Чтение онлайн

– Все кончено, Мейбл. Держу пари, ты это уже знала. Никому нельзя доверять. Только моим братьям. И ей.

– Что, черт возьми, произошло? – спрашивает Бишоп.

– Не сейчас, – рычит Ройс и идет, чтобы захлопнуть дверь, но я блокирую ее ногой.

– Бишоп, – невнятно произношу я. – Приходи в дом утром. Мне нужно поменять твою должность.

Бишоп хмурится, его взгляд скользит к Ройсу.

– В чем дело? Прибыль растет, у меня новый боец каждые пару недель, у нас не было инцидентов за…

– Заткнись на хрен, – умудряюсь выдавить я. – Ты мастер на все руки. Это повышение по службе. Ты нужен мне для охраны, – невнятно произношу я.

Ройс ругается и хлопает дверью.

Я закрываю глаза, в поле зрения нет ничего, кроме длинных черных волос и серых глаз.

Она исчезает.

* * *

Ройс хлопает меня ладонью по спине, и я открываю глаза.

– Вставай, Бишоп здесь, – выплевывает он.

– Пошел он.

– Чувак, пошел ты. Ты просил его прийти сюда. Тебе повезло, что я его впустил. Поднимайся на хрен.

Это верно. Безопасность.

– Мне нужно что-нибудь от головы, она раскалывается.

– Хорошо, может быть, это придаст тебе немного разумности. – Он бросает мне бутылку с водой с моего комода. – Возьми свой гребаный обезбол, придурок, или, еще лучше, не делай этого. – Выходя, он хлопает дверью.

Я поднимаюсь на ноги, спотыкаясь иду, все еще пьяный от вчерашнего дерьма.

Я быстро принимаю душ, одеваюсь и встречаюсь с ними внизу.

Ройс и Бас молча играют в бильярд, но кладут кии, когда я вхожу.

– Я хочу, чтобы ты был в охране, – сразу перехожу к делу.

– У тебя? – Бас прищуривает глаза. Когда я не отвечаю, он снова догадывается. – У Рэйвен.

Ройс опускает глаза в пол, кода я смотрю в его сторону.

– Что я буду делать?

– Следовать за ней, куда бы она ни пошла, независимо от того, с кем она. Ты будешь жить с ней, проверять ее каждый вечер и каждое утро.

Бас смотрит на Ройса, потом снова на меня.

– Она переезжает или ты хочешь сказать, что я переезжаю сюда?

Наши с Ройсом глаза встречаются:

– Ты уверен, что можешь принять это решение?

– Кто меня остановит? – напираю я.

Он с сердитым видом качает головой.

Бишоп изучает нас двоих.

– Что, если я откажусь от этого повышения?

– Ты уволен.

Он кивает, оглядываясь вокруг.

– А Рэйвен уже знает об этом?

– Нет.

– Ты планируешь договориться с ней?

– Нет.

– Бишоп, иди, – выдавливает Ройс сквозь стиснутые зубы. – Мне нужно поговорить с моим братом.

– Скрывать ни к чему. Скоро все узнают.

– Мэддок, – огрызается он.

– Рэйвен выходит замуж за Кэптена. Он не сможет всегда быть дома. Ей понадобится кто-то рядом, когда его не будет. Кто-то, на кого мы можем положиться, кому она должна доверять. Это будешь ты.

Лицо Бишопа расслабляется, его глаза перемещаются с Ройса на меня. Он медленно поднимается на ноги и подходит ко мне.

– Что случилось?

– Мы платим тебе не за то, чтобы ты задавал вопросы. Ты берешься за эту работу или нет? – Я скрещиваю руки на груди.

Его челюсть сжимается, он вздергивает подбородок и выскакивает за дверь.

В ту секунду, когда она закрывается, Ройс толкает меня в бок, из-за чего я спотыкаюсь.

Он лезет мне в лицо:

– Тебе лучше, блядь, поостеречься, брат. Ты помог этому случиться. Ты знал, что это значит, когда мы уезжали оттуда. Я не позволю тебе вести себя как гребаный дурак. Я знаю, что это паршиво, знаю, что это дерьмо причиняет боль, но…

– Боль?! – Я взрываюсь. – Да я мечтаю, чтобы это было больно. Я хочу, чтобы было больно, Ройс! Я хочу, чтобы это, мать твою, сожгло меня, съело заживо, разорвало меня на части! – кричу я, заталкивая его в бар.

Бутылки падают, разбиваются и разливаются вокруг нас.

Ройс отталкивается и наносит удар мне в челюсть, и я теряю равновесие.

Он бросается на меня, и край бильярдного стола врезается мне в бедро, выбивая из меня дух. Схватив за воротник, он бьет меня головой, по его лбу тут же течет кровь, он притягивает меня ближе, оскалив зубы.

– Давай еще, брат, – хриплю я. – Сильнее. Сделай это.

Его лицо смягчается, а затем он прижимается к моему лбу.

– Черт, безумец, – выдыхает он, сжимает меня крепче, а потом отталкивает, покачав головой.

Он делает шаг в сторону, но оборачивается с пустыми глазами.

– Я знаю, что весь твой гребаный мир рушится, но и мой тоже. Черт, весь наш мир.

– Ты уверен в этом?

– Ты не должен этого делать. Ты принял окончательное решение. – Его челюсть сжимается, а губы кривятся, но выражение лица словно дает мне под дых. – По крайней мере, он дал тебе выбор. – Он делает еще несколько шагов в сторону, и с каждым шагом из его глаз уходит все больше жизни. – Я тоже кое-что потерял – и ничего не получил взамен.

Он поднимает барный стул, разбивает его о стену по пути и хлопает дверью при выходе.

Кашляя, я поднимаюсь на ноги и оглядываю комнату.

Мой взгляд падает на отца, который стоит в конце коридора, затаившись и наблюдая, как трус, засунув руки в карманы, с хмурым выражением лица.

– Ты, блядь, счастлив? – выплевываю я, слепо бросая бильярдный шар в витрину с трофеями, разбитое стекло и стук падающих бронзовых и золотых бесполезных наград словно потешаются надо мной. – Грейвены получили то, что хотели, ты все еще стоишь на ногах, и все, что для этого потребовалось, – это падение твоих собственных сыновей. – Я качаю головой. – Мы должны были отказать тебе, принять стипендии, которые нам предложили за игру в баскетбол, взять ее с собой. Нам бы ни хрена не понадобилось ни от тебя, ни от этого места. У нас была бы жизнь, настоящая жизнь, вдали от фальшивых законов и фальшивых людей. Кэптену нужно было время, чтобы побыть со своей дочерью после окончания школы, теперь он должен управлять империей, которая отнимет у нее время, точно так же, как это отняло время у нас, как это отняло время у Равины, когда ее дед был главным, и ты видел, что там произошло. Девушка, отчаянно нуждающаяся в любви, настолько отчаянно, что согласилась на гребаный брак по договоренности с первым встречным, чтобы почувствовать себя желанной. – Я качаю головой.

– У Ройса проблемы с общением, ты знал об этом? – Я не даю ему ответить. – Но с Рэйвен ему становилось лучше, она направляла его так, как мы не могли, любила его так, как ему было нужно, чего у него никогда не было. Держу пари, это все полетело к чертям. А я? – Я пожимаю плечами, отводя взгляд. – Все, что у меня когда-либо было, – это мои братья и сила, они росли вместе с ней. Теперь я стою здесь сам по себе, никогда в своей чертовой жизни не чувствовал себя таким слабым. – Наши глаза снова встречаются. – Полагаю, это значит, что теперь я бесполезен для тебя, да?