Чтение онлайн

– Я могу делать все, что пожелаю, - говорит Скотт, понижая свой голос так, чтобы другие гости ресторана не могли его услышать.
– Я владею вами и ею. И этими тремя за моей спиной. Никогда не забывай этого.

Я не сдерживаю Рика. Так же как и Ло. Но что удивительно, он сам себя сдерживает, сжимая руки в кулаки в карманах собственных джинс. Рик проходит мимо Скотта, задевая плечом его плечо, и дойдя до Дэйзи, выводит ее из ресторана.

Скотт спотыкается, пятясь назад, но я больше сосредоточена на том, что происходит, как только двери ресторана открываются. Ослепительные вспышки камер столь же агрессивны, как и мерцающие огни в ночном клубе. Голоса папарацци, выкрикивающие нам различные вопросы моментально разрушают спокойную атмосферу празднования дня Святого Валентина.

Лили прижимается к груди Ло.

– Жаль, что моя супер сила невидимки сегодня не действует, - бормочет она ему.

– Никогда не жалей об этом, - говорит он и целует Лили в щеку.
– Если бы ты стала невидимкой, я бы не мог тебя видеть.

– Ну значит нужна сила телепортации.

– Ага, я до сих пор молю небеса об этой супер способности, - он сжимает ее плечо.

Мы с Роуз внимательно за ними наблюдаем, ожидая, пока они благополучно выйдут из ресторана и станут сильнее, чтобы двигаться дальше по жизни. Скотт уже ушел следом за Дэйзи и Риком.

Секунду я разглядываю Роуз. Ее шея напряжена, плечи распрямлены; она выглядит так, словно готова прыгнуть в огненное кольцо ада. Она даже не дышит.

– Tout va bien se passer, - шепчу я. Все будет в порядке.

– Comment sais-tu ?
– Откуда ты это знаешь?

– Потому что я здесь, - говорю я со всею уверенностью в голосе, в своей позе, во всем существе.

Уголки ее губ приподнимаются, но Роуз не говорит мне сегодня о том, насколько я высокомерен. Ее рука опускается в мою и сильно сжимает. И мы наблюдаем за тем, как Ло наконец-то удается уговорит Лили сделать первые шаги на улицу.

Один час. Вот сколько я спал. В полночь моя мать позвонила мне по вопросу работы с документами. Это никогда не входило в обязанности исполнительного директора, но ей нравится проверять мое рвение - то, как сильно я хочу занять эту позицию к компании.

Если честно, я хочу эту должность достаточно сильно, чтобы нуждаться во втором рецепте на Аддералл. Это достаточно сильно?

Я вздремнул на диване, но глобально должен был проснуться и закончить исследовательский проект, так что вот чем я сейчас и занимаюсь. Потягивая уже шестую чашку кофе, я подаю документы посредством электронной почты. Мой телефон жужжит на кухонной столешнице, пока я снова наполняю кофейник, но уже для Роуз.

Я смотрю на экран, читая имя звонящего: ФРЕДЕРИК. Я беру телефон, идя на задний двор прежде, чем отвечаю на звонок.

– Я направляюсь в твой офис через пятнадцать минут, - говорю я ему, опираясь локтями на край большого джакузи. Мое дыхание клубится в прохладном утреннем воздухе.

До меня доносятся щелчки камеры, и я замечаю папарацци на улице, их руки и объективы торчат из окон, припаркованных возле дома машин. Я не оборачиваюсь, меня не заботит, если ли у них мое фото или его нет.

– Поэтому я и звоню, - говорит Фредерик.
– Мы с тобой больше не будем видеться.

Я знаю, это из-за Аддералла. Я написал ему прошлой ночью сообщение, с просьбой пополнить мой рецепт. Он так ничего и не ответил.

Я делаю большой глоток кофе, игнорируя комментарий и твердость его голоса.

– Ты меня слушаешь?

– Я слышу, что ты пытаешься предсказать будущее. И кстати, ты ошибаешься.

– Прописанного мною рецепта должно было хватить на шесть месяцев, Коннор. Не предполагалось, что ты станешь принимать таблетки ежедневно. И я не хочу, чтобы ты больше приходил ко мне на прием, не тогда, когда ты можешь использовать это время для сна.

– Я нормально сплю.

– Тогда с тобой все будет нормально, если я не стану пополнять твой рецепт, - он не блефует, и мое молчание мотивирует Фредерика продолжить свою речь.
– Поспи немного. Я не хочу говорить или видеть тебя, пока ты не нормализуешь свой распорядок сна.

– Ты собираешься бросить своего пациента в такой ситуации?
– говорю я спокойно. Мне нужно сесть на ступени джакузи, потому что его слова подобны пощечине, даже если я не выказываю потрясения в своем голосе, даже если действия Фредерика берут свое начало из отзывчивости по отношению ко мне. Меня ранит то, что он так быстро бросает меня, при том, что был моим советчиком в течение последних двенадцати лет.

– Если я считаю, что это в твоих же интересах, то да, я сделаю это.

– Что в моих интересах, - говорю я, - так это поговорить со своим врачом, а не спать весь день.

– Мы сможем поговорить через три недели, когда ты снова встанешь на ноги.

– Я постоянно стою на ногах, - я смотрю на свою позу прямо сейчас. Я буквально и фигурально сижу. Прекрасно.

– Коннор, - говорит он, растягивая мое имя так, что я внимательнее начинаю его слушать, - ты не бесчеловечен. Я тебе не нужен, чтобы напоминать о твоих же ощущениях. Они внутри твоей головы.

Я потираю свои раздраженные покрасневшие глаза, обдумывая его слова. Через пару секунд я говорю:

– Ты мне нужен, Фредерик. Ты необходимая часть моей жизни.

– Я знаю. Это лишь временная мера.

– Ладно, - уступаю я. Я проиграл эту битву. Только с Фредериком, я позволяю себе так легко сдаться. Иногда я доверяю его советам больше, чем собственным. Кстати, это самая высокая похвала, которую вы можете от меня получить.
– Я посплю, и мы увидимся через три недели, - больше никакого Аддералла. Я уже знаю, что первым от этого выбора пострадает Уортон. И тем не менее, меня не волнует это так сильно, как волновало всего несколько месяцев назад. Мои приоритеты немного сдвинулись.
– Мне нужно о многом с тобой поговорить, - добавляю я.

– Какая категория?

– Роуз. Секс, - я говорю это, как приманку. На самом же деле, у меня нет и малейшего желания делиться деталями моей сексуальной жизни с кем-либо, кроме Роуз, но возможно, это заманит его передумать насчет сегодняшнего сеанса.

– У вас был...

– Еще нет. Но она достаточно готова, чтобы сделать это. У нас просто не было пока на это времени.

Я могу практически почувствовать, улыбку Фредерика на том конце. Моя сексуальная жизнь - наиболее интригующая обсуждаемая нами тема, тем более, что мои предпочтения далеко не вписываются в рамки норм общества.