Чтение онлайн

Маркус Вейн, несмотря на то что его отец владел "всего лишь" небольшой судоремонтной верфью, тоже выделялся среди обычных студентов. Его ботинки были сшиты на заказ, а в кармане всегда лежал золотой стилус для заметок — подарок на совершеннолетие.

Мира Кесс, самая тихая из их группы, была дочерью крупного торгового магната. Ее скромность была обманчивой — простое на вид платье было сшито из ткани, которую производили только на Альдераане, а сумка для учебников стоила как новый спидер.

Алекс посмотрел на свою одежду — обычные джинсы, простая рубашка, потертые ботинки. Ничего плохого, но разница была очевидна. Странно, что он учится с этими мажорами в одной группе. Впрочем, ребята были неплохие — никто не кичился богатством, не смотрел свысока на менее обеспеченных однокурсников.

Перед началом лекции разговор зашел о последних новостях.

— Видели вчерашние сводки с Кристофсиса? — спросил Кайл, листая новостную ленту на своем планшете. — Республиканские войска отбили столицу.

— Да, но какой ценой, — покачала головой Тейлор. — Половина города в руинах. А сколько мирных жителей погибло...

— Зато конфедераты дрогнули, — вмешался Маркус. — В новостях говорят, что их оборона трещит по швам. Еще пара таких побед, и война закончится.

Алекс хмыкнул: — Неужели ты веришь в эту пропаганду? Война закончится только тогда, когда бенефициары решат, что достаточно наварились. А пока военные заказы приносят триллионы прибыли...

— Ты слишком циничен, — возразила Мира. — Республика защищает демократию и свободу.

— Конечно, — кивнул Алекс. — И Конфедерация тоже защищает свободу — свободу от коррумпированного Сената. Каждая сторона считает себя правой.

Разговор прервал приход профессора Волина.

Лекционный зал 247 был одним из самых просторных в университете — высокие потолки, панорамные окна с видом на городские кварталы и современное голографическое оборудование. Профессор Дарек Волин уже расставлял свои материалы на кафедре, когда студенты заполнили аудиторию.

Волин был легендой среди преподавателей — бывший ведущий инженер корпорации "Кореллиан Инжиниринг", проработавший над проектами от малых транспортников до тяжелых крейсеров. Его седые волосы и глубокие морщины вокруг глаз говорили о десятилетиях напряженной работы, а шрам на левой руке — о том времени, когда он лично тестировал прототипы в космосе.

— Доброе утро, — начал он, активируя голопроектор. В воздухе возникла трехмерная модель знакомого всем транспортника YT-1300. — Сегодня мы поговорим о промышленном дизайне космических кораблей. Но сначала скажите мне — что, по вашему мнению, это такое?

Тейлор подняла руку первой: — Это когда корабль выглядит красиво и стильно? Чтобы покупателям нравился его внешний вид?

Мира кивнула: — Да, и чтобы интерьер был удобным, эргономичным. Чтобы пилот чувствовал себя комфортно.

Профессор улыбнулся: — Красота — это тоже важно, не спорю. Но это лишь верхушка айсберга. — Он повернулся к голограмме и начал разбирать корабль на составные части. — Основная задача промышленного дизайна — оптимально скомпоновать корабль так, чтобы в него поместилось все необходимое оборудование, обеспечить максимум полезного пространства, достичь заявленных характеристик по массе и скорости, и при этом не выйти за бюджет.

Кайл нахмурился: — Звучит как задача для инженеров, а не дизайнеров.

— Вот именно! — воскликнул Волин. — Современный промышленный дизайнер — это инженер, экономист, психолог и художник в одном лице. — Он жестом увеличил голограмму, показывая внутренности корабля. — Задумайтесь только: самый обычный малый грузовик YT-1000 — устаревшая модель — состоит из двух миллионов деталей. Два миллиона! От крошечных болтиков до огромных реакторных блоков.

В аудитории воцарилась тишина. Студенты пытались представить себе такое количество компонентов.

— А теперь представьте выбор возможных деталей, — продолжил профессор, его голос стал более напряженным. — Десятки миллионов различных компонентов от тысяч производителей по всей галактике. Разные характеристики, разная совместимость, разные цены. А ещё нужно спланировать порядок установки всего этого в корпус, чтобы это было максимально дешево. Никакой, даже самый талантливый инженер не может проанализировать такой объем информации в одиночку. Человеческий мозг просто не способен удержать все эти взаимосвязи.

Маркус поднял руку: — Тогда как же создаются новые корабли?

— Отличный вопрос, — кивнул Волин. — Полностью новый проект разрабатывается десятилетиями. Команды из сотен специалистов работают над каждым аспектом. Если вы хотите работать над таким проектом, будьте готовы к тому, что ваша карьера будет связана с одним кораблем. Вы начнете как младший инженер, а закончите как ведущий конструктор того же проекта.

Он сделал паузу, оглядывая студентов.

— Но есть и обратная сторона медали. Никто уже не занимается созданием принципиально новых конструкций. Слишком дорого, слишком рискованно. Основные удачные компоновки были разработаны столетия назад. Сейчас их только модернизируют под новые нужды — более мощные двигатели, современные системы навигации, улучшенная защита. Этим вы и будете заниматься, скорее всего.

Алекс слушал лекцию, но его мысли работали в другом направлении. Два миллиона деталей, десятки миллионов вариантов... Это же идеальная задача для компьютера! Программа могла бы перебрать все возможные комбинации, оценить их по заданным критериям и выдать оптимальный результат.

Он поднял руку: — Профессор, а почему не создать программу, которая будет делать это за людей? Компьютеры отлично справляются с анализом больших объемов данных.

Волин остановился и внимательно посмотрел на Алекса: — Интересная мысль, молодой человек. Но есть несколько проблем. Во-первых, для такой программы нужны данные. Огромные массивы информации о проектах всех кораблей. А эти данные — коммерческая тайна производителей. Они не будут делиться ими просто так.

— Но какие-то данные же есть в открытом доступе? — не сдавался Алекс.

— Есть, — согласился профессор. — Но это данные с типовых, проверенных конструкций. Программа, обученная на таких данных, будет создавать те же типовые решения. Инновации требуют творческого подхода, интуиции, способности рискнуть.

Он включил новую голограмму — схему современного автоматизированного проектирования.

— Впрочем, такие программы существуют. "Галактик Дизайн Системс" и "Старшип Солюшнс" предлагают свои пакеты. Но лицензии на них... — он усмехнулся. — Скажем так, использование стоит миллиарды кредитов в месяц. Только крупнейшие корпорации могут себе это позволить.

Алекс почувствовал, как у него отвисла челюсть: — Миллиарды? В месяц?

— Добро пожаловать в мир большого бизнеса, — сухо заметил Волин. — Когда ставки измеряются триллионами кредитов прибыли, миллиард за инструмент не кажется такой уж большой суммой.

После лекции Алекс не мог думать ни о чем другом. Программа для автоматизированного проектирования кораблей... Это было именно то, что могло изменить всю индустрию. И если существующие решения стоят миллиарды, значит, рынок огромен.