Космические волки: Омнибус
Шрифт:
— Чезаре — опасный человек, — наконец проговорил Рагнар.
Валкот внимательно посмотрел на юношу, и тот понял, что старик оценивает его и делает выводы.
— В каком смысле?
— Коварный интриган. Он так выбрал место и тему для разговора, чтобы вывести нас из равновесия. К тому же он хорошо умеет скрывать свои эмоции. Я нахожу сложными для восприятия всех Навигаторов, но в нем еще меньше человеческого, чем в остальных.
— Думаю, многие согласятся с тобой, по крайней мере наедине. Люди, выступающие против лорда Фераччи публично, обычно живут недолго и не слишком хорошо.
— Неудивительно.
— Фераччи, по нашим представлениям, не могут быть признаны адекватными. Да и к большинству Навигаторов нельзя подходить с обычными человеческими мерками. Но во всех Фераччи есть какое-то безумие.
— Почему же тогда их не уничтожают, как бешеных собак?
— Потому что именно это безумие делает их великолепными Навигаторами. Корабли Фераччи способны летать быстрее и дальше остальных. Только Белизариус, Хелмсбург и Тру порождают таких же хороших специалистов. Империум нуждается в них. Он нуждается во всех Домах Навигаторов и терпит их, пока все происходит за закрытыми дверями.
Тем временем на площадке продолжались тренировочные бои. Людей разделили на две группы и вооружили винтовками, стреляющими шариками с краской. Солдаты преодолевали различные препятствия, установленные в случайном порядке, двигаясь к своим целям по обеим сторонам поля.
— Что-нибудь еще? — спросил Валкот.
— За нами наблюдали с того самого момента, как мы переступили порог Дома Фераччи. Уверен, нас проверяли с помощью сканеров. Дворец напичкан камерами и микрофонами. Да и маршрут нашего следования был выбран таким образом, чтобы мы проходили через рамки с датчиками. Также полагаю, что рядом с нами постоянно находился псайкер.
— Ходят слухи, что у Чезаре есть прирученная ведьма. Очень могущественная. А может быть, и несколько.
— Связанная, разумеется.
— Даже он не настолько безумен, чтобы держать в своем доме потенциального еретика. Что еще скажешь, Рагнар?
— Чезаре что-то планирует против нас.
— Разумеется. Оба Дома — наследственные враги.
— Значит, ты не считаешь серьезным его предложение о сотрудничестве?
— Такое возможно только в том случае, если союз окажется для него более выгодным, чем для нас. Стоит задуматься, на что он рассчитывает в итоге.
— Подозреваю, он запланировал что-то очень опасное на ближайшее будущее.
— Что заставляет тебя так думать?
— Инстинкт.
— Тебе следует доверять своему инстинкту, Рагнар. Уверен, Чезаре готовит ловушку. Нам нужно убедиться, что мы не лезем головой в петлю.
— А что вы скажете по поводу обручения с Мишей?
— Габриэлла — великолепный Навигатор. Если дети унаследуют ее талант, они станут важнейшим источником богатства Дома.
— Значит, Чезаре хочет заполучить Габриэллу?
— Может, и так, а может, он хочет ввести своего сына в Дом Белизариуса. Кто кого берет, зависит от брачного контракта.
— Это все равно что добровольно пустить во дворец шпиона.
— Согласен. Приемные сыновья и дочери становятся членами нового Дома. Предполагается, что они должны быть верны ему. Но за ними все равно постоянно наблюдают.
— Попахивает безумием.
— Так у них принято. Некоторые считают их заложниками. Это зависит от отношений между родителем и ребенком.
— Думаю, Чезаре без колебаний пожертвует сыном.
— Может, и так. Тем не менее он понимает, что леди Джулиана верно оценивает все шансы.
— А я понимаю, что от размышлений на эту тему у меня голова идет кругом.
— Тогда у меня есть кое-что в твоем вкусе. Мы получили информацию о зилотах, которые убили Адриана Белизариуса.
— Откуда?
— От леди Эланор.
— Что?
— Она передала послание во время визита Габриэллы.
Рагнар застыл от удивления. Он не видел, чтобы женщины передавали что-либо друг другу. Но для этого существовали различные способы. Кожные пластыри, микроспоры. Возможно, Навигаторы говорили, используя сложный шифр, как он и предполагал раньше. С другой стороны, между родственниками могла существовать тонкая психическая связь.
— Но как?
— У них есть свои методы, и они предпочитают не делиться ими. Тем не менее информацией они обменялись.
— Под самым носом у Чезаре! Невероятно.
— Точно, — согласился Валкот. — Однако полученные сведения подтверждаются и другими источниками Аларика.
— Как она узнала о зилотах? И зачем ей рисковать? Я бы с осторожностью отнесся к этой информации. Наводка может оказаться ложной.
— Конечно. Но если она решилась на такой шаг, значит, она в отчаянии. Кажется, она считает, что само выживание Дома Белизариуса под угрозой.
— И она не могла выждать две недели?
— Приятно видеть, что ты используешь свои мозги лучше, чем Хаэгр. Однако сам факт передачи сведений тоже говорит о чем-то.
Теперь Рагнар был заинтригован.
— О чем же?
— Если информация не подтвердится, у нас появится возможность заняться этим основательно, когда леди Эланор вернется в Подземелья в течение следующих двух недель. Сдается мне, она не думает, что у нас есть две недели.
— То есть леди Эланор установила предельный срок, а Чезаре предполагает осуществить задуманное в течение следующих двух недель.
— Торин прав: у тебя есть мозги. Также подумай о том, что информация может быть полезной и правдивой.
— Это килька, чтобы поймать морского дракона.
— Точно. Фераччи может пытаться втянуть нас во что-то посредством полезной информации.
— Думаешь, Чезаре позволит ей вернуться в Подземелья, когда придет время?
— Да, — решительно кивнул Валкот.
— Ты так уверен в этом?
— Рагнар, есть определенные вещи, которые священны для Навигаторов и рамки которых не переступит даже Чезаре. Возвращение такой персоны, как Эланор, — одна из таких вещей.
— Почему?
— Я скажу тебе, когда придет время.
В недоумении и досаде Рагнар сдвинул брови. Валкот, казалось, был заодно с Белизариусом против своих Волчьих Братьев. Что за очередная тайна? Что такого важного в возвращении смертельно больной женщины ее семье для похорон? Валкот не собирался ничего объяснять, поэтому Рагнар решил зайти с другой стороны.
— А что это за информация?
— Есть такой купец, Пантеус, который снабжает деньгами различные Братства зилотов. Он связан с Домом Фераччи.