Чтение онлайн

— Ты читала свой отчет, Алин?

Мои щеки вспыхивают, и я вспоминаю про документ.

— Я его отправила тебе? — мой голос похож на писк.

На миг он выглядит так словно готов рассмеяться, но потом Даниил снова становится серьезным.

— Меня напрягла уже пояснительная записка, — он приподнимает брови, — в которой ты просила не спать с секретаршей.

— О господи! — давненько мне не было так стыдно. — Отчет?

Я чувствую, что очень сильно приподняла брови, аж лоб болит. Вот к чему приводит гонка за званием лучшего сотрудника!

— Я бы назвал это бредом сумасшедшего, — выдыхает Даниил. — Я пытался дозвониться до тебя вчера весь вечер, с тех пор как открыл это послание от Ктулху в своей почте. Ты порядком меня напугала.

— Ты меня уволишь?

Он выдыхает и взглядом указывает на пакеты.

— Похоже, что я здесь для этого?

— Сделаешь любовницей…

Он снова касается моей щеки.

— Алин.

Я пристально смотрю ему в глаза.

— Я сегодня целый день наводил о тебе справки, потому что твой телефон второй день молчит. Решил, ты в больнице, но когда понял, что нет… Блин! — он запускает себе руку в волосы. — Я реально думал, что найду тут труп!

Его забота выглядит такой искренней и милой.

— Ты ж без родственников почти. Твои друзья на работе вообще не в курсе, где ты.

Я улыбаюсь и смотрю на пакеты.

— Но надеялся, что я выжила…

— Да! — кивает Даниил. — Очень надеялся! Не представляешь, как давно я не испытывал такого адреналина! С тех пор, наверное, как Аня забеременела.

Его лицо вмиг темнеет и магия, которая, казалось, искрила между нами, рассеивается от его слов о жене.

— Угостишь чаем? — он принимается за пальто. — Раз уж я прискакал?

«Как рыцарь», — усмехаюсь про себя.

Мы молча идем на кухню, и я думаю о том, как же мне повезло. Самое ужасное в этом везении то, что мне очень страшно упустить его.

Он садится за мой старый разбитый, но чистенький стол. Я делаю нам обоим чай.

— Как ты? — доносится из-за спины.

Размешиваю в чашке сахар.

— Уже лучше.

Я сажусь напротив него. Лицо Даниила озаряет кухонная подсветка. У меня не так давно перегорела лампочка в люстре, а с предновогодней суетой все так и не сподобилась ее заменить.

У меня на душе ощущение праздника и волшебства. Дима не хотел со мной жить и не пускал меня на свою территорию — говорил, что буду мешать больной маме. Теперь я понимаю, что он просто не желал ограничиваться одной девушкой. Я слышала от коллег намеки, что не единственная, но не хотела верить.

Касаюсь пальцев Даниила своими. Почему-то мне сейчас кажется, что мы друг у друга одни. Впервые мужчина вот так просто гостит у меня на кухне и мне кажется, что он целиком мой. Сейчас я в это верить боюсь.

— Как Аня? — срывается с губ.

— Что Аня? — он морщится.

Я чувствую себя идиоткой. Все это потому, что я не знаю как должна вести себя настоящая женщина, которая могла бы вскружить голову такому потрясающему мужчине.

— Ее… здоровье, — я мешаю в чашке чай.

— Мы не разговариваем, — Даниил откидывается на спинку стула и снова запускает руку в волосы. — С той самой сцены, которую она устроила перед корпоративом. Я опаздывал на час, потому что она повела себя как стерва!

У меня щеки наливаются румянцем. Он задержался больше часа. Из-за меня.

— Я ответил, что поеду снимать шлюх!

Он выдыхает. Мы встречаемся взглядами. Даниил крепче сжимает мои пальцы.

— Ты не такая. Я очень рад, что вместо шлюхи встретил тебя, — он говорит скороговоркой. — Да я и не собирался! Она, блин, просто… по моей гордости прошлась. Это резьбу сорвет у любого мужика!

Даниил аккуратно тянется к моему лицу и приподнимает пальцем подбородок.

— Я вижу, как ты смущаешься. Смущалась со мной… Да ты такая узкая, готов покляться, что трахал тебя только этот дебил. Извини, — он правда выглядит виноватым. — Просто хотел сказать, что ты не ходишь по мужикам. Да я и не полез бы на продажную бабу.

Внутри я чувствую что-то вроде необходимости отомстить.

— Так что она сказала? Аня? Тогда?

Он отстраняется и выглядит застигнутым врасплох. Даниил смотрит в пространство и мне на миг становится стыдно. Я как нож к горлу ему приставила. Вынудила сознаться в том, что задело его мужскую гордость. В том, что гордость была именно мужской, у меня сомнений нет.

— Что ей нужен хороший генетический материал, — я не успеваю помешать этому признанию, — это когда я вынудил ее сознаться в том, что изменила.

— Стерва, — вырывается у меня.

Даниил растирает лицо руками.

— И она завела ребенка от какого-то козла, который выглядит как Тарзан. Да он хорошо по деревьям лазает! А не материал, блин! Галимая отмазка! Он просто трахается как…

Я поднимаюсь и молча шарю по полкам. Ага! Вот она, бутылка вина. Если я сейчас не остановлю генерального, он уйдет в снежную пургу. Кто захочет оставаться наедине с девушкой после такого признания?

— Первобытный дикарь, — слышу я, пока наливаю пахнущую виноградом и спиртом жидкость в кружку. — А я слишком много думаю! И я еще любил ее.

И все еще любишь…

— Думал, что люблю!

Бах! Ставлю перед ним кружку.

— Это что?

Прикусываю губу.

— Лекарство.

Даниил принюхивается.

— Это вино.

— Напьемся? — киваю.

Мне уже не страшно выглядеть перед ним алкоголичкой. Пусть считает меня кем хочет, генеральный уже кажется раскрутил меня на куда более неприличные вещи. Это мелочи.

Он залпом опрокидывает в себя кружку, и я с нежностью понимаю, что не надо масок. Не бояться показать собеседнику настоящее лицо бесценно.

Я тоже ставлю себе кружку и замираю с бутылкой в руке. Бокалов у меня нет. Мама не пила и мне запрещала. После тех дебошей, которые устраивал отец, у нее «аллергия» на алкоголь. А вот я, когда рассталась в Димой, стала время от времени приносить домой бутылочку и пила в одиночестве, когда мне становилось совсем хреново — просто чтобы забыться.

Я вздрагиваю. А если бы так и дальше пошло? Куда бы я прикатилась? Невольно передергиваю плечами и мне вспоминается таксист, протягивающий «счастливый билетик». Что если все это не случайно? Ведь до корпоратива мне казалось, что вся моя жизнь катится под откос и я мысленно обращалась к высшим силам: «Если ничего не изменится в новом году, я просто прыгну под поезд».