Чтение онлайн

— Ты думаешь, я не звонил? — вспылил начальник. — Твой коммуникатор отключен, — уже рявкнул он.

— Наверно разрядился, — промямлила я. Проверять не стала, потому что пришлось бы включить свет. А он сейчас враг мне. В полутьме не видно припухлых губ и встрепанных волос.

— Миас вся извелась, — Дакар упомянул имя подруги, но я поняла, что он имеет ввиду себя. Просто аполинезийцу сложно произнести вслух, что он волновался. Я еще острее почувствовала свою вину. Хуже всего было осознавать, что даже Абвиль с его волшебным членом не смог изгнать из моего сердца Дакара. А значит, я влипла. Серьезно влипла. Хотелось выть от досады.

Начальник тем временем, набрал какой-то номер на коммуникаторе вручную, и бросив в трубку "отбой", вновь заговорил со мной:

— Сегодня полнолуние, тебе нельзя в волчью резервацию.

— Тогда я останусь спать здесь.

— На этом диванчике нам вдвоем не поместиться.

К моим щекам прилила кровь. То есть он думал, что я буду спать с ним?

— Мне нужно проверить кое-какие данные, — я плотнее прижала папку к груди. — Скорее всего, это займет всю ночь. Так что…

— Ты была в архиве? — осторожно произнес Дакар.

Что мне стоило сказать "да"? Но я не могла проронить ни слова. Повисла пауза.

— Где ты взяла эту папку? — по голосу я поняла, что мужчина напрягся.

Я нервно кусала губы. Что мне ему сказать? Если признаюсь, то посыпятся вопросы. Может еще не поздно соврать про архив? Но из него я обычно волоку ворох этих папок на тележке. А тут всего одна…

Дакар щелкнул пальцами, и яркий свет высветил пространство кабинета. Я зажмурилась, глазам было больно с непривычки. Но затем, я вспомнила, в каком виде сейчас и с ужасом распахнула глаза. Наставник уже вскочил с дивана, надвигаясь на меня горой. Я пропала. Рука пыталась нашарить позади ручку двери, но только ловила воздух. Я не могла отвести взгляда от полыхающих гневом глаз Дакара. Я вжимала в себя несчастную папку, но даже под ее прикрытием, было все понятно. В налившихся чернотой глазах аполинезийца горел яростный огонь. Казалось, он убьет меня взглядом. Момент растянулся для меня в вечность, если вообще не застыл.

— Стой здесь, — процедил сквозь зубы Дакар, рывком открывая дверь.

— Куда ты? — я сдержала порыв ухватиться за рукав его рубашки.

— Я убью его, — уже не сдерживаясь, рявкнул аполинезиец и выбежал в коридор.

Мои ноги ослабли, и я осела прямо на пол. Бежать за ним? Я не догоню, да и сил нет, полное опустошение. Разнять мужчин, если Абвиль все еще здесь, у меня не получится. Я переползла на диван. Встала. Снова села. Отвратительная ситуация, и во всем виновата я.

Не убьет же он Абвиля, в самом деле? Дакар ведь не дикарь. Я надеюсь…

Открыв добытую папку, я мысленно молилась, чтобы все это было не зря.

В бумагах были записаны протоколы первых сеансов машин снов с программой под названием "семейная идиллия". В команде разработчиков именно Дакар отвечал за правильное исполнение сновидения. В документах говорилось, что программа сна была написана с "плавающим" багом. Вместо семейной идиллии клиентам снились кровавые ужасы. Отмечается, что все шло по плану до определенного момента, но затем резко менялось в худшую сторону. Супруг в сновидении с заботливого и любящего превращался в жестокого убийцу. Несколько клиентов подали в суд. Еще бы, пережить такой кошмар.

Да, это действительно серьезный "косяк" со стороны разработчиков. Поэтому Дакара, как главу отдела скинули в самый низ иерархии корпорации. В назидание другим. А может, и чтобы успокоить недовольных клиентов. Но Дакара все-таки не уволили. Потому что, благодаря его кропотливой работе корпорация процветает. Все предыдущие программы снов Дакара были гениальными. Даже странно, что аполинезиец так серьезно и грубо прокололся.

Я пожевала губу. Что-то в этой истории явно не сходилось. Перед тем, как выпускать программу сна "в свет", ее сначала должны были обкатать, убедиться, что все работает без багов. И я уже столько отчетов просмотрела про испытания программ перед подачей клиентам… А тут ничего. Ни слова. Может данные где-то в другой папке? Если их, конечно, не выкрали и не уничтожили.

Ясно только одно, Эль Абвиль был причастен ко всему этому. Иначе, зачем бы ему прятать у себя папку со скандальными данными. Странно, что президент не провел качественное расследование. Не верю я, что Дакар виновен в этих кровавых ужасах. Он создавал семейную идиллию. Но может президент и понимает, что аполинезиец не виновен, но клиенты потребовали наказать главного разработчика. В общем, все сложнее, чем мне думалось. Но я найду тех, кто подставил Дакара.

Дверь распахнулась и с грохотом ударилась о стену. Я чуть не выронила бумаги.

— Пошли, — скомандовал Дакар, держась за проем разбитой рукой.

— Что ты с ним сделал? Избил? — мой взгляд прыгал с черных глаз аполинезийца на разбитые костяшки его руки.

— Я ударил его только раз.

Я не смогла сдержать вздоха облегчения.

— Но уже жалею об этом, — Дакар увидел прореху на моей блузке. — Нужно было выбить из него все дерьмо. Этот ублюдок принудил тебя?

Я поспешно свела края прорехи на блузке. Треклятая пуговица.

— Нет. Нет, — быстро проговорила я, боясь, что аполинезиец вернется к Абвилю, чтобы закончить то, что начал. — Это я виновата. Он не при чем.

— Ты еще и защищаешь его, — горько поморщился Дакар.

Я подавила в себе порыв подбежать к нему и обнять. "У него невеста", как мантру повторяла я.

— Нам нужно убраться отсюда, иначе я не сдержусь, — предупредил наставник.

Уже садясь в флай-мобиль Дакара, я спросила:

— Куда мы?

— В гостевой дом, — потирая подбородок здоровой рукой, ответил наставник.

Мой взгляд был прикован к трем ранкам на костяшках кисти Дакара. Мужская рука с силой сжимала руль. Надеюсь, он из качественного материала, и аполинезиец его не сломает.

И все же я вопросительно приподняла брови. Какой еще гостевой дом?

— Терра оккупировала мою квартиру. Она как-то сделала дубликат от ключ-карты и решила, что теперь мы будем жить вместе.

Я хмыкнула. Просто отлично. Что я с ним делаю в одной машине?

— Так теперь вы живете вместе? — я ревновала, хотя не имела на это права.

— Нет. Я там не живу.

— Почему ты не попросишь ее на выход? Это ведь твоя квартира, — возмутилась я.

— Когда Ла Терра поймет, что я не приду к ней, то сама уйдет.

И все же я не понимала, почему аполинезиец так нежничал с девушкой. Да, она дочь президента корпорации, но все же. Их отношения были мне не понятны. Что на уме огненной саламандры понятно сразу. Но Дакар? Что у него в голове? Чего он хочет?

Я понимала, что влипла. По самые уши. Я была втянута в их отношения. Я так же понимала, что проиграю, если попробую отобрать Дакара у рыжей. От этого осознания было горько. Но мне сейчас было так спокойно с аполинезийцем. Как будто я была на своем месте рядом с ним. Незаметно для себя, я задремала под мерное качание флай-мобиля.