Чтение онлайн

Декада продлилась до 24 февраля: в тот день в Большом театре состоялся заключительный концерт, который вновь посетили Хрущев и Рашидов. В том концерте выступили: танцевальный ансамбль «Бахор», певец Бахрам Мавлянов и др. Когда представление закончилось, знатный посланец Узбекистана – 90-летний Юсуп Шакаржанов – вместе с группой других делегатов поднялся в правительственную ложу и вручил Хрущеву великолепный бухарский ковер с изображением В.И. Ленина, а также другие подарки. Сразу после завершения декады Рашидов вернулся на родину, а спустя три недели был избран на пост 1-го секретаря ЦК КП Узбекистана.

В годы горбачевской перестройки, когда союзная элита начала процесс дискредитации Рашидова, на авансцену пропагандистской кампании был вытянут миф о том, что он попал на пост руководителя Узбекистана случайно. Творцами этого мифа были два известных узбекских писателя: Камиль Икрамов (сын Акмаля Икрамова, который был главой Узбекистана в сталинские годы и который был репрессирован в 37-м) и Тимур Пулатов. Причем отметим, что первый одно время (в конце 60-х, о чем речь еще пойдет ниже) находился в компрах с Рашидовым, не сойдясь с ним во взглядах на литературные процессы, происходившие в республике, однако спустя десятилетие изменил свои взгляды и в октябре 1979 года написал Рашидову длинное письмо, где были следующие строчки:

«Всякий раз я испытываю наплыв счастья, сознавая, что невероятно трудное дело, начатое моим отцом, вот уже столько лет находится в Ваших удивительно добрых и в то же время могучих руках. Это сочетание благословенно!..».

Не пройдет и десяти лет, как К. Икрамов станет говорить о Рашидове уже совершенно иные слова – оскорбительные. И начнется все именно со статьи в «Литературной газете» за июнь 87-го, где писатель распространит миф о случайности избрания Рашидова на пост 1-го секретаря ЦК КП Узбекистана.

Отметим, что Икрамов и Пулатов в своих рассказах ссылаются на слова одного и того же человека – бывшего члена Бюро ЦК КП Узбекистана Расула Гуламова – но правдивей их версии от этого почему не выглядят. Судите сами.

10 июня 1987 года в «Литературной газете» К. Икрамов поведал следующее:

«В 1959 году, будучи членом Бюро ЦК Компартии Узбекистана, Расул Гуламович возражал против избрания Рашидова на пост первого секретаря, и его точку зрения разделяла ровно половина состава Бюро.

Небывало долгим было то заседание. Советовались с Москвой, расходились, снова сходились и снова спорили. Сомнения в кандидатуре были серьезные, но… Рашидова избрали. Большинством в один голос. И этот голос подал он сам…».

А теперь послушаем рассказ Т. Пулатова, который был опубликован ровно через год после икрамовского – в июле 1988 года – в другом рупоре либерал-перестроечной прессы – журнале «Огонек» (№ 29). Цитирую:

«В том, что именно Рашидов, а не кто другой, более достойный, занял пост первого секретаря ЦК Компартии республики, сыграла роль случайность. Активный участник тогдашних событий, старый большевик Р. Г. Гуламов рассказывал мне, что, когда на Бюро ЦК решался вопрос, кто будет первым секретарем, голоса разделились поровну «за» и «против» Рашидова. Уже была объявлена дата Пленума ЦК, а члены Бюро все продолжали спорить. Тогда, согласно легенде (почему легенде, если писатель строит свой рассказ на словах реального участника событий – Гуламова? – Ф.Р.) представители ЦК КПСС, приехавшие в Ташкент, позвонили Н. С. Хрущеву: «Узбекские товарищи никак не могут договориться». «А кто там в списке кандидатур?» – спросил Н. С. Хрущев. Ему прочитали список. «Я из них только Рашидова знаю. Были вместе в Индии», – сказал Н. С. Хрущев, и эта его фраза, переданная членам Бюро ЦК, и решила исход голосования в пользу Рашидова…».

