Чтение онлайн

И надо признать, этот круг был весьма узок. И если говорить уже совсем на чистоту, то раньше его не было вовсе — даже собственных родителей Влад кем-то близким не считал.

Впрочем, его вины здесь не было. Чета Алёхиных особо никогда и не скрывала, что видят в старшем брате лишь наследника огромного состояния, человека, на чьи плечи впоследствии ляжет семейный бизнес. Всего лишь выгодный проект, в который стали вкладывать деньги сразу после рождения младшего сына.

Если говорить честно, то вспоминая детство, нельзя сказать, что все было совсем уж плохо. Влад был рад брату, любил его, заботился и оберегал, но… Родители решили иначе. И младший отпрыск был отправлен на воспитание к бабушке, а заботу о старшем взвалили на многочисленных нянек, учителей и репетиторов. Благо бизнес, с самого начала идущий в гору, вполне позволял оплачивать подобные расходы.

Беззаботная жизнь кончилась, так и не начавшись, и Владислав в одночасье лишился и семьи, и брата. Да, со временем успокоился, принял это как данность и стал тем, кем его хотели видеть. Да только мечты о собственной семье никуда не делись.

Любому человеку хочется видеть рядом кого-то близкого и родного. Однако впускать в свою жизнь кого-то постороннего старший сын Алёхиных так и не научился. Да и натура дельца, любовно взращенная в нем отцом и его компаньонами, не позволяла сходиться с людьми. Что говорить — она мешала и наладить отношения с собственным братом.

Влад не пускал в свою жизнь посторонних, не выстраивал долгих и нежных отношений с прекрасным полом, предпочитая ограничиваться короткими встречами для удовлетворения насущных потребностей…

И сейчас, проснувшись в одной постели с девушкой, искренне не понимал, как так получилось.

Нет, прошлый вечер он помнил прекрасно. Вечеринка, организованная братом, едва ли не побила рекорд прошлой, на которой отмечали получение красного диплома, а следовательно, утверждение проекта нового клуба. Ну и окончательную установку даты свадьбы младшего Алёхина, которая должна была состояться в день открытия «Анубиса» и отмечаться там же.

Слегка ошалевшие от приезда Станиславы байкеры гульнули на славу. Впрочем, та тоже недалеко ушла, пожалуй, даже слишком. Кажется, она ухитрилась споить даже неприступную…

Но главное было не это. Переломным моментом вечеринки стал звонок от Неаполь, которая на сегодняшнем разгуле не присутствовала в силу каких-то обстоятельств. Каких именно, Харлей пояснил чуть позже, отведя обоих братьев в сторонку.

Отец неформалки был болен. Утром должны были отдать результаты обследования, и Неаполь хотела присутствовать там лично, чтобы все узнать из первых рук. Но, к сожалению, ее старенький, поддержанный «Мустанг» как всегда не вовремя испустил дух, по закону подлости за чертой города, а ближайший поезд должен был быть только на следующий день. Естественно, бросить свою девушку ночью на трассе Харлей не мог, и моментально уехал, попросив друзей позаботится о Стаське, пока его не будет.

Сам он не пил, чтобы присматривать за сестрой… и, как оказалось, не зря. Он не хотел, чтобы мелкая влезла во что-нибудь, и не видел ничего криминального, если она после пьянки переночует в компании Ришки и под опекой своего друга и ее жениха. Ну, и его брата.

И вот на этого самого брата как раз и легла ответственность транспортировать перебравшую Стаську в квартиру Алёхина, ибо перед данным событием Станислава невесть каким образом ухитрилась не только перепить сисадмина, но и споить не переносящую алкоголь Арину! И выключились эти две красавицы едва ли ни в обнимку, прямо на диване в вип-комнате «Максимуса»…

Пожалуй, не стоит вспоминать, какими глазами на них посмотрела консьержка, когда не самые примерные жильцы дома ввалились в подъезд, неся на руках не подающих признаков жизни девушек.

