Чтение онлайн

Рамиль тяжело раздувает ноздри, но я инстинктивно кладу руку ему на предплечье. Хазар замирает, но напряжение в его мышцах медленно спадает.

Я перевожу взгляд с одного на другого.

— То есть... она встречалась с вами обоими? В тайне друг от друга?

Они молчат, и это молчание — ответ. Я чувствую боль от них.

— Мы слишком поздно это поняли, — всё-таки добавляет Айвар. — Лиссан играла с нами. Манипулировала. Каждому внушала, что именно он особенный.

Она крутила ими обоими. Играла с ними.

Внутри вспыхивает странное чувство — смесь возмущения за моих мужей и... ревности к женщине, которая когда-то держала их в своих руках.

— У хазар... — начинает Рамиль, и его голос звучит глухо, — женщины священны. Их так мало. Мы... мы не можем ни в чём отказать. Даже если она ведет себя... недостойно.

Он медленно стягивает мою руку со своего плеча, но не отпускает, а бережно удерживает в ладонях, и начинает свой рассказ:

— У нас есть ритуал Кристального Единения. Хазар медитирует на Кристаллионе. Его тело синхронизируется с энергетическим полем планеты для поиска Зова Судьбы. Если у хазара есть генетическая пара, кайра, он сможет почувствовать Зов. Если нет, то тогда в праве вступить в брачный союз. По желанию.

— Угу, — поддакивает Айвар. — В статусе Хранителя. И жить без надежды на настоящую связь.

Рамиль продолжает:

— Хазары проходят этот ритуал по достижению зрелости, по галактическим меркам, в сто лет, если всё ещё не найдут свою кайру.

Удивленно моргаю. Средняя продолжительность жизни в галактике около сто пятидесяти лет…

Не могу удержаться и перебиваю:

— А сколько вам лет?

Айвар ухмыляется:

— Мия, хазары живут более пятисот лет. И ты теперь тоже будешь, после вступления с нами в резонанс. И да, нам с Рамилем недавно исполнилось по сто. И мы прошли ритуал Единения.

Рамиль подхватывает:

— И услышали Зов Судьбы. Отправились на поиски кайры. Тебя, Мия. Но до того, как мы прошли ритуал…

Айвар усмехается, хотя в его глазах нет веселья:

— Какого же было мое удивление, когда Рамиль на Совете Родов объявил Лиссан своей кайрой! Официально заявил о Зове! А я? Я, который думал, что люблю ее... должен был дожидаться ста лет, чтобы пройти ритуал и больше не мог быть с ней! Да и после ритуала, в случае, если у меня не проснётся Зов, мне пришлось бы просить Рамиля принять меня в их семью.

Я понимаю, что Айвар на это бы не пошёл. Слишком гордый.

Да и Рамилю зачем бы его принимать?

— Я был зол! — Айвар сжимает кулаки. — Я не поверил в твой Зов! Я продолжал видеться с Лиссан, и она жаловалась мне, что ты ставишь на ней какие-то эксперименты. Что тебе нужна не она, а ее генетический материал для твоих разработок. И я подумал о том, что ты создал искусственный Зов.

— Айвар оказался прав, — глухо произносит Рамиль. — Зов был фальшивкой. Только не я его создал.

Рамиль тяжело выдыхает. Теперь уже я поглаживаю его ладонь.

А Рамиль снова смотрит на Айвара.

— О, какое удовольствие тебе доставило мое разоблачение! — его голос звенит сталью и болью. — Публичное унижение перед всем Советом!

И Рамиль рассказывает уже мне:

— Айвар вызвал старейшин рода Гур. Они провели ритуал Очищения Эфира прямо на Совете. Создали поле идеальной тишины вокруг меня. И фальшивый Зов... просто исчез. На глазах у всех. Золотые линии на моей коже погасли. Я стоял там, как... как предатель. Как шут.

И снова обращается к Айвару:

— А ты знаешь, что чувствовал я? Когда понял, что Зов был ненастоящим? Я пытался отследить источник сигнала. Но не смог. Я был уверен, что это твой род все подстроил! Чтобы дискредитировать Сол.

— Наш род?! — рычит Айвар. — Род Гур презирает искусственные нейроинтерфейсы! Мы верим в чистоту крови и духа, в природную связь с кристаллами. Это вы, род Сол, готовы осквернить все ради своего «прогресса»!

Руки Рамиля напряжены. Непроизвольно сжимают мои пальцы сильнее, делая больно. Но я молчу. Эта боль ничто по сравнению с болью их душ. Он качает головой и продолжает разговор с Айваром:

— Ты говоришь, твоё удивление… А каково же было мое удивление, — в его голосе звучит сарказм, — когда я узнал о вас с Лиссан! И не просто узнал, а узнал так... скандально.

— Как? — шепчу я.

— На весь Совет «слили» запись, где Айвар дарит Лиссан фамильный артефакт рода Гур! Ты знаешь, что чувствовал я? — Рамиль смотрит на Айвара. — Не гнев. Опустошение. Потому что я понял, что то, что я считал Зовом, было ложью. А потом я узнал о вас с Лиссан, и понял, что меня обманывали все.

В комнате повисает тишина. Хватка Рамиля слабеет на моей руке.

Я молчу. Здесь не нужны слова.

Просто хочу поделиться своим теплом. Хочу, чтобы они помирились, забыли о прошлом, хочу успокоить их боль.

Но я не знаю как.

Айвар наклоняется вперед, положив локти на колени, ловит мой взгляд. Его эмоции меняются. Гнев на прошлое смешивается с чем-то теплым, настоящим.

— Только сейчас, с тобой, Мия, я понимаю, что это было наваждение. А я хотел быть с Лиссан и даже готов был отказаться пройти ритуал! Какой же я был дурак.

Рамиль кивает, его пальцы слегка сжимают мои.

— С тобой... все по-другому, — шепчет он. — То, что я чувствую к тебе — это другое. Это как... дышать. Естественно. Правильно.

Рамиль легонько поглаживает мою ладонь. Приятное тепло разливается в теле. От этого простого и нежного жеста. От их слов.

— А Лиссан? — спрашиваю я тихо. — Что стало с ней?

Оба хазара замолкают. Айвар откидывается на спинку кресла.

— Она отказалась от нас обоих, — говорит он, и в его голосе звучит горькое облегчение. — Сказала, что не чувствует ничего ни к одному из нас. Что мы — мужланы, готовые разорвать ее на части ради своих амбиций.

Айвар откидывается в кресле, проводит рукой по лицу.

— Да. Лиссан сыграла роль жертвы, которую разрывают на части два могущественных самца. И вышла сухой из воды. А мы... мы остались с позором. И ненавистью друг к другу.

Я сижу между этих двух историй, двух болей, и понимаю, что они оба были пешками. Их использовали, предали и бросили. И вместо того, чтобы увидеть общего врага, они годами терзали друг друга.

Сейчас я не чувствую себя маленькой и слабой. Я просто обязана помочь им найти общий язык.