Итак, мы имеем один и тот же источник информации – непосредственного участника событий Р. Гуламова, однако ясности в вопросе от этого почему-то не прибавляется, а даже наоборот. Например, по Икрамову получается, что Рашидов сам помог своему избранию на пост 1-го секретаря (именно его голос перевесил чашу весов при голосовании), а по Пулатову выходит, что все решил звонок Хрущеву. В таком случае возникает вопрос: было вообще голосование или нет? Если было и победил Рашидов, тогда зачем надо было звонить в Москву – ведь та уже делегировала в Ташкент своих людей, которые наверняка имели на руках фамилию нужного Центру кандидата? Отметим, что этими людьми были: 1-й заместитель заведующего отдела партийных органов ЦК КПСС по союзным республикам Петр Пигалев и заведующий отделом промышленных товаров ЦК КПСС Леонид Лубенников.

Данную проблему можно было разрешить элементарно: подняв материалы заседания того самого Бюро ЦК КП Узбекистана, на котором решалась судьба будущего 1-го секретаря. Но это сделано не было, причем сознательно. В таком случае все те мифы вокруг избрания Рашидова, которые распространяли по стране люди вроде К. Икрамова и Т. Пулатова, лопнули бы как мыльный пузырь. А именно этого как раз и не хотели тогдашние высшие элиты как в Москве, так и в самом Узбекистане. В итоге правда об этом вскрылась только спустя несколько лет, когда Союз уже развалился – в начале 90-х. Именно тогда в Узбекистане была издана книга С. Ризаева о Шарафе Рашидове, где впервые и была опубликована стенограмма того исторического заседания. В списке имен выступающих была и фамилия Р. Гуламова (на которого ссылались в своих рассказах К. Икрамов и Т. Пулатов), только вот говорил он диаметрально противоположное тому, о чем поведали миллионам людей писатели-мифотворцы.

То памятное заседание по вопросу выборов нового руководителя КП Узбекистана и в самом деле длилось долго – три дня: 12–14 марта 1959 года. Однако отметим, что два первых дня члены Бюро бурно обсуждали деятельность прежнего 1-го секретаря Сабира Камалова (стенограммы этих заседаний насчитывают 453 страницы текста!), и только последний день был посвящен выборам нового руководителя КП республики. Причем изложение этих выборов уместилось всего лишь на 89 страницах, поскольку никаких особенных споров по кандидатуре нового 1-го секретаря не было. А было почти единогласное решение. Чтобы не быть голословным, приведу некоторые выдержки из тех стенограмм.

Р. Мельников (2-й секретарь ЦК КП Узбекистана) «Нам нужно избрать первого секретаря ЦК. Давайте обсудим кандидатуры. Кто желает взять слово?».

З. Рахимбабаева (секретарь ЦК КП Узбекистана): «Нам, товарищи, сейчас нужен первый секретарь с большой подготовкой, исключительно уважаемый, грамотный, обладающий качествами руководителя, который сумеет сплотить Бюро ЦК, который мог бы на основе сплочения, дружбы внутри Бюро ЦК также повысить требовательность к кандидатам в члены Бюро ЦК, человек высокой эрудиции, близкий с народом, человек, который был бы близко связан с интеллигенцией.

Я думаю, на должность первого секретаря нужно выставить кандидатуру товарища Рашидова Шарафа Рашидовича. Мы его знаем. Если мы ему поможем, каждый на своем участке, еще больше сплотим свои силы и улучшим участки своей работы, если у нас создастся атмосфера взаимоуважения, взаимоподдержки, у нас резко изменится положение.

Этими качествами, которые так нужны секретарю, к сожалению, не обладал бывший секретарь ЦК. Я вношу предложение рекомендовать первым секретарем ЦК товарища Рашидова».

М. Абдуразаков (секретарь ЦК КП Узбекистана): «Я поддерживаю».

Г. Габриельянц (Первый заместитель Председателя Совета Министров УзССР): «Я поддерживаю».

С. Нурутдинов (первый секретарь Ташкентского обкома партии): «Я думаю, что кандидатура Шарафа Рашидовича очень удачная и получит полную поддержку у всех. Во-первых, его положительные качества: человек совершенно эрудированный. Хотя его нынешняя работа имеет свои особенности, но, несмотря на это, в жизни партийной организации он участвует не меньше любого члена Бюро ЦК. Товарищ Рашидов очень принципиальный, чуткий к кадрам, к людям. Я полностью разделяю мнение, что Шараф Рашидович может кадры сплотить и поднять крупные, принципиальные вопросы, связанные с жизнью республики, возглавить республиканскую парторганизацию для решения грандиозных задач, поставленных ХХI съездом КПСС. Я полностью поддерживаю и считаю, что это самая удачная кандидатура».