Кошачий коготь
Шрифт:
– Много жизней.
– перебил ее Ян.
– Все повторяют это. Я уже начинаю чувствовать себя не комфортно.
– Это бремя героя.
– покачала головой она.
– Тебе придется смириться с ним, и нести эту ношу.
Ян усмехнулся.
– Я не герой. Я безработный бывший браконьер, который понятия не имеет, что дальше делать со своей жизнью.
– И это все не отменяет того, что ты спас много жизней. Ты спас меня. И я верю, что ты найдешь новый путь. Просто дай себе немного времени.
– ободряюще проговорила Ася.
Ян пожал плечами, и решил перевести тему разговора.
– Как ты?
– Не знаю. – пожала плечами Ася.
– Наверное, до сих пор немного напугана. Никогда не видела столько смертей. Только в воспоминаниях Карата. Но это другое. Там я была больше наблюдателем, чем участником.
Парень понимающе закивал:
– Да. Это было словно все мои ночные кошмары разом воплотились в жизнь.
Ася немного помолчала, а затем аккуратно предложила:
– Может быть, пойдем куда-нибудь где не так шумно? Поговорим в спокойной обстановке?
Ян внимательно посмотрел в глаза Аси, и тихо ответил:
– Я бы с удовольствием провел с тобой время. Но может быть, лучше останемся здесь, и просто потанцуем. Порадуемся тому, что кошмары закончились и повеселимся.
Девушка удивленно вздернула брови.
– А ты разве танцуешь? Никогда не видела.
Ян развел руками.
– Я раньше и с монстрами не общался. И очень зря. Оказывается, большинство из них отличные ребята и хорошие друзья. Поэтому, кто знает? Может мне и танцевать понравиться? Теперь я открыт ко всему новому.
Завершив предложение, Ян схватил Асю за руку и повел на танцпол. Неумело переставляя руки и ноги, он, не обращая внимание на остальных, принялся двигаться в такт зажигательной музыки. Слишком много горя и страданий было пережито за последние время. И сейчас Ян наконец-то был готов перевернуть страницу и, отпустив всю свою боль, двигаться дальше. Оставляя ненависть позади, ему было немного страшно от неопределенности будущего. Но он был уверен в том, что новое начало окажется гораздо увлекательнее, чем пройденный этап. И это осознание придавало сил, и заставляло широко улыбаться.