Чтение онлайн

Подобно палеофантастам XIX века, фон Дэникен утверждает, что доклассической и классической мифологии можно всецело доверять. При этом он ожидаемо ссылается на прецедент Шлимана. Однако там, где его предшественники видели доказательства деятельности высокоразвитой цивилизации Атлантиды, фон Дэникен видит свидетельства посещения Земли пришельцами со звезд. В качестве аргумента он приводит феномен «карго-культа» – так называют религиозные движения на островах Меланезии (Тихий океан), возникшие после Второй мировой войны в качестве реакции на временную оккупацию. Когда завоеватели ушли, осталась память о высокой культуре и «волшебных» технологиях. Некоторые островитяне пытаются ритуально подражать оккупационным войскам: строят некое подобие самолетов и взлетно-посадочных полос, изображают технический персонал и связистов, наносят на тела воинские знаки различия и маршируют с деревянными «винтовками». Если проводить аналогию, то, может быть, наши предки также присутствовали при высадке инопланетян, наблюдали за их непонятной деятельностью, а затем пытались воспроизводить ее в ритуалах и воспевали в эпосах? Проблема аналогии, предложенной фон Дэникеном, состоит в том, что «карго-культы» оказались недолговечными, а их более внимательное изучение показало, что мы понимаем их слишком буквально: в действительности они являются модифицированной версией системы примитивных суеверий, существовавшей задолго до ХХ века и связанной с утопическими ожиданиями скорого наступления «эпохи изобилия». Наиболее развитый «карго-культ», называемый «культом Джона Фрума» и воцарившийся на острове Танна (Вануату), имел конкретное авторство (его приписывают некоему Манехиви) и служил не столько религиозным, сколько политическим целям. Подробнее об этом читайте, например, книгу Питера Уорсли «Когда вострубит труба. Исследование культов Карго в Меланезии» (The Trumpet Shall Sound. A Study of «Cargo» Cult in Melanesia, 1957), изданную на русском языке в 1963 году [3] .

Со своей стороны примитивная мифология (не в смысле заблуждения, а в смысле продукта творческого осмысления действительности) и связанные с ней ритуальные действия вырастают из психологической потребности очеловечить стихийные природные явления, придав им осмысленность и потенциальную управляемость. Классическая мифология – еще более сложное явление, в котором сведения о реальной истории соседствуют с философскими обобщениями, назидательными сентенциями, сказочными событиями и гиперболизированными аллегориями. Эрих фон Дэникен в своих книгах неоднократно подчеркивает, что древние мифы и предания искажены за счет переложения с языка на язык, поэтому трактовать их следует с осторожностью, но сам постоянно нарушает это правило, связывая любое упоминание о богах с гипотетическими инопланетянами.

Впрочем, в самой гипотезе палеовизита нет ничего принципиально антинаучного. И при этом она имеет почтенную историю. Как известно, после Аристотеля на много веков возобладала геоцентрическая космология. Хотя воображение мыслителей оказалось сковано пределами единственного мира, они довольно часто позволяли себе пофантазировать на предмет «антиподов» – существ, живущих за границами Ойкумены. Своеобразным сводом средневековых чудес стала Херефордская карта мира, изготовленная около 1300 года: на ней можно найти русалку, сирену, циклопа, птицеголовое существо и, конечно, огнедышащих драконов. Из античности перешел в Средневековье миф о кинокефалах (киноцефалах, псоглавцах, песиголовцах) – людях с собачьими головами, которые живут где-то на краю света, носят одежду, строят жилища, но разговаривают исключительно лаем, как обычные псы. Поскольку многие источники свидетельствовали о том, что кинокефалы реальны, для теологов стало проблемой, куда отнести их в космологической иерархии: к животным, людям или демонам.

Гелиоцентрическая теория Николая Коперника и астрономические открытия Галилео Галилея, сделанные с помощью телескопа, в одночасье повергли старую космологию. Конечно, религиозные институты еще долго сопротивлялись наступлению нового знания, но к концу XVII века мало кто из образованных людей верил в геоцентризм. Изменилось и отношение к вопросу населенности небесных тел: о том, что, например, на Луне могут быть какие-то формы жизни, писали Иоганн Кеплер, Пьер Гассенди, Пьер Борель, Сирано де Бержерак и многие другие ученые того времени, включая прогрессивных теологов. Своего рода рубежом стало издание книги Бернара де Фонтенеля «Беседы о множественности миров» (Entretiens sur la pluralit'e des mondes, 1686), в которой помимо прочего обсуждалась гипотеза палеовизита. При этом уже тогда де Фонтенель прибег к аналогу «карго-культа» в качестве аргумента – за 300 лет до фон Дэникена! Но отверг гипотезу, поскольку полагал, что инопланетяне еще не освоили технологию космических перелетов, а когда освоят, мы это сразу заметим.

