

И вот однажды, уходя с пышного пира в честь дня рождения принца, король вновь побрёл в свои покои, чтобы предаться грусти и печальным воспоминаниям, терзающим его сердце. Но не успел он и дойти до этажа, где находились покои, как подошёл к нему его друг и советник Джереми и попросил о разговоре приватном. Конечно, Рэймонд разрешил.

«Ваше величество! Я знаю о вашем недуге, королева поведала мне всё. Не гневайтесь на неё, прошу, она, впрочем, как и я, хочет помочь вам. И вот мне посчастливилось повстречаться в городской таверне с неким чародеем, который в силе исцелять раны, подобные вашей. Зовёт себя он Мастером и утверждает, что в точности всегда он выполняет просьбы тех, кто потерял надежду и веру в чудеса!» – промолвил советник и низко откланялся, ожидая вердикт короля.

Король, оставаясь глубоко в душе всё тем же безрассудным парнем, готовым на любые трудности и ухищрения для достижения целей, конечно же принял предложение своего советника. И вот уже на следующий день Рэймонд в облачении бедняка твёрдой поступью пошёл к трактиру, оставив свиту и супругу во дворце.

Отыскать Мастера оказалось несложно, ведь тот, по всему виду, очень гордился своим именем и родом занятий и видно именно поэтому разоделся так, как подобает настоящему чародею: пышная пестрая мантия фиолетового цвета, которой позавидовал и сам Рэймонд – ведь до того хороша она, что весь гардероб короля на её фоне кажется простецким, а все монаршьи платья на фоне платья чародея – вельможьими кафтанами; в руке чародея лежит золотая трость, украшенная камнями из гномьей шахты, но самая любопытная вещица в его наряде – монокль с серебристой оправой, что начинает блестеть каждый раз, когда кто-либо проходит за спиною Мастера (видно, для создания эффекта, будто у мастера и впрямь глаза на затылке).

Король осторожно постучал по спине Мастера.

– Ваше величество, – невозмутимо сказал чародей, медленно оборачиваясь, после чего радушно улыбнулся и впялился в короля своими глазами, светящимися волшебным сиянием цвета чистого аметиста. Мастер тряхнул своей кудрявой, чёрной, словно смола, гривой и, пуще прежнего улыбаясь, молча смотрел на короля, всем своим видом показывая, что для чародея, что король, что крестьянин – разницы нет.

– Мне бы хотелось скрыть моё имя и мой визит, господин чародей, – спокойно сказал король, стараясь не вызывать подозрения лишней тревожностью. – Впредь зовите меня…