Чтение онлайн

История их взаимоотношений и вправду была стара, как мир. Сколько споров и

конфликтов, сколько дел в совместной разработке, сколько водки выпито вместе за долгие

годы сотрудничества – познакомились лет двадцать назад, когда Василий Леднев был

старшим опером в розыске, а Илья Панов – начинающим следователем прокуратуры.

Мальчишку сперва не хотели воспринимать в серьез и пытались за сигаретами посылать,

пока он, несмотря на скепсис окружающих, не довел до суда практически

бесперспективное дело по исчезновению пятнадцатилетней школьницы, доказав старым

матерым волкам собственную профпригодность. Зверски убивший падчерицу и

спрятавший в горах труп, отчим сел на пожизненное, а ведь едва не обвел вокруг пальца

опытных оперов, первоначально считаясь потерпевшим по делу.

Теперь Илья Ильич и сам заматерел, прирос пузом и щеками, обрел болезненную

отечность и потерял добрую половину волос в боях за соблюдение законности и

межведомственных интригах. Глядя на незваного и непрошеного гостя в лице коллеги,

тянул с ответом, оценивая ситуацию. Затем, приняв единственно верное решение, указал

на соседнюю дверь свободного кабинета:

– Пойдем. Не в коридоре же нам с тобой общаться…

Не надеявшийся на теплый прием Леднев охотно согласился.

– Хвастать особо нечем, – в отсутствие хозяина кабинета Панов втиснул грузное тело

в узкое чиновничье кожаное кресло, бросил видавший виды портфель на стол и тускло

сверкнул матовым циферблатом относительно недорогих, но добротных «Тиссот». – С

этой минуты мы, как актеры на сцене – под пристальным взглядом зрителей и в жарком

свете софитов, – в подтверждение слов он ослабил ворот рубашки, смахнул со лба капли

пота. – Если оступимся, сожрут с потрохами, не взирая на прежние заслуги. Ты ж знаешь,

Петрович…

Василий Петрович знал. Не единожды приходилось вести оперативное

сопровождение резонансных дел и всегда сталкивались с критикой, жалобами,

нежеланием оказывать помощь и угрозой увольнения, а то и перспективой оказаться на

нарах. Это футболисты могут играть, как хотят, проигрыш команды – проблема

болельщиков, а мент – он всегда на острие ножа, всегда на грани, ноги еще по территории

ходят, а голова уже на плахе лежит. На всякий случай. Они все одним миром мазаны: и

менты, и следствие, и прокурорские, и фэбсы.

– Сам-то какими судьбами? – Панов тянул время, подсознательно не желая втягивать

ревизора из столицы в дела местной епархии, хотя отдавал себе отчет, что Леднева за

столом не удержишь, по баням с девками не поводишь – он все равно свой нос в самое

говно сунет, запачкаться не побоится.

– Давай об этом позже. Вечером за рюмочкой чая посидим, покалякаем, а сейчас о

сути…

Время утекало, а каждая минута бесценной была. Многие преступления по горячим

следам раскрываются, если все правильно сделать, по науке себя вести, на мелочи

внимание обращать, деталями не брезговать. А если сразу на след напасть не удастся, то

здесь уж как Бог на душу положит: можно и никогда в жизни до конца не дойти. В одном

сомневаться не приходилось: каждое дело, оно индивидуально, куда заведет – неведомо.

Здесь прежний опыт – подспорье, но не панацея.

– И кто наш «счастливчик»? Из-за кого сыр-бор? Неужто сам генерал-губернатор?

Панов поморщился.

– Хуже. Советник. Наш непосредственный куратор. Борис Андреевич Штурмин

координировал деятельность силовиков в крае, являлся связующим звеном между

конкурирующими службами. Должность советника по взаимодействию с

правоохранительными органами при губернаторе создавалась специально под него,

подразумевалось, что он сможет объединить усилия силовиков в борьбе с преступностью,

сделать деятельность правоохранительных органов максимально эффективной. Чтобы

генералы не на себя одеяло тянули, а общее дело делали. И, надо сказать, с поставленной

задачей справился на «отлично».

– Версии?

– Первоначально – профессиональная деятельность. Заказное убийство. Одна пуля в

голову с близкого расстояния. Разнесло пол черепной коробки. Орудие преступления пока

не обнаружено. На месте преступления найдена гильза калибра 9 мм, Браунинг.

Нахмурив брови, Леднев погладил пальцами переносицу.

– Заказное, говоришь? Какая-то ерунда получается, Илья Ильич: киллер оружие

забрал, а гильзу оставил. Почему ствол на месте не сбросил?

Нисколько не смутившись, Илья Ильич высказал предположение:

– Оружие, это ж ниточка, Петрович. Предусмотрительный убийца лишних следов

оставлять не будет – по стволу его вычислить могут: где изготовлен, где украден, где

засветиться успел… А так, выбросил в Туношну – тут метров семьсот ходом до излучины

– или в море утопил. И, в прямом смысле слова, концы в воду! Никто никогда в жизни

найти не сумеет. Только по случайности.

– А гильза – не ниточка?

– Ниточка, – согласился Панов. – Она на оружие точно укажет, если его найдем. Но

мож кто вспугнул киллера, а мож искать не стал или не нашел. Человека-то убить – не

фунт изюма откушать. Перенервничал, ноги унести поспешил. Узнаем, только

когда допросить сможем… Так что никаких несоответствий не вижу.

Задумчиво глядя на собеседника, Василий Петрович вынужден был согласиться с