В дальнейшем уверенность, что все небесные тела, включая Солнце, обитаемы, только росла. Ученые Европы состязались в придумывании новых аргументов, подтверждающих общее мнение: космос плотно населен, и вскоре мы установим контакт с «братьями по разуму». Плодовитый французский популяризатор Камиль Фламмарион, дебютировавший в 1862 году небольшим сочинением «Многочисленность обитаемых миров» (La pluralit'e des mondes habit'es; 'etudes o`u l’on expose les conditions d’habitabilit'e des terres c'elestes, discut'ees au point de vue de l’astronomie et de la physiologie), регулярно издавал книги, в которых обобщал сведения о гипотетических инопланетянах, включая мифы и предания. Можно подумать, читая его, что Фламмарион ставил знак равенства между богами из мифологий и пришельцами из космоса, но на самом деле популяризатор просто показывал, что идея множественности обитаемых миров имеет солидную предысторию.

Однако время шло, а инопланетяне никак себя не проявляли, сделавшись персонажами фантастики. Именно в фантастическом романе немецкого писателя Курда Лассвица «На двух планетах» (Auf zwei Planeten, 1897) было впервые заявлено: они уже здесь! Писатель утверждал, что высокоразвитые марсиане много десятилетий тайно занимаются «прогрессорской» деятельностью на Земле. Идею подхватил русский революционер Александр Богданов (Малиновский), развивший ее в утопической повести «Красная звезда» (1908).

Очередной шаг в формировании теории палеоконтакта сделал американский журналист Чарльз Форт, который, подобно Фламмариону, профессионально занялся изучением «непознанного» с привлечением современных научных открытий. Но если Фламмарион четко различал игру воображения и обоснованные умозаключения, то Форт полагал, что дыма без огня не бывает: любое странное явление или артефакт могут быть объяснены деятельностью сверхъестественных сил или пришельцев из космоса. Он же заложил основы паранаучной дисциплины, собирающей сведения о присутствии инопланетян на Земле, которую ныне принято называть «уфология». Свой главный труд под названием «Книга проклятых» (The Book of the Damned) Чарльз Форт опубликовал в 1919 году. По сути это был справочник «необъясненного», в котором автор обобщил информацию о всевозможных феноменах: от дождей из лягушек до неопознанных летающих объектов. Например, Форт описывал так называемый Зальцбургский параллелепипед – обработанный кусок металла, который был найден в 1885 году в буром угле третичного периода и выставлен в музее Зальцбурга. Хотя к тому времени научное сообщество, включая первооткрывателя «параллелепипеда» – горного инженера Фридриха Гурльта, пришло к выводу, что находка представляет собой ископаемый метеорит, Форт сделал вывод, что это артефакт, оставленный пришельцами. Кстати, более современные исследования показали, что «параллелепипед» – не метеорит, а всего лишь противовес шахтерской лебедки; сейчас он выставлен в музее австрийского города Фёклабрукк .

С «Книгой проклятых» был хорошо знаком американский писатель Говард Лавкрафт. О теории Форта он отзывался довольно пренебрежительно, называя ее «бредовой», что не помешало ему использовать почерпнутые идеи для сочинения мрачных фантастических рассказов. Можно даже сказать, что Лавкрафт раньше остальных сформулировал современную версию гипотезы палеовизита. К примеру, вот что он писал в рассказе «Зов Ктулху» (The Call of Cthulhu, 1926): «Были эпохи, когда на Земле господствовали иные Существа, и они создали большие Города. ‹…› Останки этих Существ еще могут быть обнаружены: они превратились в циклопические камни на островах Тихого океана. Все они умерли задолго до появления человека, но есть способы, которыми можно их оживить, особенно когда звезды вновь займут благоприятное положение в цикле вечности. Ведь Они сами пришли со звезд и принесли с собой свои изображения».

