Чтение онлайн

– Но, ноа сет, возможно… – робот попытался привести какие-то аргументы, но одного холодного взгляда капитана было достаточно, чтобы понять их бесполезность. – Как пожелаете, ноа сет.

Ричард отстранённо смотрел перед собой, прокручивая в голове последние события. Если припомнить, то не по плану всё пошло с самого отлёта с Базы. Небесное тело, упавшее на Иргадиар, падать вообще не должно было. Радары были чисты, и заметили его слишком поздно.

Не сработала защитная система планеты, и астероид упал слишком близко от поселения.

Опять же, мальчишка-гений и Видящая девочка – отличная находка, но какова вероятность, что, если бы полетел Варфоломью или Габриэлла, они бы обратили внимание на потасовку? Пошли бы проверять преобразователь? Заплатили бы мальчишки много больше, чем положено? Отправили бы за ними Каранника? Очень мала.

Ричард бы получил приказ на Базе. И, имея возможность связаться с Дворцом, полетел бы он сюда? С очень большой долей вероятности, но он бы не успел к приёму. И прибыл бы тогда, когда Дворец был бы изолирован. Спускался бы он тогда на поверхность? Нет. Даже с дворцом связь была бы установлена с трудом, а ему пришлось бы зависнуть в Порту.

Шейлео вслух не признавал, что верит в судьбу. Как не обсуждал это и с командой. Однако его происхождение, способности и опыт показывали, что мало что происходит случайно, если ты имеешь дело с разумными существами. Учение келиолийцев о мире и жизни предполагало множество тропинок каждого живого существа во вселенной, которые, переплетаясь особым образом, отвечали за все события в мире. И самым одарённым представителям цивилизации капитана эти тропинки были видны. Ричард знал, что судьба не предопределена, и тропинки, если они действительно существовали, постоянно менялись. И потому, те, кто действительно мог их видеть, чаще всего сходили с ума от невообразимого количества информации. Он только допускал, что всё это может быть правдой, хоть и обладал должными способностями, чтобы лично удостовериться хотя бы в части этой теории. Однако, Хранители, те из представителей его расы, кто обладал выкрученными на максимум способностями, никогда не ошибались. Шейлео не было предназначено найти пару среди своих. Изгой в семье из-за слабой природы, он начал свой путь, благословлённый Хранителями, вне родной планеты давно. И то, что обстоятельства снова вернули его во Дворец, капитана не радовало. В том числе из-за прошлого, которое он пытался здесь оставить.

Обычно его команда мягко смеялась, мол вы, капитан Ричард, перебарщиваете. Не может же через без малого двадцать лет император помнить ваш побег и до сих пор таить обиду. Только вот Ричард был уверен, что император не забыл. Ведь сам капитан помнил, как слишком быстро улетал из системы Дворца.

Тем не менее свою добровольную ссылку он переживал спокойно. Сам выбрал изгнание, не согласившись довольствоваться крохами. И если его надежда освободиться после смерти Императрицы ещё первые несколько лет поддерживала мечты о прежней жизни, к моменту личного вызова во Дворец она практически погасла. Ричард всё больше понимал, что его побег не удался. Думая, что убегает от обстоятельств, не убегал ли он от себя? Признаться себе в последнем Шейлео пока не мог.

И вот теперь, после этих «весёлых» дней и «тёплого» приёма после бала, очень неожиданным и совершенно неприятным фактом было то, что император отказался его принять. Расписание Августиара не меняется само. Никогда. Эту часть своих обязанностей тот не делегировал ни при Ричарде, ни после его ухода, о чём тот знал доподлинно.

При этом Шейлео даже стало немного смешно от ситуации. В былые времена даже Дейдра Давуали не могла помешать ему встретиться с Августиаром вне расписания, не говоря о том, как секретари шугались, стоило ему появиться в коридоре. И вот сейчас по протоколу ему не покинуть даже свою комнату.

