Чтение онлайн

В 1983 году Кеосаян снял фильм "Где-то плачет иволга". В том же году он пережил серьезное потрясение, которое сильно ударило по его здоровью. Его младший сын Тигран, закончив школу, подался во ВГИК, однако недоброжелатели отца сделали все от них зависящее, чтобы парень не поступил. Ему поставили "двойку" уже на первом туре - за чтение стихов, хотя он три раза (!) занимал первые места по Москве и Союзу именно за чтение стихов. Возмущенный этим, Кеосаян отправился к ректору и добился того, чтобы сыну разрешили сдавать экзамены дальше. Но недоброжелатели не успокоились. Они организовали в одной из самых популярных газет страны "Известиях" - коллективное письмо под громким заголовком "Папа вне конкурса", в котором обвинили Эдмонда Кеосаяна в том, что тот пытается по блату протащить своего сына во ВГИК. Самое интересное, что этот институт всегда считался "семейным", поскольку дети самых разных "звезд" и "звездочек" из года в год поступали в него и не имели никаких проблем с газетами. Вот и в тот год, когда туда поступал Тигран, среди абитуриентов было сразу несколько отпрысков известных кинодеятелей, но ни один из них в ту злосчастную заметку не попал. А сына Кеосаяна из ВГИКа "завернули". В итоге у его отца случился первый обширный инфаркт, который заметно подкосил его силы. Не спасло даже то, что уже через год Тигран все-таки поступил во ВГИК, сдав все экзамены на "пятерки", и сам Сергей Герасимов называл курс, на котором он учился, "звездным" (Федор Бондарчук, Иван Охлобыстин, Бахтияр Худойназаров и др.).

Смерть настигла Эдмонда Кеосаяна 19 апреля 1994 года, когда ему было всего 57 лет. Как констатировали врачи, он очень много курил, и у него начался рак горла. Хотя не меньшее значение в столь преждевременной смерти сыграл и тот обширный инфаркт, который Кеосаян пережил в начале 80-х.

Борис Сичкин после "Неуловимых..." снялся еще в целом ряде картин, однако в конце 1973 года попал в серьезный переплет. Тогда в Министерстве культуры СССР началась очередная кампания по выявлению артистов, дающих "левые" концерты. Под эту кампанию и попал Сичкин. Сотрудники московского ОБХСС собрали компромат на режиссера Эдуарда Смольного, который устраивал гастроли Сичкина в Тамбовской области. Как только этот компромат появился в тамбовской прокуратуре, Сичкина срочно вызвали туда. Произошло это 12 декабря, когда актер снимался в комедии "Неисправимый лгун". Далее послушаем самого актера:

"Первые вопросы следователя не имели к делу никакого отношения. Был ли я на фронте, имею ли награды? Он прекрасно знал, что я был на фронте четыре года, имел восемь правительственных наград, жену и сына (сын Емельян родился в августе 1954 года.
– Ф. Р.).

Потом он привел в кабинет старушенцию, которая, как оказалось, посвятила всю свою жизнь делу уничтожения работников культуры. Она была каким-то ревизором и сказала так: "Я ведь на спектакль и на кинофильмы не смотрю как на художественную ценность. Я выискиваю финансовые нарушения и передаю их в суд. Я посадила многих..."

Следом появился местный прокурор, и я быстро оказался в КПЗ - камере предварительного заключения.

Майор, начальник КПЗ, приказал мне раздеться догола. Во время обыска у меня обнаружили зубную щетку, зубную пасту и расческу. Майор бросил их в мусорный ящик: "Это больше не понадобится!" Потом при подчиненных хамил и издевался: "Как это ты в кино пел?.. Я не плачу, я никогда не плачу? Это ты в кино не плакал, а здесь у нас будешь плакать!"

Следствие по этому делу длилось год и восемь дней, и все это время Сичкин содержался в тюрьме. Все это время трепали нервы и его родственникам: жена попала в больницу, сына отчислили из консерватории. 27 декабря 1974 года Сичкина выпустили на свободу, однако его мытарства на этом не прекратились: он попал в разряд запрещенных артистов, и работы было крайне мало. Его фамилию даже стерли из титров всех фильмов, где он снимался (в том числе и из "Неуловимых..."). Наконец в 1979 году Сичкин вместе с семьей принял решение уехать из СССР. В последний день перед отъездом в его квартире в Каретном ряду побывали многие известные люди: спортсмены, артисты, режиссеры (среди них был и Эдмонд Кеосаян). В своем последнем слове Сичкин, как всегда, схохмил: "Друзья! Я уезжаю в Штаты! Еду туда строить коммунизм. Но прошу никому об этом ни слова, иначе меня туда не пустит госдепартамент..."

А вот еще одна хохма Сичкина, которая помогла его теще, которая осталась в Москве, поменять свою квартиру. Дело было так.

Когда теща задумала покинуть свою обитель, председатель жилкооператива уперся и ни в какую не хотел подписывать ей соответствующие бумаги. Про это вскоре узнал Сичкин. Тут же после этого председателю из Америки пришла телеграмма: "Дорогой друг! То, что ты мне поручил, я выполнил. Сообщи, кому и куда передать причитающееся тебе. Твой Борис". Естественно, что про эту телеграмму сразу стало известно в КГБ. Председателя вызвали на Лубянку. Сколько страхов он там натерпелся, объясняя, что это его не касается, известно лишь ему одному. Однако, видимо, поверили. Но Сичкин и не думал оставлять его в покое. Вскоре из Америки пришла новая депеша, еще покруче прежней. Чувствуя, что этому не будет конца, председатель счел за благо удовлетворить просьбу тещи Сичкина, и она благополучно уехала по другому адресу.

