Чтение онлайн

Телепнев, сидя в СИЗО, свою вину отрицал и отказывался давать показания против самого себя. Его защитники настаивали, что он действовал по поручению подмосковного правительства и Минфина, «выполняя социально значимые задачи в интересах области».

И снова парадокс: вместе с Телепневым не привлекли ни одного чиновника. Кузнецов скрылся за границей, и обвинения ему никто предъявлять не спешил. Но у Московской области есть, к примеру, еще и главное контрольное управление, которое почему-то не обратило внимания на подозрительные операции. Впрочем, им руководил давний соратник губернатора Виктор Шилин – его вряд ли стоило беспокоить.

По некоторым данным, в схеме привлечения средств на нужды ЖКХ были задействованы и банки. К примеру, следствие обратило внимание на банк ВТБ24, который финансировал подмосковных коммунальщиков под гарантии областного правительства. Были подозрения, что эти сделки были фиктивными, и деньги вообще не покидали банка, а все расчеты происходили только на бумаге. Банк кредитовал предприятия ЖКХ, а потом получал деньги из бюджета.

Возможно, некоторый свет на эту историю мог бы пролить глава управления по работе с крупными клиентами ВТБ Олег Жуковский.

В декабре 2007 года его припорошенное снегом тело было найдено возле собственного дома в элитном и строго охраняемом поселке Лесная Опушка Одинцовского района Подмосковья. Банкир лежал на дне пустого бассейна во дворе своего особняка со связанными руками и ногами. Расследование идет. Есть три версии – сердечный приступ, утопление, самоубийство. В доме следователи нашли якобы предсмертную записку. В ней Жуковский прощался с близкими и коллегами, писал, что «очень устал от жизни» и просит в своей смерти никого не винить.

«За двадцать лет работы в розыске я впервые сталкиваюсь с таким экзотическим способом самоубийства, – говорил один из оперативников репортерам газеты “Коммерсантъ”. – Связать себе руки без посторонней помощи задача не простая, он же не фокусник Гарри Гудини».

Некоторые свидетели по делу Телепнева якобы говорили следователям о том, что Жуковский находился в курсе странных схем с кредитами подмосковных компаний ЖКХ. Правда, в самом банке заявляли, что ничего необычного в тех кредитах не было – банк исторически работал с разными регионами и предоставлял МУПам кредиты под гарантии местного правительства. Раскрыть убийство банкира не удалось до сих пор, равно как и завершить расследование по делу Телепнева.

Дело Демидова и Бездель, которым занималось ГУВД по Московской области, тоже повисло в воздухе. Впрочем, это неудивительно.

Зима в 2008 году началась поздно. 15 декабря осень все еще не желала ей уступать: снега практически не было, над «домом-громоотводом» в Мякининской пойме второй месяц висели тяжелые тучи – погода стояла нелетная. Но, несмотря на ненастье, у членов подмосковного правительства в тот день было приподнятое настроение. Подумать только, все получилось, как в старые добрые времена – банкиры остались с носом.

Именно в этот день Московская область должна была исполнить оферту перед кредиторами и выкупить у них третий выпуск облигаций «Московского областного ипотечного агентства» (МОИА) на 5 млрд рублей.

Естественно, денег у области в обрез, и отдавать их на оплату ошибок беглого министра финансов не хотелось.

Тогда, вероятно, решено было действовать по давно проверенному сценарию – через силовиков. Пока банкиры ждали своих денег, судья Одинцовского районного суда арестовала все три выпуска облигаций МОИА на общую сумму 9,5 млрд рублей, запретив любые сделки с ними, в том числе и выкуп по оферте.

Сделала она это по представлению следователей ГУВД по Московской области. Расследуя дело Демидова и Бездель, они обнаружили, что директор компании «РИГрупп-Финанс», выступавшей андеррайтером трех выпусков облигаций МОИА на 9,5 млрд рублей, украла все эти деньги. Но не одна, а «совместно с неустановленными лицами, аффилированными группой компаний РИГ». Якобы она ввела в заблуждение членов подмосковного правительства и депутатов Мособлдумы, которые решили предоставить оферту по выкупу части этих облигаций.

Арестовав бумаги, милиционеры и суд помогли областным чиновникам не платить по долгам. Почему они так поступили? Причина могла быть в том, что Громов, некогда работавший замминистра внутренних дел, сумел сохранить старые связи в органах. Задействовав эти связи, ему на время удалось избежать расплаты. Ведь если бы МОИА не исполнила эту оферту, пришлось бы объявить дефолт дочерней компании Московской области, а этого в подмосковном правительстве пока боялись.

Тем временем банкиры терпеливо ждали своих денег. Они звонили в «РИГрупп», размещавшую бумаги, спрашивали, когда им заплатят. Сбросить со своего баланса подозрительные активы собирались все держатели облигаций МОИА, так что обстановка установилась напряженная.

Оставшиеся в компании Жанны Буллок сотрудники уговаривали кредиторов потерпеть. В конце дня в «РИГрупп» сказали, что правительство области выполнит оферту завтра. Один день просрочки бывает – прощается, решили банкиры. Они согласились подождать, выставили свои заявки 16 декабря. Но было поздно – на сайте подмосковного правительства появился трогательный пресс-релиз.

В нем говорилось, что 15 декабря вице-губернатор Алексей Пантелеев провел совещание с областными министрами и работниками силовых ведомств. Участники «выразили благодарность сотрудникам правоохранительных органов, и прежде всего ГУВД по Московской области, за содействие и координацию усилий в деятельности по защите интересов регионального бюджета».

Банкиры также узнали, что в тот же день суд арестовал первые два выпуска облигаций МОИА, а третий был арестован еще 5 декабря (со времени наложения ареста как раз прошло десять дней, чтобы в момент оферты оно вступило в законную силу). Подмосковные чиновники говорили, что, разумеется, готовы исполнить свои обещания и заплатить банкирам, но не сейчас, ведь бумаги арестованы.

Директор инвестгруппы «Регион» Андрей Жуйков, также ожидавший выплаты оферты, был уверен, что чиновники знали, что делают. Организаторы выпуска облигаций, компетентные органы и суд молчали 15 декабря, а на следующий день получили благодарность от подмосковного правительства. Инвесторы было попробовали оспорить арест в суде, но ничего не вышло.

Этот случай действительно шокировал банковское сообщество. Все понимали, что в стране начался кризис, что многие чересчур закредитованные компании скоро пойдут ко дну. Но в тот момент не платили только заемщики второго и третьего сорта. «Когда не стала платить Московская область, было ощущение, что открывается какой-то ящик Пандоры, и после этого посыплется все подряд», – вспоминал Жуйков.

Ведь соблазн воспользоваться такой же схемой у должников достаточно велик. Стоит принести в депозитарий, где хранятся ценные бумаги, постановление какого-нибудь калмыцкого суда о том, что у бабушки украли одну облигацию, и из-за этого весь выпуск арестовывается – после этого можно никому ничего не платить.