Чтение онлайн

Точнее говоря, люди, в свойственной им манере попытались решить территориальный вопрос силой. Отон с несколькими соплеменниками оправились в долгий поход, и дошли до Алтайского края. В результате этого дипломатического похода, вражду между людьми и Велосами удалось прекратить на огромной территории. Это очень радовало жителей поселения в Омске, так как именно по этому пути им предстояло в скором времени пройти до своей мечты – Китая.

Во время похода Велосы обнаружили еще два транспортных и один боевой корабль Граберов. Пенкин с головой погрузился в заботы по реанимации обнаруженных кораблей. Транспортник, вступивший в бой с эскадрой Истобов, восстановить не удалось, и Дмитрий сильно расстраивался потерей корабля. Вновь обнаруженные транспортники немного скрасили горечь утраты. А вот средний боевой корабль Пенкина очень воодушевил. Еще бы, теперь при необходимости он мог вступить в бой с любым захватчиком и на корабле, предназначенном именно для этого. А когда Ксюша в кооперации со старичками-учеными дополнительно установили на боевой корабль Граберов энергетическую пушку с корабля Истобов, Дмитрий просто обалдел от счастья. С удвоенной боевой мощью, корабль не имел себе равных во вселенной, в крайнем случае, в известной теперь людям ее части.

Усиленными темпами началось строительство поселения в Таре, заложенное по уже опробованной схеме. Тем более, что последние боевые столкновения показали эффективность таких укреплений.

В это время закончилась подготовка второго Похода в Китай. Новые облучатели кожи получились еще компактнее, так, что количество вьючных лошадей немного уменьшилось. В этот раз в походе изъявили желание участвовать тридцать людей и сто Велосов.

Наступила пора прощаться. С учетом произошедших событий, путь путешественников на большей части пути проходил по территориям дружественных поселений, но это не являлось поводом расслабляться. Пенкин категорически настоял на том, что бы прикрытие колонны с воздуха осуществлялось круглосуточно. Количество кораблей и обученных пилотов позволяло такое организовать. Кроме этого, Велосы обеспечивали в этот раз разведку более широкой полосы.

Дмитрий Пенкин вывел боевой корабль на околоземную орбиту и приступил к его испытаниям.

Погоняв двигатели на средних уровнях, он резко перевел их на межпланетный режим. Звезды слились в сплошные полосы, а сквозь переборки донесся привычный шум. Снизив скорость, Дмитрий заложил несколько виражей и с огромный удовольствием почувствовал как корабль слушается управления. Да, транспортник это транспортник, и большего тут не скажешь. Обнаружив небольшой метеорит, Пенкин распылил его одним выстрелом из пушки Истобов и развернул корабль обратно к Земле.

В этот момент он подумал о том, что скоро должен вернуться корабль Фарамонов и сердце заныло. Дмитрий не терял надежду встретиться с любимой. Ждать он умел, но жить с постоянной болью устал. Руки непроизвольно погладили панель прибора для набора координат, а пальцы сами набрали до боли знакомую комбинацию цифр – 25.12.1943. Прибор недовольно пискнул, не понимая, что за непонятные координаты введены пилотом, и Пенкин раздраженно хлопнул по клавише сброса. Он уже давно не посещал на орбите- локомотив, сцепленный с кораблем, оснащенным аппаратурой перемещения во времени, потому, что боялся поддаться исполнить желанную идею, мучавшую его постоянно.

В этот момент стала видимой Земля. Маленький голубой шарик постепенно увеличивался в размерах. Как же она прекрасна!

Дмитрий вспомнил об уничтоженных опытами Граберов светлых душах миллиардов людей. Планета лишилась их защитной энергии, и теперь необходимо столько времени и жизней хороших людей, что бы восстановить хотя бы относительное равновесие!

Пенкину стало стыдно за минутную слабость. Нет, он не готов стать причиной бедствий и гибели оставшихся после катастрофы людей.

