Чтение онлайн

– Я спасла ваши денежки, значит, могу рассчитывать на знакомство с теми, кто поселится в дог-хаусе? Не сегодня, сейчас уже поздно, а завтра. Пригласите меня на чаек?

И что я мог ответить?

– С удовольствием, – покривил я душой.

– Во сколько к вам приехать? – мгновенно схватила быка за рога Косова.

Я быстро дал задний ход.

– Давайте договоримся утром.

– Согласна, – обрадовалась девушка.

В районе девяти утра я вышел в столовую, получил из рук Бориса чашку с кофе и спросил:

– Удалось что-то интересное узнать о Донелли и об Анфисе Заварской?

Батлер открыл ноутбук.

– Я побродил по дебрям Интернета и нашел немного информации. Анфиса работала уборщицей…

Я не перебивал батлера, хотя он повторял то же, что сообщила мне ранее Варвара, но потом Борис рассказал о материальном положении дамы.

Несколько раз в год Анфиса летает за границу, маршруты ее не меняются. Трижды она посещает Лондон, даты ее визитов связаны с открытием-закрытием международной ярмарки чая, которая почти сто лет традиционно проходит в Великобритании.

– Понятно, – кивнул я, – встреча с поставщиками, заключение контрактов.

– В апреле Заварская спешит в Баден-Баден, – продолжал Борис, – лечит желудок, там лучшие санатории по этой части. Еще она посещает Милан, скорей всего покупает там одежду. В принципе ничего необычного, шопинг в Италии давно популярен у россиян. В Милане приветливые люди, вкусная еда и кроме дорогих магазинов полно стокцентров с привлекательными ценами для не очень пухлого кошелька. Есть сайты, на которых предлагают снять квартиру, она обойдется значительно дешевле гостиницы. Билет на самолет можно найти недорогой.

– Сколько раз в году Анфиса летает в Италию? – остановил я Бориса.

– Три, – уточнил он, – в июне на двадцать дней, в остальное время на неделю.

– Даже поселившись в самых дешевых апартаментах и купив билет на самолет по спеццене, нужно иметь стабильный доход, чтобы позволить себе такие вояжи, – заметил я.

– Магазин Заварской уверенно держится на плаву, – сказал батлер. – Правда, ежедневная выручка у нее не очень большая, посетители оставляют в торговом зале и в кафе не особо много денег. Но три-четыре раза в году бывают оптовые продажи. Вот, например, в прошлом ноябре Заварская продала большую партию листа, а весной – чайников, френч-прессов, коробочек для хранения заварки. Выручила дама миллион, налоги заплатила, спит спокойно.

– Ого, – воскликнул я, – неплохо!

– А в августе сумма сделки составила два миллиона, – продолжил Борис. – Некая фирма «Олинкис» сделала заказ. Кроме того, при магазине Анфисы Семеновны существует лекторий «Секреты чая», его, как ни странно, с удовольствием посещают гости столицы. Турагентство «Бутик Робинзона» заключило с Заварской договор, к ней привозят группы экскурсантов. Анфиса им читает лекции про то, как выбирать чай, какие сорта бывают, она делится секретами правильного заваривания, а потом угощает всех в кафе своим чаем. Ну и туристы совершают покупки. Судя по налоговой декларации Анфисы, альянс с «Бутиком Робинзона» весьма успешен. У Заварской талант бизнес-леди. Теперь о Донелли, он потомственный циркач, фокусник-иллюзионист. До Анфисы у Генриха была жена Вероника.

– Стоп, – велел я. – Варвара говорила, что Донелли всего один раз заключал брак.

Мой помощник покачал головой:

– Либо Косова не умеет собирать информацию, либо просто поленилась ее поискать. Первый раз Генрих женился в семнадцать лет на одногодке Веронике Фирсовой, но та через шесть месяцев покончила с собой. Девушка сбросилась с трапеции во время выступления. Свидетелей происшествия была масса: зрители, циркачи. Перед тем как свести счеты с жизнью, Вероника крикнула: «В моей смерти виноват Генрих, он каждую ночь говорит: «Умри, умри, умри, сдохни, спрыгни вниз». Я больше не могу». И прыгнула.

