Чтение онлайн

Водитель вздёрнул брови.

– Я удивлён, но это ничего не меняет, док. Как говорят у нас в армии: «Чужие миры – не наши земли».

– О чём вы?

– Забудьте, – вояка схватил доктора за рукав пальто и слегка тряхнул его. – Месть синтойда до конца не изучена. Теперь понимаете, о чём я?

– Не изучена? Да у них вообще не должно быть никакой мести!

– Но именно это проявили машины последней выпущенной «Систем роботикс» серии. Кстати, с ними хозяева обращались довольно скверно. Наверняка проверяли их новые способности, но этот ваш новый код спутал все их до этого поддающиеся логике поведенческие манеры.

– Неужели поэтому меня вызвали? Но почему я узнаю об этом только сейчас?

– Что-то со связью. Ваш передатчик, как мне сказали, отключён.

Водитель взглянул на массивный хромированный браслет на руке доктора. Даровский вдруг опомнился и постучал по корпусу «часов» с мелькающими цифрами и фрагментами бессвязного текста.

– Моя «Космическая звезда» сломана.

На планете, с которой он прибыл сегодня, свирепствовали ужасные ветры. Порой они застилали небо пеплом. К северо-западу наблюдалась вулканическая деятельность, из-за чего пришлось огородить станцию дополнительным бронированным куполом. В работах был задействован весь персонал, и Даровский трудился наравне с остальными. От сильных порывов ветра его швыряло, словно игрушку. Циферблат «часов» то и дело бился о массивные хромированные листы купола.

– Я, наверное, повредил их на планете.

– Неважно. Мы должны немедленно доставить вас в 234-ое отделение МКТО.

– Но мне нужно заехать домой.

– Время не терпит. Вы разрабатывали эти машины…

– Но не я поставил их на конвейер! Меня отправили в длительную командировку, когда установили этот чёртов механизм, перекраивающий молекулы атмосферы. Наши умы собирались подготовить там полигон для испытаний машин серии 1000.

– Простите, я не знал. Тысячная серия уже лет десять стоит на вооружении космических сил. До сегодняшнего дня она показала себя только с лучшей стороны.

– Почему всё происходит без моего ведома?

Доктор согнулся и сокрушённо стал мотать головой.

– Я чувствую себя недоразвитым взрослым ублюдком.

– Доктору требуется срочная медицинская помощь?

– Я был им на протяжении многих лет.

– Мне доложили, что он не прошёл адаптацию после длительного полёта.

Это был голос одного из военных с заднего сидения машины.

– Сэр, есть информация, что он потерял близких людей.

– И только сейчас, только сейчас я всё отчётливо понял.

Всё происходящее казалось ему нереальным. Он потерял над собой контроль. Все эти новые известия подкосили его, как острое лезвие сухую траву. И теперь он падал в тихий омут безумия.

Острая игла вошла в шею. Он не почувствовал боли, а лишь отстранённо подумал про укус насекомого.

Странное это чувство – оставаться один на один с гигантским механизмом, охлаждающим планету, там, посреди безлюдной пустыни. «Мы работали посменно. Иногда мне приходило в голову, что я – единственное живое существо в целом мире. В радиоприёмнике скрипели голоса. Едва уловимое тиканье часов и гул, нестерпимый постоянный гул машины, превратившийся в некую разновидность тишины. Временами у меня возникало чувство, что его нет, что он пропал. Я напрягаю слух, проверяю тщательно индикаторы, и они показывают, что машины исправно работают. Вдруг какой-то сбой. Может, они просто сломались? В этот момент вспомнились мать и родной брат. Отец, который во мне души не чаял, а я подвёл его, и теперь прощения мне больше не будет».

Даровский проснулся под монотонный гул. Он спутал его с тем, что был на далёкой планете, на которой он провёл много лет. Даровский нахмурился, стараясь вспомнить. Перед глазами сновали маленькие мушки. «Это от давления. Скоро пройдёт. Стоп. А почему я без скафандра?» От страха доктор схватился за горло. Ему показалось, что он задыхается. «Где я? Где я, во имя космоса?» Перед глазами была серая металлическая пластина. Где-то совсем рядом люди. Голоса. Да, он не один! Сегодня, значит, не его смена…

Доктор понял, что находится по-прежнему в военной машине. «Пиранья», – так, кажется, её называли солдаты.

– Уже проснулись?

Добродушное лицо водителя неестественно вытянулось. Доктор замотал головой. Потом он испуганно посмотрел в зеркало заднего вида. Он увидел солдат, но это были не живые люди, а роботы. Как же он раньше не распознал эти машины? Неужели это всё из-за стресса?

– Куда вы меня везёте?

– На базу. Мы едем в МКТО на списание, – сказал деловито военный, объезжая перевёрнутый старый автомобиль, который лежал у дороги, наползая кабиной на разделительную полосу. Даровский заметил, что колонна машин бесследно исчезла в обволакивающей смолянистой ночи.

– Что это за дорога? Она кажется мне незнакомой.

– Вы видите в темноте?

Водитель напряжённо улыбнулся и медленно повернулся к нему. Михаила Даровского охватил ледяной страх. Он заёрзал на своём сидении и, ещё раз посмотрев в зеркало заднего вида, ответил:

– Нет. Она слишком узкая. Значит, мы уже не на шоссе. Я подозреваю, что Москву мы уже проехали.

– А он сообразительный, – послышалось сзади. Щёлкнул автоматный затвор и время замедлилось.

Доктор рывком открыл дверь кабины.

– Что вы делаете?!

Водитель бросил на доктора негодующий взгляд. «Попробовать перехватить руль? Нет, робот слишком сильный». Даровский откинулся назад и ударил обеими ногами по рукам робота, сжимающим руль. Автомобиль вильнул. С заднего сидения вскочили остальные роботы и устремились к доктору. Михаил едва успел пригнуться. Даровский ещё раз ударил ногами. На дороге показался очередной автомобильный скелет. Желая избежать аварии, водитель ловко вывернул руль. Он держал руль левой рукой, правую запустив в нагрудной карман. «Ищет пистолет», – догадался Даровский и, не задумываясь, ударил по пальцам руки водителя, сжимающей «колесо фортуны».

На такой скорости этого вполне хватило, чтобы джип клюнул носом и перевернулся через капот. Скользя крышей по сырому асфальту, армейский внедорожник продолжал кувыркаться. С грохотом разбились стёкла, прогнулась крыша и лопнули передние колёса, которые от удара вывернулись в разные стороны. Оторвавшийся бампер, как огромная клешня монстра, дёргался. Он напоминал хвост скорпиона, пытавшегося ужалить машину в покорёженное брюхо. Металлическую махину вертело до тех пор, пока через несколько метров смятый кузов «Пираньи» не замер на крыше.

В звенящей лунной тишине лишь колёса машины продолжали вращаться с протяжным скрипом, выводя распластавшегося на асфальте доктора из оцепенения.

Архитектура города будущего была такой же, как её рисуют земные художники и писатели в своих грёзах. Мрачные грозовые облака нависали над подсвеченными со всех сторон небоскрёбами. Эти гигантские столбы света тянулись своими остроконечными верхушками туда, где когда-то воображалось царство Господнее. Сейчас в Бога мало кто верил. Дефицит кредитов заставлял людей верить во что угодно, но только не в то, что нельзя увидеть собственными глазами.