Творчество Говарда Лавкрафта оказалось необычайно востребовано в 1940-е годы. Его тексты перевели на французский язык, и в свою очередь они стали источником вдохновения для конспирологов Жака Бержье и Луи Повеля, выпустивших книгу «Утро магов» (Le Matin des magiciens, 1960), в которой оккультные воззрения причудливо смешаны с идеями Чарльза Форта. Свой подход они изложили предельно конкретно: «Мы изучаем все следы, как очевидные, так и не очень, которые исчезнувшие цивилизации могли оставить на Земле. Не исключая никаких возможных гипотез: существование атомной цивилизации задолго до того, что мы называем доисторической эпохой, знания, поступившие к нам от обитателей неземных миров, и т. д. ‹…› Самое важное – придать этой проблеме как можно больше открытости, гласности».

Ни Чарльз Форт, ни французские конспирологи не задавались вопросом: а зачем придавать «проблеме как можно больше открытости, гласности»? Может быть, наука недостаточно занимается изучением древней истории? Или, что вероятнее, кто-то просто не хочет признать доводы науки и взывает к суду общественности, для которой эффектные гипотезы всегда привлекательнее скучных осторожных рассуждений?

Следующим активным адептом гипотезы палеовизита стал французский журналист и фантаст Робер Шарру – тот самый, который позднее обвинил фон Дэникена в плагиате. Начав как исследователь истории утерянных сокровищ, он быстро пришел к выводу, что реальная история человечества намного обширнее, чем принято считать. При этом Шарру активно эксплуатировал творческий задел теософов (см. миф № 1), но утверждал, что допотопные цивилизации Атлантиды и Му возникли в результате «прогрессорской» деятельности пришельцев с Венеры. Свои доводы он изложил в «Книге повелителей мира» (Le Livre des ma^itres du monde, 1967). Вскоре, однако, благодаря данным, полученным с помощью межпланетных аппаратов, стало известно, что на Венере царят условия, смертельные для белковой жизни, и Роберу Шарру пришлось дать дополнительные объяснения, одно фантастичнее другого. Оказывается, Венера была кометой (?!), которая прилетела в Солнечную систему 7000 лет назад. Может, инопланетяне все-таки прибыли с одной из планет в соседней звездной системе? Может быть и так, говорил Шарру, но тогда это планета-океан, потому что… И далее он приводил длинную цепочку рассуждений, в которой довольно свободно трактовал дописьменную мифологию и сохранившиеся ритуальные изображения.

Несмотря на то что перечисленные выше книги издавались приличными тиражами и переводились на основные языки, гипотеза палеовизита оставалась предметом обсуждения сравнительно небольшой группы любителей «паранормального» и фантастики. Поэтому явление Эриха фон Дэникена народу стало переломным событием, после которого о гипотезе узнали широкие массы. В чем же особенность «Воспоминаний о будущем»?

Прежде всего, фон Дэникен отказался от теософских реконструкций «допотопной» истории и от всякого намека на оккультизм или другую религиозную систему взглядов. Его концепция подчеркнуто материалистична. Далее, он собрал практически все предания и артефакты, которые ранее увязывались комментаторами с Атлантидой (или любым «потерянным» континентом), и проинтерпретировал их исключительно как свидетельства палеовизитов и палеоконтактов. Поскольку в своих умозаключениях фон Дэникен опирался на науку как метод описания действительности, а не противопоставлял себя ей, это позволило ему претендовать на обоснованность предлагаемой реконструкции древней истории. Стоит также вспомнить, что когда фон Дэникен занялся гипотезой палеовизита, пик расцвета переживала практическая космонавтика: СССР и США азартно запускали пилотируемые корабли, устанавливая рекорды по продолжительности пребывания на орбите; американские астронавты готовились к высадке на Луну; в прессе всерьез обсуждались проблемы полета на Марс и первой межзвездной экспедиции. Казалось, что внеземная экспансия человечества будет нарастать все быстрее, а земляне колонизируют Солнечную систему еще до конца столетия. Фон Дэникену оставалось только провести очередную аналогию: если мы столь стремительно прошли путь от клинописных табличек до космических кораблей, то почему обитатели планет у соседних звезд не могли сделать то же самое? Они ведь не глупее нас?..