– Однако, – пробормотал я. – Светлана произносила примерно те же слова, только она не обвиняла отца, ей мешал чей-то голос в ухе. И он, как стало понятно после вскрытия, там был, эксперт нашел вживленный чип. Но подобных устройств в год кончины Вероники не существовало. Однако, повторяюсь, ситуация настораживает. Сначала Вероника спрыгнула с трапеции, а спустя много лет из окна последнего этажа дома выбрасывается Светлана.

– Да, – согласился Борис, – это странно. Может, Генрих довел до самоубийства первую супругу, а потом дочь?

Я налил себе еще чашку кофе.

– Вопрос: зачем ему это надо?

Батлер погладил «мышку».

– Чипов, вживляемых под кожу, тогда не было, но психиатрические заболевания известны издревле. По факту самоубийства Вероники возбудили дело, и тут выяснилось, что акробатка лечилась от биполярного расстройства, страдала перепадами настроения. Генрих недуг супруги скрывал, лечил ее у частного доктора за большие деньги.

– И откуда вы все это узнали? – поразился я.

Борис показал на ноутбук.

– Я подумал, что пресса могла написать о самоубийстве циркачки. Порылся в архиве газеты «Рупор», не знаю, помните вы или нет, но это издание было одним из первых, которые потом назвали желтыми. Главный редактор бульварного листка выпустил книгу, ее до сих пор можно скачать в электронном виде на портале «» бесплатно.

– Бесплатно? – удивился я.

– Да, на «» тысячи книг даром, – уточнил Борис, – зайдите, поинтересуйтесь. Но вернемся к нашему вопросу. Главный редактор собрал самые, на его взгляд, интересные истории за время существования «Рупора».

– Фирсова погибла в коммунистические времена, – остановил я Бориса, – в СССР о бульварных листках не слышали.

– Конечно, – согласился батлер, – но владелец «Рупора» до девяносто первого служил в милиции, потом бросил эту нервную работу, стал издавать газету. Его книга состоит из двух частей. Первая называется «Загадочные преступления прошлых лет», вторая именуется «“Рупор” говорит обо всем». В предисловии бывший следователь объяснял, что половина книги – это рассказ о делах, над которыми он работал, а вторая повествует о героях наиболее интересных материалов «Рупора». Очерк про Веронику помещен в начале сборника, он называется «Смертельное сальто». Там изложены все подробности. Веронику не любили за кулисами, людей отталкивало ее странное поведение: утром она с тобой милая, веселая, хохочет без причины, в обед злая, как цепная собака, к ужину тихая, плачет. Акробатка могла пить с человеком чай, мирно беседовать, потом вдруг вскочить со словами: «Вижу, я тебе неприятна» и убежать прочь. Но о сумасшествии никто не думал, полагали, что Фирсова просто не умеет себя вести, и старались держаться от нее подальше. Когда следователь стал задавать Генриху вопросы, тот сообщил о диагнозе, дал телефон лечащего психиатра, и очень скоро дело закрыли. Смерть Вероники сочли самоубийством. Поскольку ни родителей, ни детей, ни каких-либо родственников у бедняжки не было, ее однокомнатная московская квартира отошла вдовцу. Может, парень устал от больной супруги? Да и жилье на дороге не валяется!

– Все возможно, – кивнул я, – действительно, странное совпадение. Сначала жена, потом дочь, у обеих одинаковые симптомы. Надо договориться с госпожой Заварской о встрече, надеюсь, мне удастся вызвать ее на откровенность, может, она что-то знает о Веронике? Или Света связывалась с матерью, приезжала к ней в гости…

– Анфиса Семеновна в Карловых Варах, – сообщил Борис, – вернется завтра.

– Подожду ее, – кивнул я.

Борис закрыл ноутбук.

– К вопросу о чипе, найденном за ухом. Сейчас их существует несколько разновидностей, но, как мне объяснил опытный специалист, диктующий в ухо Светланы человек должен был находиться где-то поблизости от жертвы. Ну, допустим, когда девушка беседовала с вами, мерзавец должен был сидеть в машине у дома или стоять на лестнице в подъезде.