Королевы-соперницы
Шрифт:
— Так я тебе и поверил! — возмутился гвардеец. — Лондонскому мерзавцу! Титиру!
Ребекка посмотрела на свою одежду. Розовая ленточка по-прежнему болталась у нее на перчатке.
— Но она... — Элпью поняла, что любое объяснение только ухудшит дело.
— Вы сказали — титир? — спросил лейтенант Тауэра, поднося фонарь к решетке. — Вы друг Рейкуэлла?
— Нет! — пылко воскликнула Ребекка.
Начальник стражи отступил назад.
— Ну, конечно же, друзья! — воскликнула Элпью, бросившись почти к самой решетке. — Мы дорогие и высокоуважаемые друзья его светлости.
Начальник стражи кивнул, и решетку подняли.
— Любой друг Рейкуэлла... — с усмешкой сказал начальник стражи промчавшимся мимо него Элпью и Ребекке.
На мосту через ров было пусто, и, кроме шума воды, доносились только отрывистые команды начальника стражи и ответы эскорта, выполнявшего церемонию передачи ключей.
Когда они достигли Уотер-лейн, Элпью крикнула Ребекке:
— Давайте здесь разделимся, две пары глаз лучше, чем одна. Вы идите против часовой стрелки, а я начну от Кровавой башни.
— Не пропустите моего другого брата, Джемми! — крикнула в ответ Ребекка, устремляясь к Фонарной башне. — Он где-то здесь, закутан в длинный плащ и шарф, шляпа надвинута на глаза.
Элпью повернула налево и стала взбираться вверх по Тауэрской лужайке.
Графиня сбежала по крутой лестнице и распахнула еще одну дверь. Впереди она услышала дикий смех и выкрики, не уступавшие воплям умалишенного. Очень похоже на Бедлам, но если она доберется до этого человека, то, возможно, найдет там помощь.
Она, спотыкаясь, пробежала по коридору, воздух в котором был влажным, а смердело, как от сотни нужников августовским днем, и ткнулась в последнюю дверь. Перед графиней стояло, подняв вдоль хребта шерсть, крупное животное, напоминавшее собаку. Именно оно издавало этот странный, безумный смех. На клетке висела надпись крупными буквами: «ГИЕНА».
Графиня стояла перед одним из экспонатов зверинца! Уйти можно было только тем путем, которым она пришла. Но позади уже слышался ужасный звук приближавшихся шагов.
Она развернулась в тот момент, когда мужчина с воплем ворвался в дверь. И даже в этом мраке графиня увидела, что в поднятых руках он сжимает огромный топор.
Элпью металась из стороны в сторону и звала графиню. Теперь она волновалась, что доверилась Ребекке. В конце концов, разве та не сказала, что графиня по-прежнему у нее под контролем? Что это могло означать? А теперь эта женщина и ее заманила сюда, в замкнутое пространство Тауэра.
Она подошла к плахе, огляделась и, подбоченившись, закинула голову и выкрикнула имя графини. Опустив глаза, она увидела в окнах головы людей, высунувшихся посмотреть, что там за переполох.
Огромное пространство со всеми его башнями и жилыми домами. Что делать? Где может быть графиня?
Она снова побежала, крича.
— Мисс? — Перед ней возник йомен с фонарем. — Что вы тут шумите?
— Я ищу свою госпожу. Она в смертельной опасности.
— Сегодня вечером здесь-э не было-э никакой леди-э, уверяю вас.
Элпью посмотрела ему в лицо и в неровном свете фонаря поняла, что он лжет.
— Вы следите за лордом Рейкуэллом?
Он бросил на нее надменный взгляд.
— Элпью? — Из темноты выбежала Ребекка и встала рядом.
Партридж тут же узнал розовую ленту.
— Сэр! — обратился он Ребекке. — Если дама подождет здесь, я вам кое-что покажу. — Он подмигнул ей и пошел, насмешливо посмотрев на Элпью.
Ребекка последовала за ним. Элпью стояла в нерешительности. Пойти ли за ними или продолжить обыскивать местные углы и закоулки? Она потихоньку пошла вперед. Прямо перед ней возникло здание. Света в нем не было. Часовня. Элпью поднялась по ступенькам, ведущим к главному входу. Почему она не подумала об этом раньше? Ей поможет его преподобие Фарквар!
Она постучала.
Нет ответа.
— Вы ищете графиню?
Элпью обернулась. На верхней ступеньке стоял мужчина. Он был закутан в длинный темный плащ, шляпа надвинута на глаза, нижняя часть лица обернута шарфом.
Элпью стало не по себе. Она толкнула дверь, и та открылась. Элпью вбежала в темную часовню.
Звуки отражались от многочисленных обычных и крытых рядов, словно в обшитой деревом пещере.
Она бросилась по проходу к алтарю.
Закутанный мужчина не отставал.
Хлопнув дверцей первого ряда, Элпью обогнула его спереди. Маленькая готическая дверь сбоку от алтаря была открыта. Элпью вошла и медленно закрыла ее, потом повернула ключ. Она была надежно заперта в ризнице.
Дрожащими руками Элпью достала из кармана трутницу и высекла огонь. Легко нашла свечу и зажгла ее. Впереди была еще одна дверь. Возможно, там находились комнаты капеллана. Элпью пошла туда.
— Ваше преподобие?
Элпью вошла в кладовую. В одном углу стояла маленькая низкая кровать на колесиках, в другом — письменный стол. Здесь никого не было. Элпью села написать капеллану записку.
Графиня скорчилась на полу у клетки гиены, мужчина надвигался на нее.
— Как вы обо мне узнали? — Он взмахнул топором, рассекая воздух. — Суете нос в чужие дела. Мало ли кто что делает? Вам-то какое до этого дело?
Графиня видела только лихорадочно блестевшие глаза, но и этого было достаточно, чтобы понять — уговаривать мужчину смысла не имело.
— Встать!
Графиня не шелохнулась.
— Встать, я сказал!
Пока он двумя руками заносил топор, графиня смотрела безумцу прямо в глаза. Когда он опустил его, она метнулась в сторону и упала на колени.
Черт! Топор пробил юбку, и графиня не могла двинуться — она оказалась пригвожденной к клетке гиены. Графиня стала тянуть юбку, пока ткань с треском не порвалась.
Мужчина тем временем вытягивал топор. Графиня отскочила от вольера гиены в ту секунду, когда он его освободил, и, подхватив разорванную юбку, во весь дух помчалась по коридору с большими дубовыми дверями, имевшему форму подковы. В конце была лестница, и графиня взлетела по ней через две ступеньки.
Задыхаясь, она остановилась в полукруглой каменной галерее, вдоль которой с одной стороны шли огромные клетки. Клетки были забраны толстыми железными прутьями, но сбоку имелись прочные деревянные двери высотой до пояса.