Чтение онлайн

21 мая 1978 г. Аркестр был приглашён на Saturday Night Live — пожалуй, единственное телешоу, которое смогло бы в то время предоставить сцену Сан Ра (не говоря уже о приглашениях). Они выступали перед самой большой аудиторией, какую только могли получить, и Сонни собирался использовать эту возможность по максимуму — несмотря на то, что им было отведено всего 15 минут. Однако во время репетиции ему сообщили, что этот срок сокращается до шести минут. Он возразил, что группа уже выступала по телевидению в Египте, Мексике, Нидерландах, Швеции, Германии и Испании, и нигде их так не урезали. «Но мне сказали — «у нас очень быстрое телевидение»; так что нам придётся работать побыстрее и сжать всё наше выступление до шести минут.» Учитывая представление Бака Генри — «Сан Ра и его Аркестр Джаза с Другой Планеты» — выступление сократилось до четырёх с небольшим минут, и несмотря на это группа умудрилась исполнить "Space Is The Place", "The Sound Mirror" и "Watusa". Освещение было неподходящее, группа располагалась в такой же тесноте, как в Slug's, танцоры двигались как можно меньше, чтобы оставаться в поле зрения камеры — одним словом, вся таинственность Аркестра была стёрта так, как это умеет только телевидение. Впоследствии компания NBC сообщала, что во время эфира было множество звонков, протестующих против такой дикости на экране, но письменные отклики разделились «50 на 50».

В начале 1978 г. Сонни поехал в Италию в составе квартета (Майкл Рэй, Джон Гилмор и Лакман Али на барабанах), и несмотря на его опасения относительно маленьких групп, там они сделали несколько концертных и студийных записей, которые относятся к самым интересным и малоизвестным изданиям музыки Сан Ра. Две пластинки — New Stepsи Other Voices— были сделаны для итальянского лейбла Horo, который практически не имел дистрибуции в США, а остальные три (все концертные) вышли на «Сатурне». На обоих пластинках Horo присутствуют баллады и пьесы в среднем темпе, склоняющиеся к фанку, но на New Stepsесть ещё "My Favorite Things", в которой тщательно продуманное, неброское, близкое к аккордам прочтение Джона Гилмора противопоставляется знаменитой модальной интерпретации Джона Колтрейна; "Moon People" — разговор скрипучих мультяшно-синтезаторных голосов; и "When There Is No Sun" — мягко спетая траурная песнь, с тех пор входившая во множество выступлений Сан Ра:

Media Dream— это органная пластинка без очевидных точек соприкосновения с джазовой органной традицией. На большей её части Сан Ра просто строил незамысловатые мелодии на основе единственных аккордов и облигато, таким образом наводя на мысль о неком более интересном курсе, которым мог бы пойти минимализм, если бы Сан Ра в 70-е интересовался этим течением. На Disco 3000он играет на органе на фоне петель и ритм-машины, производя тяжёлый амбиент- «накат» (правда, не настолько тяжёлый, чтобы он не смог вставить "Sometimes I Feel Like A Motherless Child" в "Dance Of The Cosmo-Aliens"), также указывающий на ещё один стилистический путь, по которому никто не пошёл.

После возвращения в Филадельфию там был записан альбом Lanquidity— для Philly Jazz, маленькой компании с большими амбициями (именно они пытались организовать Космо-Фан Клуб Ра-легиона) — и серебряно-металлический конверт этой пластинки намекал на то, что Аркестр старался «наверстать упущенное» в год таких песен, как "Dancing Queen" Abba и "I'm Your Boogie Man" KC & The Sunshine Band. Если в Lanquidityсказалось влияние диско (Сан Ра играл на электропианино Fender Rhodes, электрогитары были пропущены через звуковые процессоры, вся работа был записана с наложением дорожек), то это было ревизионистское диско — танцевальная музыка, преобразованная в той же манере, в какой он пропускал через себя Леса Бэкстера, т.е. музыка становилась одновременно легко пропускаемой мимо ушей и смутно беспокойной. «Томный» (languid), это точно: в пьесе "There Are Other Worlds" Космо-Этнические Голоса почти неслышно шепчут: «Есть другие миры, о которых тебе не рассказывали / Они хотят поговорить с тобой», утопая в движущихся слоях звука и производя истинно мечтательное состояние; а танцевальный ритм — который применяется на немалой части этой пластинки — даёт слушателю фальшивое чувство безопасности, потому что музыка не имеет ничего общего с периодичностью. А когда ритм спадает — как в "There Are Other Worlds" — музыка сходит на нет, как в музыкальной шкатулке.

Группе предстояли и другие медиа-проекты. В 1979 г. кинорежиссёр Боб Мугге начал снимать фильм Сан Ра: Радостный Шум,в котором Аркестр впервые был показан дома за работой. А в декабре Аркестр играл в бостонском Модерн-Театре вместе с цветомузыкальной машиной Spacescape, клавишным устройством, изобретённым и управляемым медиа-художником Биллом Себастьяном — она сопоставляла музыке, исполняемой Аркестром, цвета и трёхмерные образы (через год это представление было повторено в нью-йоркском зале Soundscape). (В 1986 г. Себастьян сделал с Аркестром два видеоклипа — "Calling Planet Earth" и "Sunset On The Nile", в которых продолжалось применение эффектов, созданных им на аппарате Soundscape).