Между тем первое время семье Сичкиных в Америке было нелегко: работы практически никакой. Однако затем артисту помог его же коллега - Олег Видов, который приехал в США гораздо позже его, но быстро сумел там адаптироваться. Сичкин тогда сидел без работы, а Видову предложили роль Брежнева в фильме "Последние дни". Видов нашел в себе смелость отказаться от этой роли и посоветовал режиссеру отдать ее Сичкину (это было в 1989 году). После этого Сичкина в Голливуде заметили и другие режиссеры. Последней его ролью был все тот же Брежнев в фильме Оливера Стоуна "Никсон" (1996). В середине 90-х Б. Сичкин получил право беспрепятственно приезжать на родину.

В 1981 году вынужден был уехать из страны еще один герой "Неуловимых..." - Савелий Крамаров. Но до этого он успел познать на родине такую славу, которая даже не снилась большинству его коллег по искусству. Причем полюбил его народ именно после эпизодической роли Терехова в "Неуловимых..." По его же словам:

"С "Неуловимыми мстителями" вышла очень странная история. Параллельно с этим фильмом я снимался еще в одном фильме, у Данелии в "Тридцать три". Но эта картина не прошла. Не то чтобы не прошла - сделали очень мало копий, считая ее идеологически неустойчивой. Копий было столько, чтобы просто оправдать затраты на фильм. А "Неуловимые мстители" я делал между прочим... Но никогда не угадаешь, что та или иная картина принесет тебе. Та картина, в которую я вкладывал себя целиком, пошла малым тиражом, а "Неуловимые мстители", в которых я появился всего четыре раза и сказал фразу: "А вдоль дороги мертвые с косами стоят и тишина!", дали мне большой успех и много денег. Денег не за сам фильм - там я получил просто копейки. Я сразу стал популярным, много ездил по концертам и зарабатывал деньги".

А вот другому героя "Неуловимых..." - Владимиру Трещалову (Сидор Лютый) - повезло куда меньше. В начале 70-х он неудачно пошутил с тогдашним начальником актерского отдела "Мосфильма", и его выгнали из кинематографа. Трещалов подался в водители троллейбуса (работал в 5-м парке и водил троллейбус по Комсомольскому проспекту - возил Наталью Фатееву от метро до дома). Так продолжалось несколько лет, пока Трещалов не устроился в первый областной Театр комедии. В конце 80-х стал вновь сниматься в кино, в эпизодических ролях (например, вор Мухтар в боевике "Криминальный квартет"). Сейчас живет в Москве вместе с женой Аллой и сыном Сергеем, который учится в Ставропольском юридическом институте МВД России (филиал московского).

Вскоре после выхода на широкий экран последнего фильма про "неуловимых" - "Короны Российской империи" - из жизни ушли сразу двое участников съемок. Первым смерть настигла Аркадия Толбузина (Леопольд Кудасов), который скончался 24 марта 1972 года - через три месяца после премьеры "Короны..." Спустя три года - 6 марта 1975 года умер исполнитель роли батьки Бурнаша Ефим Копелян. По словам его жены Людмилы Иосифовны, после "Неуловимых..." ребятишки во дворе ему не давали прохода: кидали снежками и кричали: "Бурнаш идет!" Но артист реагировал на эти выходки с юмором, он вообще был человеком очень веселым.

Умер Копелян неожиданно. Перед самой премьерой спектакля "Три мешка сорной пшеницы" он почувствовал себя плохо. Родные думали, что это желудок, но врач определил инфаркт. Артист два месяца пролежал в Мельничьих Ручьях в больнице. Казалось, пошел на поправку... В тот роковой день его навестила жена, принесла ему теплые ботинки, поменяла белье. В три часа дня Копелян проводил ее до автобуса. Жена не хотела уезжать одна, стала уговаривать мужа уехать вместе, поскольку в больнице было холодно, не очень уютно. Но он отказался, сказал: "До конца лечения немножко осталось, я доживу здесь, сейчас пообедаю, отдохну". Жена уехала, а у него три часа спустя случился второй инфаркт, и он сразу умер. Это было перед Восьмым марта, врачи ушли домой, и актер оказался почти без присмотра. Его жене потом многие советовали подать на них в суд. Но она не послушалась, решила, какой в этом смысл? Человека нет, что она будет разбираться, доставлять еще кому-то неприятности?

Удачнее всех, кто участвовал в съемках "Неуловимых...", сложилась творческая судьба у Армена Джигарханяна (штабс-капитан Петр Сергеевич Овечкин). Причем его кинематографическая слава заметно опережала театральную. Такого количества самых разнообразных ролей, какие он играл в кино, не знал, пожалуй, ни один советский актер. Не случайно в те годы была придумана эпиграмма: "Гораздо меньше на земле армян, чем фильмов, где сыграл Джигарханян". Причем в равных количествах ему пришлось играть как положительных героев, так и отрицательных. Среди первых: советский солдат-альпинист в "Белом взрыве" (1969), дедушка Левон Погасян в "Когда наступает сентябрь" (кстати, фильм Эдмонда Кеосаяна, за который на фестивале ФЕСТ-77 в Белграде актер был назван лучшим исполнителем мужской роли), член парткома в "Премии" (1975), Федор в "Расскажи мне о себе" (1972). Среди вторых: "главарь банды "Черная кошка" Горбатый в "Место встречи изменить нельзя" (1979), мафиози в "Рафферти" (1980), наемный убийца в "Тегеране-43" (1982) и др. Однако несмотря на огромное количество ролей, сыгранных Джигарханяном в кино, ему до обидного мало пришлось играть классические роли. Например, в его послужном списке всего лишь одна чеховская роль - Шамраев, ни одной шекспировской.