Чтение онлайн

— Британский? — Командир посмотрел на дурика у моих ног, — Откуда Вы знаете, что именно британский.

— Стивен О,Хара, снайпер, шестой колониальный полк, Шотландская дивизия охотников за головами. Всё это сможет подтвердить он сам, но пока я его держу на коротком поводке, для безопасности.

— Ну, хорошо, старлей, — полковник пожевал нижнюю губу. — Если ты прямо сейчас докажешь мне, что сумел увернуться от пули британского снайпера, дальше будем говорить по другому. Согласен? — Я усмехнулся:

— Где Ваш пистолет?

— Там где ему и положено быть — в кобуре, на поясе.

— Тогда давайте, я громко сосчитаю до трёх, не сходя с места, а после счёта три — попробуйте меня застрелить. Согласны? — Тут уж усмехнулся полковник.

— Стрелять я в тебя не буду, я не такой идиот, чтобы палить в гебиста, просто обозначу.

— Дело Ваше. «Маруся, на счёт три — СТАЗИС. Понятно»? «Принято». — Итак. РАЗ. ДВА. ТРИ! — Вокруг всё застыло. Я, не торопясь, подошёл к командиру, аккуратно вынул его пистолет из кобуры, вытащил обойму и понял, почему он не хотел стрелять. В обойме не было патронов. Ну, что же, и мне так проще. Я аккуратно разобрал пистолет, разложил на столе, аккуратно застегнул кобуру. Стал на своё место: «СТАЗИС — отбой».

Полковник схватился за кобуру и застыл в непонимании. Я кивнул на его стол. Увидев своё оружие в разобранном виде, полковник покачал головой:

— Да, товарищ старший лейтенант, умеете удивлять. Теперь верю, что смог увернуться от пули снайпера.

— Всё это красиво, товарищ полковник, однако, как Вы выразились, цирк. А нам нужен результат. — Ракицкий подтянулся:

— Что требуется от меня?

— Сейчас, Станислав Николаевич, я переброшу Вам некую информацию, которую снял с мозга этого снайпера. Вы в этой части знаете всё и всех, Вы скорее поймёте кто, зачем и по каким причинам убил лейтенантов Зверева и Соломина. Ощущение немного непривычное, но я думаю, Вы справитесь.

«Маруся, мыслеформу в полном объёме полковнику».

«Отправлено». Ракицкий поморщился, потом задумался, присел за стол, обхватил голову руками. Прошло минуты три. Он встряхнулся, схватил трубку телефона:

— Оперативный? Подполковника Симонян ко мне. Срочно. — Дальше он так и сидел, обхватив голову руками. В дверь постучали:

— Разрешите, товарищ полковник. — Зашедший, типичный кавказец, — Товарищ полковник, подполковник Симонян… — Тут он увидел сидящего на корточках британца и шарахнулся к двери. Однако я её уже закрыл собой.

А Ракицкий вышел из-за стола, подошёл к Симоняну:

— Что, Ашот Вазгенович, знакомого встретил?

«Маруся, срочно просканируй Симоняна. Данные — мне».

«Принято».

— Так, что, Ашот Вазгенович, знакомый твой нам всё рассказал…

— Он не говорит по-русски, — Автоматически произнёс подполковник.

— Ну, видишь, ты и это знаешь. А мы, вот не знали, с нами он так щебетал, заслушались просто. — Тут я вклинился в беседу:

— Товарищ полковник, есть ещё информация. Только очень страшная.

— Давай, дальше смерти не пошлют. «Маруся, всё, что есть — полковнику». «Принято. Передано».

На командира было страшно смотреть. Он подошёл к Симоняну, внимательно посмотрел ему в глаза:

— И ты — с этим сможешь дальше жить? — Тут уж я еле уследил — левый полу крюк в печень и правый прямой в челюсть. Симонян закатил глаза и рухнул на пол. Нокаут!

— Браво, товарищ полковник! Настолько профессионально!

— Мастер спорта, был, когда то. Ты представь себе, старлей, эта гнида, мало того, что убил двух пацанов, он три с лишним года передавал натовцам ключи ЗАС и на телефон и на телеграф. Уже денежек подкопил, хотел купить дачу на озере Севан. СУКА! Очнётся — добью! — Подойдя к телефону:

— Оперативный? Начальника особого отдела ко мне. — Повернувшись ко мне:

— У вас в отделе кто-то тоже стучит. Про тебя стуканули перед самым твоим приездом. Так, что у себя там тоже разбирайтесь. А мы, с особистом, подключим военную прокуратуру. Размотаем этот клубок, не переживай. Кстати, что делать с этим снайпером?

— Ну, пока он в состоянии ступора, с ним можно делать что угодно. Он ничего не скроет. Только то, что он русского языка не знает, это факт. Как он тут обитал? У Симоняна в будке жил, наверное.

— Наверное, — улыбнулся Ракицкий, — И сколько он будет в этом состоянии?

— Да я могу снять хоть сейчас, но думаю, что не стоит. Недели Вам хватит раскрутить по полной?

— Хватит, спасибо тебе, старший лейтенант! Как хоть зовут то тебя, а то, как не люди?

— Илья, Станислав Николаевич.

— Ну, вот и чудно.

Когда приехал сюда, помню, поворачивал вправо, а дай, думаю, пошалю. И повернул опять вправо, в сторону, как помню, финской границы. Однако же — шиш. Снова бравый полицейский, поворот на брусчатку, шлагбаум — и я дома.

После доклада командиру по сто пятьдесят второй бригаде, мы немного обсудили детали будущих действий по предотвращению возможных событий. Потом шеф внимательно так посмотрел на меня:

— Иди ка ты, Илья домой, отдохнуть тебе нужно. Иначе ты себя так просто загонишь. Давай, привет Лизе.

Дома первой меня встретила наша новая жительница с симпатичной мордочкой и вертлявым хвостиком. Я взял её на руки. Смешно, но выражение этой мордашки выражал полный экстаз. Подошла Лиза:

— Уже познакомились? Это, папочка, наша девочка, её зовут Сима, Симочка. А это, Сима, наш папочка, наш герой и кормилец. — Я уже не обращаю внимания на все эти лестные эпитеты. Однако один вопрос остался:

— А почему Сима? Какое-то имя…как бы это сказать…

— Никак не надо говорить, — отрезала Лиза, — Сима — это Симфония. Ты ещё не слышал, как она поёт!

— Поёт? — Я обалдел, — Как это поёт?

— А вот так, смотри. — Лиза взяла у меня Симочку, поставила на пол, подняла пальчик. — Симочка, внимательно:

Я уже хотел выдать шуточку, типа, что-то с голосом, типа, НО! Собака ЗАПЕЛА!!! Нет, без слов, конечно, но явно попадая завыванием и писком в ритм, размер и, главное, в мелодию!

«Маруся, просканируй это чудо природы. На что она ещё способна»?

«Я хотела попросить прощения, когда я создавала этих животинок, то подумала, а не сделать ли их немного усовершенствованными. Ваша Симочка умеет петь, и так каждый из этого выпуска на что-то способен. У шефа его Рекс может развить феноменальную скорость, под сорок километров в час. И так все остальные. Кто-то из них акробат, кто-то футболист, кто-то может лапкой на песке рисовать. Но в чём все собаки едины, так это в том, все они понимают человеческую речь. Вот так. Я сделала что-то не так»?