– Джираил? – то, что капитан с момента «освобождения» обращался к андроиду только по полной форме имени, говорило не в пользу его хорошего настроения. Джираил знал, что в таком состоянии капитан мог и протокол нарушить, и поступить по своему усмотрению. Внешняя холодная решимость, сдерживаемый гнев, расхождение планов и, по итогу, абсолютная бессмысленность их поездки создавали стечение «особых обстоятельств» толкающих его на нарушение правил.

– Император находится в малой гостиной, ноа сет. – покладисто доложил андроид. Система безопасности Дворца была неслабой, просто Джираил проработал тут слишком долго, чтобы не знать лазеек. – Бессмысленно просить вас успокоиться и просто улететь, едва снимут купол?

Ричард, поднявшийся с дивана, с холодной улыбкой обернулся к андроиду.

– Постарайся, чтобы никто не попался нам на пути.

Без аудиенции он не улетит. Не для того он торчал в корабле неделю, пока добирался в звёздную систему Дворца. Не для того будет возвращаться с пустыми руками, рискуя жизнью. Сейчас был период активного метеоритного потока в секторе 1014JF – там, где располагалась их База, что приводило к увеличению числа аварий, учитывая близость световой магистрали. Да и начавшийся туристический сезон в этом секторе способствовал потоку мусора из соседних систем выше нормы. А после последней реформы межсистемных перелётов, императорской, конечно же, пока лишь увеличивших количество аварий, работы только прибавилось. Но не это было основной причиной.

Попасть в «казематы» Дворца, стерпеть выходку советника Калипи, а затем представление вместо допроса – всё это тянуло на Обвинительный лист, который можно было бы и удалённо оформить. Аудиенция, теперь отменённая , что была единственной веской причиной быть здесь, вот повод наведаться к императору.

Узнать, где находить Его Высочество было даже для Джираила непросто, но Ричард не зря в том числе был «сослан» из дворца куда подальше так, чтобы даже имя его перестали упоминать в случайных разговорах. И не потому, что знал про дворец слишком много, а потому, что его могли использовать, чтобы узнать про дворец слишком много.

Система безопасности была хоть и прогрессивной, но достаточно простой к взлому, если твоя основная задача просто получить информацию, особенно если делать запрос изнутри. Парадокс. Алгоритмы изменения программ система обнаруживала в интервале от пяти до тридцати минут, а вот следилки или считыватели информационных потоков – несколько часов. Поэтому, чтобы попасть во Дворец, нужно было пройти особый контроль. Которого Шейлео был избавлен, ввиду прежних заслуг и безоговорочной преданности императору. Преданности, но не подчинению.

Так что к Малой гостиной, где, по данным системы, должен был находиться император, капитан направлялся в более чем воинственном настроении ещё и из-за лёгкости получения данных.

Едва не попавшись Жагри, тот пронёсся с двумя Стражами в противоположную от Шейлео сторону, капитан оказался перед лестницей к Малой гостиной. И даже не убранство и богатство коридоров уверило его в этом, а ощущением силы Его Величества.

Ричард ведь был не просто бывшим воякой. Выходец с планеты Келио, хоть и слабый среди своих, он, по сравнению с людьми, имел обострённые способности. До псиоников как таковых он недотягивал, не тот регион рождения на планете, а вот базово мир мог ощутить лучше обычного человека. Эмпатия – вот как классифицировал их командный врач направление способностей Ричарда. И он ощущал отличие императора от других представителей его расы. Ощущал его силу. Ощущал, почему этого человека, его предшественников и потомков будут слушать, будут за ними идти, и это не изменится ни сейчас, ни через десятки световых лет. Все они были наделены какой-то отличной от обычной жизненной силы природой, которую так хотели изучить учёные, и к которой, разумеется, никого не допускали.

Одарённые, или, как их называл капитан, профессиональные псионики, за исключением особо подготовленных руководителей групп, и часа не могли провести в обществе Его Величества. Бессознательное влияние императора сводило их с ума. Поэтому досмотр прилетающих и посещающих Дворец такими отрядами осуществлялась за пределами основного здания. Но Ричард поэтому ещё пройдётся. Если система безопасности смогла отследить воздействие на кого-то во Дворце, а ведь именно такую причину выдвинули для ареста Шейлео, значит, кто-то за пределами Дворца, плохо выполнил свою работу.