Чтение онлайн

Мелинду Галло переложили, но со следующей схваткой давление Дэнни снова упало. Медсестра велела Майклу Галло отойти в сторону.

– Доктор! – крикнула одна из сестер в другом конце родильного зала. – Давление упало.

– Мы этим занимаемся, – заверил ее врач.

– Нет, – крикнула она в ответ, – у этого младенца. Который здесь. Здесь.

Крошечное тельце Пола Галло обмякло на весах под согревающими лампами. Одна из медсестер подняла его ножки и шлепнула по узкой, красноватой спинке. Ребенок не заплакал.

– Доктор…

– Вызывай помощь, сестра, – повторил доктор. – Код синий.

– Что происходит? – потребовал объяснений Майкл Галло.

Он подбежал к весам, где на полосатом одеяле для новорожденных неподвижно распластался маленький Пол, его единственный открытый глаз смотрел в никуда. И едва Майкл взглянул на своего сына, Пол вздрогнул, а затем снова заплакал. Ближайшая к Майклу Галло медсестра прошептала:

– Слава богу.

На другом конце родильного зала Мелинда Галло охнула, вскрикнула и снова начала тужиться.

– Нет, – приказал ей доктор.

Сердцебиение Дэнни на мониторе опять замедлилось. Крошечное тело Пола на весах снова обмякло. В конце концов медики сделали экстренное кесарево сечение и вытащили Дэнни живым и невредимым. Он заголосил от шлепка врача, а его старший брат в другом углу присоединился к хору. Доктор – шестидесятилетний мужчина с огненно-рыжей бородой – позже прокомментировал странность всего этого несколько недоуменной улыбкой, но ничего больше новоявленным родителям не сказал. И никто не сказал.

Братья были однояйцевыми близнецами и, пока оставались детьми, действительно казались очень похожими – настолько, что Мелинда Галло с огромной радостью этим пользовалась и частенько одевала сыновей одинаково, так что соседи, одноклассники и даже родственники не могли отличить их друг от друга. В то время мальчики носили одинаковые стрижки и зачесывали волосы слева направо, с удовольствием усиливая путаницу. Тогда между ними существовала тайная магия, а потом братские узы ослабли под тяжестью взрослой жизни.

«Ты видишь этих мальчиков? Все еще можешь их разглядеть?»

Как бегали каждое лето босые и без рубашек вдоль илистых берегов Маготи. Как проводили прохладные вечера в палатке на заднем дворе, под небом, украшенным звездами. Как скользили пятками по влажной траве. Как шептались, хихикали и были счастливы. Магия юности и братства – самая могущественная сила во Вселенной. По крайней мере какое-то время.

Когда их возраст достиг двузначных чисел, сходство Пола и Дэнни Галло начало исчезать. То, что они братья, было по-прежнему очевидно, но обманывать и путать людей близнецы больше уже не могли. Да на самом деле и не хотели, стараясь взамен этого проявлять собственную индивидуальность. Пол коротко стригся, а Дэнни отрастил волосы, и те непослушными волнами спускались ниже ворота рубашки. Всю старшую школу Пол проходил гладко выбритым и розовощеким, а Дэнни часто носил жесткую черную бородку в стиле Линкольна или эспаньолку, с бакенбардами, пушистыми, как лисьи хвосты.

Они оба были среднего роста и телосложения, но Пол двигался стремительно и всегда с какой-нибудь явной целью – мать мальчиков иногда называла его колибри, а Дэнни со временем выработал манеру лениво слоняться, что раздражало их отца и наводило на подозрения о редкой наглости, которые брат с огромным удовольствием оправдывал.

Эти новообретенные различия касались не только внешности. В школе прилежный и начитанный Пол с легкостью получал хорошие оценки. Он и в спорте был весьма неплох, хотя никто не принял бы его за прирожденного атлета. Дэнни же занятия давались с трудом, он постоянно рисковал провалить то один предмет, то другой. Читать он тоже не любил. Зато, в отличие от Пола, родился истинным спортсменом, хотя и не интересовался командными видами и редко участвовал в состязаниях по кикболу или бейсболу. Однажды, по настоянию отца (который, возможно, чувствовал, что спортивная стипендия – единственный шанс для сына попасть в приличный колледж), Дэнни записался в школьную команду по борьбе. Он участвовал лишь в двух поединках – и в обоих выиграл, – прежде чем его выгнали из команды за курение в раздевалке. Отец пришел в ярость, но Дэнни лишь безразлично пожал плечами.

