Чтение онлайн

— Деньги, присланные отцом, с вами?

— Здесь.

— Разрешите, — протянул руку Корж.

Валя достала и передала ему пачку кредиток.

Вся сумма была в тридцатирублевых купюрах и, взглянув нa нее, Алексей Петрович на минуту задумался. Где-то он уже видел точно такие же, почти новенькие тридцатки. Где?.. Ах да, в сундуке сторожа Быхина. Быхина-Воронкова. Интересно!..

Корж спросил девушку:

— У вас есть время завтра со мной съездить к отцу?

— Есть. Занятия кончились.

— Хорошо. Завтра в восемь утра я буду ждать вас на вокзале. Поезд уходит в восемь тридцать.

— Я буду обязательно.

— Подругам прошу не говорить, куда вы собираетесь и зачем. Деньги пока останутся у меня, сейчас я напишу вам расписку.

— Не нужно, что вы!

— Так положено, — остановил ее начальник Управления. — В данном случае капитан Корж действует не как частное лицо.

После ухода девушки Алексей Петрович разложил деньги на столе и просмотрел их. Все они были одной серии, номера шли по порядку. А серия была та же, что и на деньгах из сундука Быхина.

— Вот, Николай Николаевич, мои предположения начинают, как будто, подтверждаться.

— А именно?

— Сейчас я почти уверен, что с рацией прибыл Воронков и что искать его следует в поселке станции Р. Деньги, данные путеобходчику, пришли от него, — я имею доказательства. Четыреста тридцать пятый разъезд находится вблизи станции Р. Оливарес обещал передать сводку о перевозках по дороге. Ее нужно кому-то составить. Может быть, старик Мукосеев и есть то лицо, с которым вспомогательная группа, то есть группа Воронкова, заимела связь?..

— Да, все это довольно логично, — после некоторого раздумья проговорил Новиков. — Завтра на месте постарайтесь разобраться во всем.

Корж забрал деньги и прошел с ними в научно-техническое отделение.

Лаборант взял на экспертизу четыре кредитки. Через некоторое время вернулся и, для пущей убедительности, попросил еще несколько штук. Все они оказались одинаковыми. Он вернул их Коржу и коротко бросил:

— Липа. И притом довольно грубой работы. Сделаны наспех.

— Что и требовалось доказать, — проговорил Корж.

В то самое утро, когда Корж с Валей Мукосеевой выехали из города, Антон Воронков пришел к путеобходчику. До этого он три дня даже не показывался ему на глаза, забросил и рыбную ловлю. Он не забыл, как упорно отказывался старик от денег, и решил дать ему время немного прийти в себя.

Но и тянуть особенно было некогда. Сводку пообещали — теперь ее ждали в разведотделе. Лешка приказал брать старика за горло. Здесь, в глухом лесу, наедине, можно было не церемониться.

Трофим Платонович, как всегда, встретил Антона приветливо, только спросил немного удивленно, не увидев в руках его знакомых удилищ:

— Забросил, видно, рыбалку-то?

— Да, решил отдохнуть немного. Вот вышел грибов поискать. Маслят бы на жарево.

— Не плохо. Дождичка бы нужно, — взглянул на безоблачное небо путеобходчик. — Тогда грибы полезут.

Он пригласил Антона в дом, поставил самовар, больше нечем было угощать гостя. За столом, как бы невзначай, Антон спросил:

— Послал деньги дочке?

— Да, вчера со знакомым одним отправил.

— Опоздал! — сокрушенно крякнул Антон.

— А что такое? — старик отставил в сторону кружку, настороженно взглянул на гостя.

— Да что… Я ведь не столько по грибы, сколько к тебе собрался в такую рань…

— В чем дело-то? — почувствовав недоброе, забеспокоился обходчик.

— В чем, в чем!.. Тут так сложилось, что деньги эти мне дозарезу понадобились. Просто вот так! — Антон чиркнул крючковатым пальцем по большому кадыку на длинном, худом горле.

— Постой!.. — удивился старик. — Ведь ты же сам говорил: тебе не к спеху.

— А теперь приперло — дальше некуда.

— Эх! — горько и безнадежно вырвалось у старика. — Чуяло мое сердце, не нужно было брать их. Так нет!..

— Ну, кто же знал… — оправдывался Антон.

— Как их вернуть теперь? В город ехать? А может, она уж и извела… Вот напасть!

— А деньги мне позарез нужны, — повторил Антон.

— Ну, что ты будешь делать! — старик схватился за голову.

В комнате наступила гнетущая тишина. В раскрытое окно доносился беззаботный щебет воробьев на березе. Далеко, на станции, посвистывал маневровый паровоз. Солнечный блик играл на чистом, выскобленном полу.

С довольной усмешкой, прищурясь, смотрел Антон на седую, опущенную голову путеобходчика. «Прижал!..»

— Может, у знакомых кого перехватишь на время, — посоветовал он, наперед зная, что занять старику негде.

— Да у кого! — в отчаянии выкрикнул Мукосеев. — Кто даст! Попутал меня нечистый!

— Что уж у тебя так и нет никого, кто бы выручил?

Старик безнадежно махнул рукой.

— Как же быть теперь?

— Ума не приложу!

И снова молчание, тишина.

Антон кашлял, ерзал на стуле и крякал, всем своим видом показывая нетерпение.

Старик мучительно искал выход из положения и не находил его. Ни разу в жизни ни у кого не занимал он ни гроша и теперь, буквально, не знал, что делать.

И вдруг рыбак так же решительно, как только что требовал возвращения долга, ни с того, ни с сего отказался от него.

— Ладно, — примирительно сказал он. — Вижу, что взять тебе негде. Как-нибудь перебьюсь, сам перезайму. Ну, только и у меня к тебе просьба, Трофим Платоныч. Я тебя выручил, теперь и ты мне уважь.

— Если смогу. — У старика немного отлегло от сердца.

— Сможешь, дело пустяковое.

— Говори.

— Не торопи. Теперь уж я не спешу, а тебе и подавно некуда. Пес с ними, и с деньгами теми, налей-ка еще чашечку… Я, по правде говоря, могу совсем не брать с тебя долг и расписку верну…

— Ну, зачем? Я отдам — раз брал-

— Не в этом суть. Бросим про деньги, ну их!.. Ты давно работаешь на дороге?

— Мальчишкой еще начинал.

— Ого, ничего себе стаж!

— Да. Сначала отцу помогал, присматривался, а потом и самостоятельно пошел.