К 1979 году можно было сказать, что Сан Ра добился своей цели — стал музыкантом мирового уровня. В первый раз после своего отъезда с Глубокого Юга он решился поехать туда, чтобы сыграть на Атлантском Джазовом Фестивале («В середине "Days Of Wine And Roses" была стоячая овация, потому что зрители смогли почувствовать вкус вина и ощутить аромат роз»), где ему также присвоили звание почётного гражданина города Атланта. Но почесть, которой ему не удалось получить, была связана с произведённым НАСА запуском спутника Voyager I на орбиту Сатурна. На спутнике находилась позолоченная изготовленная из металлического сплава пластинка с музыкальными записями, которые, по мнению экспертов, наилучшим образом представляли обитателей Земли: там, в частности, были Бах, Бетховен, Моцарт, Стравинский, Луи Армстронг, Чак Берри. Журналист Майкл Шор позвонил Сан Ра, чтобы узнать, что он думает по поводу того, что его не оказалось на этой пластинке:

Осенью группа начала серию выступлений в нью-йоркском Скват-Театре, которая с перерывами продолжалась на протяжении следующих трёх лет. Скват был основан группой беженцев из Венгрии в грязном фасадном помещении района Челси на углу 23-й улицы и 8-й авеню — там представлялись одни из самых радикальных театральных постановок и перформансов, которые только видел город. Однажды Аркестр устроил два вечерних концерта с участием 100 музыкантов, которые едва могли втиснуться в тесное помещение, и для того, чтобы координировать действия такого числа исполнителей, Сан Ра репетировал сменами — непрерывно на протяжении 24-х часов, менялись лишь музыканты и инструментальные секции. В другой раз Дороти Донеган и Сан Ра устроили в Сквате «двойные концерты» — сначала выступая вместе, а потом поодиночке с Аркестром. Скват, во всяком случае, привлекал более разнообразную публику, чем Slug's: туда приходили Амири Барака, Джон Кейдж, актёры из телевизионных мыльных опер, художники, а также B-52's и другие музыканты из нарождающейся нью-йоркской панк-сцены (многие из них потом признавали влияние Сан Ра).

В 1979 г. в свет вышли девять пластинок, и вместе они свидетельствуют о громадном спектре репертуара группы в то время. Чтобы получить представление о его размахе, достаточно трёх примеров: на "Springtime Again" со Sleeping Beautyгруппа томно распевает «Весна, вновь наступила весна» на фоне сочных, мечтательных и никуда не ведущих текстур; "UFO" с On Jupiter,откровенно говоря, представляет собой диско-запись с биг-бэндовыми риффами, наложенными на диско-ритмы. (Во время репетиций некоторые музыканты выразили недовольство тем, что Сонни просил их послушать кое-какие примеры популярных тогда диско-записей: «Это фальшивое дерьмо, Сонни.» «Это фальшивое дерьмо — чьи-то надежды и мечты», — с упрёком возразил он. «Не будьте такими снобами!») В заглавной пьесе пластинки I PharaohСан Ра вернулся к своим египетским интересам, объявив на фоне флейт и барабанов, что современные египтяне — не его люди; что мир разрушил его царство: «Я — Фараон, мне положено знать; единственное, что от меня осталось — это бессмертие. Почему бы вам не стать моими людьми сейчас? Отдайте свою смерть мне.» Тем временем вокальные распевы становятся полифонически многослойными, и весь проект как бы срывается с якоря.

28 марта 1979 г. в реакторе атомной электростанции на Острове Трёх Миль, которая располагалась на расстоянии меньше 100 миль от Филадельфии (притом с подветренной стороны), произошла авария, и на протяжении недели из города происходила эвакуация населения, которое только и говорило о ядерной катастрофе. Сан Ра очень озаботился тем, что ядерная энергия вышла из повиновения, и будучи в редком для него антитехнологическом настроении духа, говорил всем, кто хотел слушать, что единственная разумная и дешёвая форма энергии — это солнечная; он предлагал использовать её с детских лет. В следующие несколько лет в его интервью был заметен растущий страх перед возможностью ядерного апокалипсиса, а в конце 80-х он добавил в список своих опасений ещё загрязнение окружающей среды — правда, это загрязнение часто служило скорее метафорой пороков Земли, чем частью некого политического движения («хозяин нашей планеты отомстит за плохое с ней обращение»). В 1982 г. он записал песню "Nuclear War", которая стала одним из первых примеров протест-рэпа:

Будучи убеждён, что это хитовая сорокапятка, он послал её на Columbia Records, где не проявили интереса, и в конце концов он продал её лондонской фирме Y, которая сделала 12-дюймовую сорокапятку, предназначенную для диск-жокеев.

Сан Ра подходил к своему 70-летию, и теперь он писал и исполнял меньше новых композиций. Репетиционное время также сократилось, что привело к большей стандартизации выступлений группы — в программах было всё меньше сюрпризов. Новые пластинки выходили с темпом две-три в год, и хотя они иногда были небрежно составлены и не так поражали новаторством, как в прошлом, в них всё же могли содержаться сюрпризы. На сеансе записи 1982 г. в Variety Sound, где был записан альбом A Fireside Chat With Lucifer,родился необычайно широкий массив музыки: "Smile" Чарли Чаплина, "Drop Me Off In Harlem" и "Sophisticated Lady" Эллингтона, а также длинная заглавная пьеса — композиция в свободном стиле, построенная на космических аккордах и органных сигналах Сан Ра; пьеса, сохраняющая лирическую остроту, несмотря на свободное построение и текстуры, поощряющие возникновение и зарождение звучаний из глубин группы — так, как будто за всем этим не стояло никакого человеческого замысла. Органная игра Сан Ра в пьесе была основана скорее на шёпоте, заиканиях, дрожи и нарастании-ослаблении.