Приблизившись к планете, Пенкин рассмотрел пробирающуюся по лесу цепочку лошадей и внимательно осмотрел местность впереди отряда. Все чисто. Еще немного покружив в плотных слоях атмосферы и убедившись в том, что корабль отремонтирован на совесть, Дмитрий пошел на посадку.

Обслужив корабль, Пенкин направился в свою холостяцкую квартиру. После ухода большей части жителей в Китай и Тару поселок опустел. Дмитрий душой стремился вслед за друзьями, но останавливало то, что он ждал возвращения корабля Фарамонов, обещавших ему перемещение во времени для воссоединения с любимой и родителями.

Он разогрел ужин и уселся у окна, грустно наблюдая, как заходит солнце. Аппетит пропал, и Дмитрий поймал себя на мысли, что ему предстоит еще одна бессонно-выматывающая ночь.

Посидев у окна еще полчаса, Пенкин резко встал и решительно направился в мастерскую старичков-ученых. Лучше уж страдать от похмелья, чем сойти с ума от постоянно терзающих дум!

Он застал Виктора Викторовича Николина и Николая Михалыча Дроздова в привычной обстановке но, непривычном состоянии. Старички ученые удобно расположились в уголке отдыха, оборудованном прямо в мастерской среди приборов и оборудования, и горячо спорили. Вот только ни на столе, ни в глазах собеседников алкоголя не наблюдалось.

Пенкин удивленно осмотрелся и принюхался. Не хватало еще, что бы его друзья изменили зеленому змию и переключились на наркоту или подобную мерзость.

Виктор Викторович первым заметил гостя.

– Дима, дорогой! Проходи и садись. Мы тут ужинаем и по ходу этого действа пытаемся разрешить один спор по техническому вопросу.

Михалыч зло зыркнул в сторону пришедшего, но потом узнал, кто пришел и его взгляд потеплел.

– Да, заходи, заходи. Пока я на старость лет в чикотилы не подался. Совсем старый пердун достал своей ересью.

Дмитрий уселся между спорщиками и с сожалением посмотрел на стол. Пара банок консервов, кусок сала, и ободранные со всех сторон пара лепешек, не обещали насыщения молодому и здоровому организму. Пенкин с сожалением подумал об оставленном на своем столе, пусть и холостяцком, но все-таки более калорийном наборе продуктов вполне могущим претендовать на название ужина.

Две руки вцепились ему в плечи, а и без того измученный мыслями мозг подвергся атаке.

Дмитрий несколько секунд пытался вникнуть в смысл спора, а потом от души рассмеялся. Боль и тоска по любимой и родителям, уход друзей в путешествие и, как следствие, убивающее чувство одиночества, все это, пусть и на не продолжительное время пока он смеялся, но все таки уменьшили чудовищную нагрузку на уставшие мозг и сердце.

Дмитрий устало закурил и вдруг поймал себя на мысли, что эта минутная передышка позволила ему пополнить запас жизненных сил и готовность пережить все выпавшие на его долю несчастья. И он так благодарен друзьям . . . Пенкин с чувством запоздало раскаяния посмотрел на собеседников.

К его огромному удивлению, старички-ученые сидели напротив него за столом, обняв друг друга руками за плечи, и находились в самом наилучшем настроении.

– Вот видишь, Витя, насколько твоя позиция глупа. Ее невозможно даже просто выслушать без смеха, а не то, что обсуждать.

– Извини, Колян, это как раз то касается твоей позиции . . . .

Внезапно наступившая тишина и две пары строгих глаз пристально смотрели на Пенкина, и теперь наступила его очередь задуматься.

Суть спора казалась несущественной и уже давно не актуальной. Казалась.

Виктор Викторович считал ошибкой канонизацию последнего Русского императора. Михалыч- очень правильной и своевременной. Особенно, в свете полученной недавно информации об истории Земли и ее энергетическом поле.