Чтение онлайн

Скарлет отпихнула кресло ногой, и оно с грохотом рухнуло на бок. Она подошла к пленнице и глянула на неё с презрением.

— Что ж вы все такие импульсивные… — произнесла Арахна с досадой. — Одни невротики с травмами детства и незакрытыми гештальтами. Ну давай, раз уж не-жизнь девочки тоже закончена, поведай нам, что у тебя на уме. А я, быть может, поведаю тебе, как спастись.

— Сладко говоришь. Но… Мне не нужно спасение.

— О да-а-а, ты ищешь искупление грехов, но не нашла того, кто поможет тебе покончить с этим, не так ли?

Женщина опустила хлыст и подошла к креслу. Она подняла его и, подтащив ближе к колонне, села в него.

— Ты не права, — сказала она, пересчитывая пальчиками нахлёсты на рукоятке. — Ты поможешь мне.

— Мне нравится, к чему идёт наш диалог, продолжай.

— Я диаблеристка, это верно. Но никогда не делала этого по собственной воле.

— Любопытно.

— Хватит вставлять эти дурацкие словечки, — огрызнулась Скарлет Серпент и шлёпнула пленницу по бедру чуть ниже ягодицы.

— Ой-ёй, прости, больше не буду. Продолжай, я вся слух. Но можешь ещё раз так сделать, я не против.

Скарлет вскинула бровь и отбросила хлыст в сторону, чем явно огорчила Арахну.

— Мой сир любил экспериментировать. Уж не знаю, эти наклонности остались у него с тех времeн, когда он был человеком, или он приобрeл их после становления. В дело шли все: люди, вампиры, оборотни, феи, перевёртыши — словом, все. Он говорил, что исследует возможность сородичам питаться не только кровью людей. Благородная цель, не так ли? Но ничего подобного на самом деле не было. Он изучал пределы, которыми обладают все живые и неживые. А я подчищала за ним. Но держать меня как уборщика неинтересно, ведь меня тоже можно использовать. Потому при случае он позволял мне поглощать души сородичей.

— И скольких же ты диаблеризировала? — спросила Арахна вкрадчивым тоном.

Женщина ответила не сразу, она выдержала паузу, чтобы затем насладиться произведённым эффектом:

— Я перестала считать после шестого десятка.

— Ты шутишь…

— Если бы. Даже мой сир не сможет назвать точное число. Моя аура настолько черна, что мне приходится скрываться, иначе будут новые жертвы, ведь проще снова убить, чем оправдаться, — сказала Скарлет. Казалось, она многие годы готовила своё рассказ, чтобы поведать его кому-то.

— Я начинаю ощущать дискомфорт.

— Напрасно. Я давно никого не поглощала, хотя возможность была. Я обучала одного вентру секретам клана, к которому изначально принадлежала, ведь он совершил диаблери, чтобы стать тем, кем ему не позволили.

— Только не говори мне, что речь об одном из детей Оро, — Арахна фыркнула и покачала головой.

— Он ещe не встретил окончательную смерть? — усмехнулась Скарлет.

— Нет, Мидас его оберегает. Так ты хотела поглотить душу Редукса?

— Нет, не его. Некоторое время назад ко мне пришeл другой сородич. Он откуда-то узнал о нашей с Редуксом связи. И пытал меня, — сказала Скарлет. Она выпрямила ногу, на которую хромала, и подняла штанину, показывая обезображенную страшными шрамами кожу, она выглядела так, будто еe срывали шипованным ремнём.

— И ты отпустила его? — изумилась Арахна.

— Он сказал, что пришeл ко мне по приказу моего сира. Что я могла сделать?

— Твой сир… Ты говоришь о Касторе, не так ли?

Скарлет кивнула.

— Да-а-а, этот ублюдок наделал дел во вторую мировую, — припомнила Арахна. — А когда нацистская Германия потерпела поражение, ретировался в Америку. Такого мерзавца ещё надо поискать.

— Именно он предложил Хьюго взять меня в качестве палача.

— Но ты сказала, что Кастора тоже казнят вместе с другими предателями.

— Сказала, — согласилась Скарлет. — Хьюго не нравится, что он играет на две стороны, пусть и якобы в его пользу. Он считает, что от всех старых крыс нужно избавиться, иначе недолго продлится идиллия его победы. Но это же Кастор. Он снова сбежит.

— И что ты предлагаешь?

— Я позволю тебе диаблеризировать меня. И пусть всевышний позаботится о том, чтобы тебя не порвало от того количества душ, что во мне заключены. Если эта девочка выживет… Ну-с, как там говорилось в пророчестве? «Она обрушит мир, сорвав с плеч головы невольных»?

— Почему ты не сделаешь это сама? У тебя есть для этого всe.

— Я не избранная. Не меня выбрали для этой роли. Я всего лишь средство достижения цели. Эксперимент. Быть может, то, что делал Кастор, тоже часть пророчества?

— Мне кажется, мы узнаем это очень скоро.

— Мне тоже. Приступим.

Скарлет встала и приблизилась к пленнице. Она легко разорвала цепь, и та со звоном упала на пол. Девушка рухнула на колени, но не смогла подняться — не было сил. Скарлет расстегнула блузку и подставила оголeнную шею сородичу. Та сразу набросилась на неe и стала жадно пить желанную кровь. Всего за несколько глотков она осушила женщину, и затем на неe обрушилась нестерпимая боль.

Сомн голосов, принадлежащий сотням душ, оглушал, своим воем они чуть ли рвали барабанные перепонки. Казалось, их крики наполнили зал, и всe вокруг резко накрыла тьма, но это происходило лишь в голове девушки. Она хотела бы оторваться, прекратить этот кошмар, но не могла. Поток душ наполнял еe изнутри, норовя разорвать тело, будто все они были не эфемерными призраками, а волнами магмы, заполнявшей рот, пищевод, желудок, каждую клеточку своим отчаянием и яростью. Вихрь теней окружил двух сородичей, он свистел и рвал, кричал и метался, раздирая ткань и кожу. Грeза держалась из последних сил. Арахна оставила еe, она была одна в безумном торнадо и не знала, что ей делать.

«Мне страшно…», — пронеслось в еe голове. Она распахнула глаза, алые от залившей их крови, и зарычала. Боялась не она, а все эти неприкаянные души, что стекались из одного сосуда в другой. Кипящий поток сменился ледяной коркой. Грeза поглотила последние души и отбросила опустошeнное тело, оно тут же исчезло, унесeнное волной холодного воздуха.

… мне страшно больно почему я когда это закончится где я что это почему как больно остановись так темно страшно какая боль почему я что это зачем они сделали это я хочу вернуться больно пусть это прекратится страшно как страшно я отомщу так темно холодно мне холодно я ничего не чувствую страшно я отомщу прекратите мне страшно я отомщу хватит кричать больно я отомщу остановитесь я отомщу почему это происходит со мной холодно я отомщу

— Молча-а-а-а-ать! — закричала Грeза и, запрокинув голову, ударила лбом о пол. В глазах стало совершенно темно, лишь искры сверкали где-то на краю зрения.

«Мне страшно».

— Я сказала… Заткнуться. Вы… Слабые никчeмные тени. Вы ничто!

Грeза поднялась и осмотрелась. Конечно, Скарлет нигде не было, она нашла окончательную смерть и исчезла.

— Это не души… Это… Пустышки. Мне ничего не стоит заткнуть всех вас. Сидите. Тихо. Арахна?!

«Я всe ещe здесь, девочка».