До квартиры они добрались благополучно, и Миха, естественно, утащил Арину наверх, в их постель. А так как другого спального места больше не было, Владу пришлось укладывать Станиславу на диван, на котором спал он сам вот уже как полгода. Строительство его собственного дома немного затянулось, да и его вроде отсюда никто не гнал, да и вообще… Короче, не суть!

Сам факт, что диван, выполненный на заказ, имеющий форму буквы «п» и длину около шести метров, мог принять и куда большее количество народа.

Владислав точно помнил, что сестру Харлея он уложил спать на другом конце огромного спального места, и случайность встречи почти равнялась нулю…

В таком случае, как же так получилось, что он проснулся, обнимая Станиславу?

Невольно нахмурившись, Влад попытался высвободить затекшую руку или пошевелиться… Бесполезно. Стаська только что-то буркнула во сне, прижавшись к нему еще крепче, обнимая руками, да еще и ногу ему на бедро закинула. Уткнулась носом в грудь… и затихла.

И только тут до Цепеша, наконец-то, дошло — маленький аккуратный носик вечной Харлеевской занозы был просто ледяным!

Приподняв голову, мужчина оглядел диван, гостиную, и только тогда сделал правильные выводы. Странные, но правильные. Во сне девушка скинула одеяло на пол и, банально замерзнув, подкатилась к нему под бок, скорее всего даже не проснувшись. И это вполне понятно, но…

Влад помнил, что кондиционер он вчера не включал. И что, несмотря на открытые окна, июньская жара не давала спокойно дышать даже ночью. К тому же, девушка спала в одежде, раздевать ее вчера никто не стал, разумно ограничившись только снятием кед и тонкой куртки. И возникал закономерный вопрос: как она умудрилась замерзнуть?

А самое главное, почему вопреки собственным привычкам, чуткому сну и принципам, не проснулся сам Владислав?

Хмыкнув, Цепеш протянул свободную руку и слегка коснулся тыльной стороной ладони щеки Стаси. Нахмурился, почувствовав холод… и, натянув одеяло, остался лежать, заложив руку за голову, разглядывая потолок и размышляя.

Сколько же он ее не видел?

Влад на удивление хорошо помнил самую первую их встречу. Кажется, Мих, переживающий тогда тот самый подростковый бунт, остался допоздна у своего закадычного друга и одноклассника, напрочь отказавшись возвращаться домой. Родителям было некогда вылавливать непослушное чадо и, на отлов бунтующих гормонов в крепком уже тогда теле был отправлен старший, к тому времени совершеннолетний сын.

Тогда Владислав впервые и увидел Стаську — мелкую, тощую девчонку с острыми коленками, в веселой пижаме, с забавными торчавшими в разные стороны рыжими косичками. Подойдя к нему со всей непривычной для ребенка решительностью, она подергала его за руку, привлекая внимание, и тихим, но серьезным голосом попросила не забирать его брата.

Влад, ожидающий тогда чего угодно: пьянки, толпы разбуянившихся подростков, повисший в комнате сигаретный дым, а то и что похуже, выпал в осадок, обнаружив всего лишь это чудо на коленях собственного брата. Он думал увидеть подростковую тусовку, а оказалось, что Миха задержался только потому, что читал младшей сестре Харлея сказки…

Владислав, пожалуй, в первый раз за всю жизнь не смог отказать кому-то и прикрыл брата перед родителями.

Кажется, Стаське на тот момент было лет восемь…

Шло время, и вскоре мелкая очаровательная непоседа превратилась в дикого до невозможности сорванца. Пацанка до мозга костей, не признающая ни правил, ни авторитетов. Она всюду таскалась за вполне сформировавшейся бандой, разделяла их увлечения, и никогда не лезла за словом в карман. Надо сказать, что к тому времени уже совершеннолетние байкеры ее обожали, никогда не прогоняли и считали своей в доску. Плохо приходилось тому, кто попытался ее обидеть… Впрочем, она и сама могла без лишних слов просто и незатейливо двинуть кому-нибудь в глаз — Миха, увлекающийся тогда боксом, сам ей поставил удар и показал, куда и как нужно бить.