Чтение онлайн

Изучающему предлагается как следует усвоить следующее положение чрезвычайной важности: в процессе эволюции до обретения человеком самосознания абсолютно ничего не оставлялось на волю случая.

После же обретения самосознания появилась определенная возможность проявления собственной индивидуальной воли человека для раскрытия его Божественных духовных способностей.

Великие Водители человечества принимают во внимание все, включая и пищу человека. Последняя в значительной степени влияет на его развитие. «Скажи мне, что ты ешь, и я скажу, что ты есть» — это не натяжка, а великая истина природы.

Человек первой эпохи был эфирным. Это не противоречит утверждению, что он был подобен минералу, ибо все газы являются минералами. Земля была еще мягкой, не затвердевшей. В Библии человек назван Адамом и сказано, что он был сделан из праха земного.

Каин описан как земледелец и символизирует человека второй эпохи. Он обладал жизненным телом, как и растения, которыми он питался.

В третью эпоху пищей служили живые животные в дополнение к прежней растительной пище. Молоко стало средством развития тела желаний, которое сделало тогдашнего человека подобным животному. Именно это имеется в виду в словах Библии: «Авель был пастырь овец». Нигде не сказано, что он убивал животных.

В четвертую эпоху человек превзошел животную стадию — он приобрел ум. Мышление разрушает нервные клетки, убивает их, уничтожает и ведет к разложению. Поэтому пищей атлантов, по аналогии, были трупы животных. Они убивали, чтобы есть, почему в Библии и сказано: «Нимрод был сильный зверолов». Нимрод символизирует человека четвертой эпохи.

Тем временем человек нисходил в материю все глубже и глубже. Его прежде эфирное тело превратилось в скелет и затвердело. Он постепенно терял духовное восприятие, которым обладал в предыдущие эпохи. Так было предначертано. На более высоких ступенях развития ему суждено вернуть себе духовное восприятие, которое дополнит самосознание, ранее у него отсутствовавшее. В течение же первых четырех эпох человек обладал большим знанием духовного мира. Он знал, что он не умирает и что, когда одно тело отмирает, оно подобно засохшему осеннему листу, — вырастет другое тело, которое займет место прежнего. Поэтому он не ценил как следует возможности и преимущества конкретного земного существования.

Было необходимо, чтобы он полностью осознал великую важность данного конкретного существования с тем, чтобы почерпнуть из него все уроки, которые оно дает. Пока он ощущал себя жителем высших миров и знал наверняка, что физическая жизнь лишь малая часть настоящего существования, он не воспринимал ее достаточно серьезно. Он не прилагал усилий для культивирования возможностей роста, которые могут быть найдены только на нынешней стадии существования. Он растрачивал время впустую, не разрабатывая ресурсов физического мира, что и сегодня делают в Индии по той же причине.

Единственным способом дать человеку понимание ценности конкретного физического существования было лишение его, на ряд жизней, памяти о своем высшем, духовном существовании. Так в течение земной жизни он перестал обладать позитивным осознанием какого бы то ни было иного существования, кроме текущей физической жизни, тем самым принуждаясь со всей искренностью посвятить себя этой жизни.

До христианства были религии, которые учили возрождению и закону следствий, но настало время, когда знание этой доктрины перестало быть полезным для дальнейшего продвижения человека, поэтому ее незнание стало рассматриваться как признак прогресса. Единственная, ныне текущая жизнь должна была приобрести первостепенное значение. Поэтому мы видим, что христианская религия, в том виде, в каком она преподносится широким массам, не оперирует законами следствий и возрождения. Тем не менее, поскольку христианство является религией самой продвинутой расы, оно должно быть самой продвинутой религией. По причине этого, устранив доктрину возрождения из числа открытых учений, оно инициировало завоевание материального мира англо-саксонской и тевтонской расами, как наиболее прогрессивными.

Поскольку какие-то новые дополнения или изменения в пище человека производились в каждую эпоху, чтобы он соответствовал ее условиям и достиг предназначенных целей, сейчас к пище предыдущих эпох добавился новый компонент — ВИНО. Необходимо было его отупляющее действие на духовный принцип человека, ибо никакая религия сама по себе не могла заставить человека забыть свою духовную природу и заставить думать о себе как о «черве» или поверить, что «мы ходим той же силой, какой и мыслим». Впрочем, никогда не предполагалось, что человек зайдет так далеко.

