Космическая одиссея 2201
Шрифт:
– Так, Джонс, теперь покажи разгон до скорости, необходимой для входа в подпространство.
Вокруг тренажера собрались студенты последнего курса Технической Академии Джихада, в просторечии называемой "шарашкой". Многие с завистью смотрят как ловко их однокурсник манипулирует пультом управления. Конечно, в шарашке не побездельничаешь, но так упорно идти к своей цели, часами просиживая с инструкциями и тренируясь как этот выскочка Джонс, мог не каждый.
Многие даже и не понимали некоторых действий сокурсника. Вот он провел руками по чувствительной панели пульта управления, и звезды на огромном экране пришли в движение.
– Кто знает что будет дальше?
– При скорости две тысячи километров в секунду при сохранении ускорения пятьсот жэ корабль готов к переходу, можно включать подпространственный генератор.
– Как твое имя?
– Миллер, Учитель! Ибрагим Миллер!
– Хорошо, Миллер, а что делает экипаж в это время?
– Экипаж находится в специальных контейнерах в анабиозе, при котором он может выдержать такое ускорение.
– Теперь ты...
– Стажер Квашневски!
– Как корабль выходит из подпространства?
– Как только выключается генератор, учитель!
– Хорошо, Квашневский, а в какой точке окажется корабль после выхода?
– Координаты введены в программу.
– Кто их ввел?
Квашневский в смущении смотрит по сторонам, краснеет...
– Кто знает?
Стажеры смотрят друг на друга, пожимают плечами...
– Джонс!
– Слушаю, Учитель?!
– Кто ввел координаты?
– Никто! Это Воля Всевышнего. Благодаря нашей вере мы окажемся точно в логове врагов...
Учитель сурово оглядел смущенных стажеров.
– Ну что ж, Мухаммед Джонс, поздравляю! Скоро в полет!
Ректор встал из-за стола и, улыбаясь, стиснул плечо будущему штурману:
– Пришло время выполнить свой долг. Комиссия единогласно решила, что именно ты станешь штурманом "Миротворца". Дальнейшую практику будешь проходить прямо на корабле, там же получишь диплом. Вылет на орбиту - через неделю. С тобой отправятся два помощника из лучших студентов группы. Позже прибудут пилоты боевых капсул. Теперь о наградах. Самая большая ждет тебя после победы. Но сейчас... тебе даруется то, что получали когда-то перед подвигами легендарные асассины. Вот закрытый пропуск в "Оазис счастья". Можешь наслаждаться целых три дня....
Джонс впервые в этой части города. Он никогда не видел такого количества электрических повозок и столько привилегированных граждан, себя же чувствовал самозванцем, попавшим на чужой пир. В отличие от желтых пыльных кварталов простых смертных, этот район утопал в зелени. На каждом перекрестке возвышались башни минаретов, одна изящнее другой.
Он так зазевался, глазея по сторонам, что даже вздрогнул, услышав прямо над ухом:
– Стоять! Предъявить документы, доложиться!
Перед ним стоял вооруженный патруль нравственности: два могучих бойца, закутанных в черное, и с трубками парализующих бластеров в руках.
Джонс, стараясь не делать резких движений, вынул из кармана отпечатанную на металлической пластинке красочную путевку в "Оазис".
Один из патрульных провел пластинкой по своему планшету, потом сделал знак другому, тот опустил бластер.
На бородатых лицах засветились улыбки.
– Мир тебе, Мухаммед Джонс! Чем отличился? Ладно, ладно... Знаю что нельзя. Мы тебя проводим, это рядом...
Они прошли пару кварталов, за углом прямо к мечети примыкало изящное здание, украшенное мавританскими арками и колоннами.
– Ну вот, это здесь. Тебе в этот вход. Не перепутай. С той стороны - для граждан первой и второй категории. Эх... завидую я тебе....
Джонс оказался в полутемном зале, с таинственно бегающими красными огнями, отражающимися в струйках дыма тут и там. Откуда-то лилась гипнотизирующая восточная музыка. Запахи каких-то тонких и возбуждающих испарений приятно щекотали нос. На сцене исполнительницы танца живота показывали свое искусство, другие девушки в узеньких бикини (но с вуалью на лицах) разносили угощения и закуски. Завороженный таким количеством полураздетых женщин, Джонс не сразу заметил клиентов заведения. А они были здесь, и будущий штурман тут же признал в них бойцов-джихадистов, совсем молодых, очевидно перед каким-то серьезным заданием, и других - покалеченных, в шрамах, видимо, уже вернувшихся. Кто-то курил кальян, кто-то, оставшись в одном полотенце на бедрах, лежал на животе, и девушки делали ему массаж. Кто-то плескался в бассейне вместе с массажистками...
Он почувствовал мягкое нежное прикосновение. Это незаметно подошла одна из девушек, как и все, с вуалью на лице. От ее ласковых теплых рук все тело Джонса затрепетало.
– Ты в первый раз здесь?
– у девушки был странный акцент.
– Может и в последний. Меня отправляют на опасную операцию...
– О, правда? Куда, к западной границе?
– Еще дальше! В космос....
– Вот это да! Ну так пойдем, получишь немного радости! Я еще ни разу не обслуживала астронавта!
Она повлекла его через зал к дверям отдельных номеров, прикрыла дверь ...
– Хочешь, выключу свет?
– Нет, подожди! Сними вуаль, я хочу видеть твое лицо.
– Первый раз встречаю кого-то, кто интересуется моим лицом - ну хорошо...
– засмеялась она, сняла вуаль, тряхнула головой, так что собранные в пучок волосы рассыпались по плечам, и неожиданно оказалась китаянкой, очень симпатичной, хотя не такой уж молодой.
– Как ты сюда попала?!
– Как и все... захватили, я пионка. Это было давно, лет пятнадцать назад. Сначала меня взял в наложницы известный хан из Флориды. А потом я ему надоела, он меня сюда и продал. Я не жалуюсь, здесь хорошее место. Какой ты странный! Разговариваешь со мной так, будто жениться надумал...
– Жениться? Что в этом плохого?
– И ты туда же. Странные люди иногда попадаются. Открою тебе маленький секрет: жены все равно надоедают. А за настоящим счастьем люди приходят сюда. Сейчас ты узнаешь...
– Можно попросить тебя об одной вещи?
– Конечно, что захочешь, для этого я здесь...
– Я тут на три дня. Ты могла бы оставаться со мной все это время?
Она резко подняла голову:
– Зачем? Тут еще полно замечательных, красивых на все вкусы девушек, не глупи!
– Я не хочу, останься!
Она помолчала...
– Как прикажешь, господин...
III. Пленница.
– Имя?
– угрожающим голосом протянул Митропулос.
Захваченный негр испуганно сжался, закрыв лицо руками, затянутыми в наручники.
Капитан зловеще ухмыльнулся, лениво поднялся и навис над ним.
– Ну?! Долго молчать будешь, сын змеи? Фамилия?
Пленный молчит, в его глазах ужас и полное отсутствие какой-либо мысли.