Чтение онлайн

– Но ведь вы этого не сделали, – заметила Оале. – Вы отправились в эти трущобы и готовы были заплатить, чтобы со мной встретиться.

– У меня имелась на то своя веская причина, – сказала Бугго.

Оале молчала.

– Можешь спросить, – разрешила Бугго.

Она тотчас воспользовалась дозволением:

– Какая причина, госпожа Анео?

– По большей части – желание выиграть пари. Видишь ли, я поспорила со своим старшим офицером. Он уверял, что вы с Таганом – просто милые бескорыстные дети, которые решили пожертвовать собой ради спасения моего механика. А я считала, что у вас на уме какая-то пакость. Вроде намерения использовать меня и мою «Ласточку» в собственных целях. Должна же я была выиграть пари, как ты считаешь, Оале Найу?

Если Бугго рассчитывала смутить Оале, то ей это не удалось. Девушка не опустила глаз.

– Вам это удалось, госпожа Анео. Можете забрать выигрыш у своего старшего офицера.

– Мы идем в больницу, – сказала Бугго, немного сердясь на нее за это. – Забираем оттуда Тагана. В гостиницу «Искра» не возвращайся. Я спрячу вас обоих на «Ласточке».

Круглое темное лицо Оале осталось неподвижным – во всяком случае, таким оно виделось Бугго, которая плохо разбиралась в мимике овелэйцев; но капитана «Ласточки» окатило теплой волной благодарности, от которой сделалось легко и весело и даже захотелось насвистывать. «Вот как они выражают эмоции, – подумала Бугго. – Тонко! Прав Хугебурка – изысканный народ эти овелэйцы. А наши – скорчат гримасу, и гадай-догадывайся, что она означает: то ли несварение желудка, то ли дружеское приветствие…»

– Не радуйся раньше времени, – предупредила девушку Бугго. – Я должна посоветоваться с моими офицерами. Если мы не придем к единому мнению, я выдам вас с Таганом первому же официальному чину, который заявит на вас права.

Но Оале, похоже, этому не поверила. Она так и лучилась радостной благодарностью – всю дорогу, пока они добирались до портовой больницы.

Иза Таган лежал на узкой койке, застеленной серым грубым бельем, – ухоженный, с профессионально выполненной повязкой на ноге (Бугго поневоле вспомнила конструкцию из корсетных пластин и разорванных на полосы элитных тканей, которую соорудили для нее Антиквар с Хугебуркой).

Кроме Тагана, в помещении находилось еще человек восемь, все с различными травмами. Один, с забинтованной головой, был неподвижен и только время от времени принимался хрипеть, а после мертво затихал. Еще один, бодрый, с мятым лицом, лежал на боку, истыканный трубочками, по которым переливались желтоватые жидкости. Это был один из активистов докерского профсоюза, пострадавший в драке. Он все время рассказывал жизнеутверждающие истории и сам же над ними смеялся, несмотря на боль, которую причиняло ему содрогание тела.

У здешних пациентов преобладали переломы, только возле самого окна умиротворенно умирал какой-то молодой человек от огнестрельной раны.

– Я закажу слайдборд, – сказала Бугго Изе Тагану вместо приветствия. – Какие лекарства тебе понадобятся? Забери как можно больше.

Она протянула руку, взяла с тумбочки несколько пузырьков, повертела, пытаясь разобрать название на этикетке. Не обращая внимания на протестующее бормотание соседа с соседней койки, у которого была повреждена челюсть, смахнула их себе в носовой платок и завязала. Затем метнула сердитый взгляд в профсоюзного деятеля, который перестал рассказывать свои истории и настороженно следил за каждым ее движением.

– Что? – обратилась к нему Бугго. – За все, между прочим, заплачено! Тут не все по страховке лечатся, как некоторые…

Оале пригнала каталку и помогла Тагану перебраться с койки. Оба молодых человека не обменялись ни словом, что не мешало им действовать так слаженно, словно они обо всем успели договориться заранее – или же были телепатами.

Иза Таган покинул больницу за несколько часов до того, как там появились специально уполномоченные правительством Овелэ чины службы безопасности Варидотэ. Они завладели документами об оплате лечения и бумагой о преждевременной выписке «по личным обстоятельствам» – обе за подписью Оале Найу. Следов которой также обнаружить не удалось.

В показаниях доброхотов фигурировала, наряду с Оале, некая «эффектная дама» (и даже описывался ее причудливый туалет), но кем она была, свидетели сказать затруднялись.

Известие о том, что оба овелэйца доставлены на «Ласточку», Хугебурка встретил без энтузиазма. Бугго позвала его и Антиквара в кают-компанию, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию спокойно, в дружеском кругу, за бутылкой слабенького местного винца и тарелкой жирного, обжаренного в масле солоноватого печенья. К этому лакомству Бугго приохотилась на Варидотэ и потребляла его в устрашающих количествах.

– Вы понимаете, что подставили «Ласточку» под удар? – осведомился у капитана Хугебурка, стараясь говорить предельно скучным тоном. – Для того, чтобы отыскать в портовой службе частной развозки некоего конкретного слайдбордера и выяснить у него, на какой корабль он отвозил из больницы докера со сломанной ногой, потребуется меньше суток.

– Вы, должно быть, принимаете меня за дурочку, господин Хугебурка, – возмутилась Бугго холодно. – Разумеется, он доставил нас не на саму «Ласточку». Мы вылезли у терминала «Нака». На этом наш след обрывается. Мы нарочно зашли в терминал и дождались, чтобы он уехал. А после добирались своим ходом. Вот как все было.

– «Своим ходом»! Да уж… – вставил Калмине, усмехаясь.

Час назад Бугго вызвала его к терминалу «Нака» по внутренней связи и велела помочь Оале донести Тагана. Сама капитан, разумеется, шагала сбоку и наблюдала за ходом событий.

– А что вы хотели, господин консультант по имиджу? – напустилась на него Бугго. – Чтобы я таскала тяжести на таких каблуках?

– Кстати, – сказал Калмине, – если вам по-прежнему нужны мои советы, то вот еще одна рекомендация: до нашего отлета носите только рабочий комбинезон и сапоги. К платьям и туфлям близко не подходите.

Бугго проговорила задумчиво:

– Ну да, они ведь будут искать женщину в платье…

– А не подростка в комбинезоне, – подхватил Антиквар.

У Бугго сделалось такое лицо, что Хугебурка рассмеялся, хотя на самом деле ему было не до веселья. Он понимал, что капитан готова принять очередное важное решение. За годы полетов с Бугго Хугебурка уже понял: все самое важное происходит именно в эти минуты, пока она принимает решение. Свершается некий мистический акт, заключается новый договор между Бугго Анео и Вселенной; а уж после все идет как по маслу, поскольку ни Бугго Анео, ни Вселенная не нарушают пунктов этого незримого контракта.

– Где ребята? – спросил Хугебурка.

– Под домашним арестом, каждый в своей каюте, – ответила Бугго.

– Зачем же под арестом? – удивился Хугебурка.

Бугго подняла палец.

– Под ДОМАШНИМ арестом, – поправила она. – Чтобы все было по-настоящему. Они ведь преступники. Заговорщики. Мятежники. И намерены втянуть в свой преступный замысел меня – с экипажем, кораблем и прочими потрохами.

– Значит, мы все-таки будем им помогать, – сказал Хугебурка.

Бугго чуть склонила голову набок.