Прежде лишь вода употреблялась для питья и храмовых церемоний, но после погружения Атлантиды — континента, который существовал когда-то между Европой и Америкой, там, где простирается сейчас Атлантический океан, — те, кто избежал уничтожения, начали возделывать виноград и изготавливать вино, как изложено в библейской истории о Ное. Ной символизирует остатки Атлантической эпохи, которые стали ядром пятой расы, то есть нашими прародителями.

Активным принципом алкоголя является спирт, или «дух» [4] ; как в более ранние эпохи человечество употребляло в пищу продукты, наиболее подходящие для его проводников, так и в пятую эпоху этот «дух» был добавлен к продуктам, ранее употреблявшимся развивающимся человечеством. Он действует на Дух человека пятой эпохи, временно парализуя его, чтобы тот знал, чтил и завоевывал Физический мир, оценивая его по достоинству. Таким образом, человек на время забывает свой духовный дом, цепляясь за эту, прежде презираемую им, форму существования, остро ощущая, что кроме нее ничего нет, или, по крайней мере, предпочитая уверенность в реальности этого мира — неизвестности мира Небесного, которого в своем нынешнем затемненном состоянии он не понимает.

В храмах употреблялась только вода, но теперь все пошло по-другому. Появился Вакх, бог вина, под влиянием которого самые передовые нации забывают о высшей жизни. Ни один из тех, кто платит дань фальшивому духу вина или иного алкогольного напитка (продукта ферментации и распада), не может знать ничего о высшем «Я»— истинном Духе, который и есть источник жизни.

Все это было подготовкой к приходу Иисуса, и в высшей степени значителен тот факт, что Его первым деянием было превращение «воды в вино» (Иоанн, 2:11).

В частных беседах с учениками Он говорил им о Возрождении. Он не только учил их на словах, но и взял «на гору». Это мистический термин, означающий место Посвящения. В процессе Посвящения они сами видели, что Возрождение — это факт, ибо там они узрели Илию, являющегося, как им было сказано, также Иоанном Крестителем. Еще раньше Иисус в недвусмысленных выражениях сказал им, говоря об Иоанне Крестителе: «Правда, Илия должен придти». Он повторяет то же самое в сцене Преображения: «Илия уже пришел, и не узнали его, а поступили с ним, как хотели». И дальше сказано, что «они поняли, что Он говорил им об Иоанне Крестителе» (Матф., 17:12-13). В этом случае, а также во время обсуждения темы Возрождения ученики говорят Ему, что некоторые думают, будто Он Илия, а другие — что Он один из возродившихся пророков. Он приказал им: «Никому не сказывайте» (Матф., 17:9; Лука, 9:21). Этим наставлениям предстояло в течение тысячелетий оставаться эзотерическим учением, известным лишь немногим первопроходцам, подготовившим себя к этому знанию и рвущимся вперед, к той стадии развития, когда эти истины снова будут известны человеку.

Что Христос наставлял возрождению, а также закону следствий, наверное, нигде не показано яснее, чем в случае с человеком, который родился слепым. Ученики спрашивают: «Кто согрешил, он или родители его, что родился слепым?» (Иоанн, 9:2).

Если бы Христос не проповедовал возрождение и закон следствий, естественным ответом было бы: «Чушь! Как человек мог согрешить до того, как родился, и в результате навлечь на себя слепоту?» Но Христос так не отвечает. Он не удивлен вопросом, Он не относится к нему, как к чему-то необычному, показывая, что это вполне соответствует Его учениям. Он объясняет: «Не согрешил ни он, ни родители его; но это для того, чтобы на нем явились дела Божии».

По ортодоксальной интерпретации, этот человек родился слепым для того, чтобы Христос имел возможность произвести чудо и явить свое могущество. Странным был бы для Бога этот способ явить свою славу — своенравно приговорить человека к долгим годам слепоты и страданий, чтобы Он мог «явить Себя» когда-то в будущем! Мы бы посчитали извергом человека, действующего подобным образом.

Куда более логично подумать, что может быть и другое объяснение. Приписывать Богу поведение, которое в человеке мы бы осудили в самых резких выражениях, крайне неразумно.