Корона для миледи
Шрифт:
Эмма видела, как Этельстан сошел с помоста, видела, как он некоторое время стоял в одиночестве и наблюдал за ней из полутемного угла, видела, как он повернулся и направился к двери. Она не могла бы сказать, что его расстроило, но, когда он вышел из зала, у нее заныло сердце.
Правда, они никогда не были по-настоящему привязаны друг к другу. Они свершили великий грех, но то, что она по-прежнему чувствовала к нему, нельзя было ни высказать вслух, ни воплотить в жизнь. Никогда. И не потому, что она королева Этельреда, а потому, что она мать Эдварда. Клятва, которую она давала Этельреду, ничто в сравнении с невидимыми узами, соединяющими ее с этим младенцем. Он — ее сокровище, ее настоящее и будущее, ее начало и конец.
Все ее счастье было сосредоточено в тельце, которое она держала на своих руках. И теперь она, подобно Этельреду, никому не доверяла, не из страха за свою собственную жизнь, а ради безопасности этого ребенка, нуждающегося в ее опеке и любви, чтобы выжить. Она должна защитить его, сберечь его будущее.
Тогда Эмма вспомнила свою собственную мать, то, какой бессердечной и жестокой она ее считала из-за того, что та послала младшую дочь в ужасную страну, в холодную постель к злобному королю. «Ты единственная, Эмма, которая на это способна», — сказала тогда ей Гуннора. И Эмма думала, что никогда не сможет простить свою мать.
Но сейчас Эмма понимала, что Гуннора сделала то, что сделала бы каждая истинно любящая мать: она дала своему ребенку возможность осуществить свое лучшее, свое высшее предназначение.
То же самое она должна сделать и для своего сына. Какие бы жертвы ни пришлось принести, какие бы союзы ни пришлось заключить, она пойдет на все. Ибо она — Эмма, королева Англии, и она дала Англии сына, который станет ее королем.