Чтение онлайн

Из-за погоды на Ньюгейтском рынке царил еще больший хаос, чем обычно. Обшивка ларьков и палаток хлопала на ветру, а земля была усеяна растоптанными капустными листьями, колбасками и всем, что смог унести ветер. Растрепанные куры метались под ногами, бросались из стороны в сторону насмерть перепуганные овцы. Но погода отпугнула и большинство покупателей, поэтому Элпью удалось значительно сократить расстояние. С Айви-лейн миссис Ли снова свернула на Ньюгейт-стрит. Все стало понятно. Теперь Элпью точно знала, что женщина не хочет с ней видеться. Единственной причиной для столь извилистого пути было стремление оторваться от нее. Что же скрывает эта женщина?

Оказавшись на Блоу-Блэддер-стрит, Элпью увидела, как миссис Ли сворачивает на Сент-Мартин-Ле-Гранд и переходит на другую сторону улицы. Теперь их разделяла только проезжая часть. В этот момент внушительная карета, влекомая восемью лошадьми, перегородила Элпью путь. Ну надо же! Элпью метнулась назад, обежала карету и глянула вдоль улицы.

Миссис Ли и мальчик исчезли. Элпью стала лихорадочно осматриваться. Как они могли испариться в одну секунду?

Пнув в ярости камень, она быстро зашагала по улице, пытаясь отыскать переулок или магазин, где могли укрыться женщина с ребенком.

Здесь обитали набойщики и плотники, москательщики и золотари. Справа от Элпью на большой распашной двери яркая надпись возвещала: «Восковые фигуры миссис Салмон — обновленная экспозиция!»

Эврика! Идеальное место для того, чтобы спрятаться среди изображений.

— Сюда заходили женщина с мальчиком?

Привратница кивнула.

Торопливо порывшись в карманах, Элпью бросила на стол плату за вход.

— Сколько здесь выходов?

— Только один, — растягивая слова, проговорила женщина. — В конце выставки. Она бесплатная, мы не...

Элпью кинулась в темноту. Сцены освещались только зеркальными бра. Первый экспонат представлял казнь Карла I. Бородатый монарх замер на плахе, а палач в маске занес меч. Дверь на выходе раскачивалась. Элпью быстро пошла дальше. Следующая сцена, освещенная неярким светом, изображала женщину, лежавшую на кровати в окружении обнаженных младенцев. «Маргарет, графиня Хенингбергская и ее 365 детей, родившиеся за один раз», — гласила табличка. Ну да, как же, подумала Элпью, направляясь к двери.

Впереди она услышала шуршание одежды. Элпью на цыпочках прошла мимо «Гермонии, римской девицы, которая спасла жизнь своему отцу, приговоренному императором к голодной смерти, дав ему пососать свою грудь». Иссохший старик, стоя на коленях, сосал обнаженную грудь своей молодой дочери. Сдерживая тошноту, Элпью быстро перешла в следующую комнату.

Прежде чем идти в «Индийскую королеву», графиня решила произвести небольшое расследование, раз уж она оказалась поблизости.

Приют Христа, заново отстроенный после пожара сэром Кристофером Реном, располагался на месте старого францисканского монастыря. Пройдя через красивый сад, графиня приблизилась к главному входу. Когда она проходила через первый портал, ее остановил мужчина в академической мантии.

— Чем могу служить, мадам? — Тон у него был высокомерный.

— Я бы хотела навести справки. — Графиня ответила ему властным взглядом. — Могу я взглянуть на список недавно поступивших воспитанников?

— Это невозможно! — отрезал глава заведения. — У нас почти четыреста мальчиков, большинство из них попадают к нам из трущоб, и наша задача защитить их от жестокого мира и помочь вновь воссоединиться с обществом на более высоком уровне...

— Я говорила об определенном мальчике...

— Вы хотите нанять ребенка для похоронной процессии? — Директор вздохнул. — Мы действительно даем наших мальчиков для подобных церемоний, но боюсь, что вы должны обратиться по официальным каналам, и мы не можем обещать вам какого-то конкретного ребенка.

— Может, мне следовало упомянуть, сударь, что я леди Анастасия Эшби де ла Зуш, баронесса Пендж, графиня Клэпхемская...

— Вы хотите внести средства на обучение определенного мальчика? — Директор постарался изобразить улыбку.

— Я об этом подумываю. — Графиня жеманно улыбнулась и захлопала ресницами. — Но сначала мне нужно убедиться, здесь ли интересующий меня мальчик.

Облаченный в атлас султан восседал на блестящем диване и курил огромный кальян. Изо рта у него вырывались клубы дыма. Вокруг своего владыки в разных позах и в разной степени обнаженности разместились обитательницы его сераля. Элпью замерла. Она ясно слышала дыхание, доносившееся как будто бы с пола позади восковых статуй. Запрыгнув на помост, Элпью принялась разглядывать восковые фигуры, намереваясь распознать миссис Ли и мальчика Лукасов. Потом она посмотрела вниз и увидела у себя под ногами часовой механизм. Он был подсоединен к мехам, которые, в свою очередь, соединялись с длинной трубкой. Черт. Это оказалось никакое не дыхание, а механизм, производивший дым, выдыхаемый султаном.

Затем за дверью она услышала кашель и прокралась в следующее помещение.

Не кто иной, как Старик Время, медленно покачивал головой из стороны в сторону, держа большие песочные часы и наблюдая, как медленно сыплется песок. Элпью выскочила в последнюю распашную дверь и очутилась на улице.

Она заморгала от слепящего света. Маленький двор казался особенно ярким. Земля под ногами была почти белой, на стенах покосившихся домов сидели белые кляксы.

— Вы не видели, здесь не проходила женщина с мальчиком? — остановила Элпью мужчину, которой нес большой белый мешок.

Мужчина покачал головой.

— А что это за место, все такое белое? — крикнула Элпью, уже убегая в единственно возможном направлении.

— Молдмейкер-роу, — крикнул в ответ мужчина, и его голос почти потерялся в завывании ветра. — Мы делаем отливки из гипса. Для восковых фигур.

Элпью промчалась по близлежащим переулкам, заглядывая во все углы, пока не выскочила снова на Блоу-Блэддер-стрит. Она посмотрела направо и налево, но не увидела никаких признаков миссис Ли и Джека Лукаса. Они исчезли.

Элпью топнула ногой и выругалась:

— Чума на этот воск! — Как во сне, сделала несколько шагов и хлопнула в ладоши. — Вот это да! — воскликнула она и, подхватив юбки, побежала на поиски графини. — Наконец-то я поняла!

В квартире Ребекки было тихо и темно. Шторы по-прежнему задернуты. Элпью за руку втащила графиню в спальню Ребекки.

— Элпью! Бога ради... Что на тебя нашло, девочка? Давай не пойдем в эту комнату ужасов.

Элпью шагнула вперед и отдернула синий, травчатого бархата полог.

— Отойди, — всхлипнула графиня, прикрывая глаза.

Элпью знаком велела графине молчать и осторожно приблизилась к отсеченной голове Ребекки, по-прежнему разевавшей рот в молчаливом крике на груде подушек.