– Ненавидел я эти чертовы трико, – позже признался Дэнни Полу, на чем обсуждение и закончилось.

Летом после окончания десятого класса отец начал ссориться с Дэнни из-за подработок. К тому времени каникулы, по задумке брата, нужно было тратить на курение травки и диски Ван Халена, но он понимал, что отец не уступит, поэтому устроился кассиром в местный супермаркет. Каждое утро в восемь часов Дэнни выходил из дома, а возвращался около пяти вечера, и отец оставил его в покое. Но как-то в начале августа Пол, который подрабатывал в хозяйственном магазинчике по соседству, вышел на обеденный перерыв и увидел Дэнни на стоянке у «Тако Белл» [4] . Развалившись на капоте машины своего приятеля, брат в джинсовых шортах, футболке, зеркальных солнцезащитных очках и с улыбкой в стиле «поцелуйте меня в зад» посасывал «Мальборо».

Пол окликнул его, Дэнни подскочил, как и его тупые дружки, с которыми он тусовался, развалившиеся на траве или сидевшие на корточках, точно ястребы. Но едва Дэнни увидел, что это Пол, та же ухмылка – «поцелуйте меня в зад» – расплылась по его лицу. Они с приятелями собирались на пляж, и он предложил брату присоединиться. Пол ответил, что ему нужно возвращаться на работу и Дэнни вроде бы тоже. Наглая улыбочка стала только шире, и Дэнни не нужно было ничего больше объяснять. Не было у него никакой работы, он лгал их старику – да и самому Полу – все лето. Однако Пол об этом догадывался. По крайней мере подсознательно. Поэтому редко бывал на той маленькой торговой площади во время перерывов, решив ради экономии носить еду с собой. И он никогда не перекусывал в «Тако Белл». И все-таки он оказался там в середине дня и поймал Дэнни, прежде чем тот уехал со своими дружками на пляж. Было ли это удачное стечение обстоятельств… или что-то иное? Странно, но казалось, хотя они и стали старше, а их братские узы ослабли, между ними развилась какая-то иная связь – более хрупкая, но такая же явная, что и прежде.

В шестнадцать лет Пол получил водительские права, сдав тест с первого раза. В выходные гордый отец без всяких уговоров передал сыну ключи от семейного «Плимута». Поскольку Полу не хотелось воротить нос от отцовской щедрости, он взял ключи, завел двигатель старенького автомобиля… и потащился по улице со скоростью пять миль в час, а родители махали ему вслед, стоя у подъездной дорожки. С такой «резвостью» ехать можно было и на тракторе. Но когда его старик протянул блестящие латунные ключи, Пол не смог заставить себя признаться отцу, что в шестнадцать лет, имея в кошельке новенькие права, он просто в ужасе от одной мысли о далекой поездке.

В тот день Пол проехал три квартала до соседнего парка, где простоял сорок пять минут, слушая радио, а потом просто вернулся домой. Прошло около месяца, прежде чем он освоился настолько, чтобы выехать на шоссе.

В своей типичной манере младший брат Пола провалил экзамен по вождению столько раз, что инспектор отложил очередную попытку на несколько месяцев. Однако это не остановило Дэнни, в выходной он угнал «Плимут» и с оравой своих друзей поехал в Балтимор. Вечером того же дня он преспокойно вернулся домой и даже посреди урагана родительского гнева оставался спокойным, безразличным и даже отчасти довольным. Слушая проповеди и вопли отца, Дэнни и бровью не повел. Несколько дней спустя, успев поостыть, их старик предложил Дэнни просить Пола подвезти его, если будет нужно.

Разговор состоялся за обеденным столом, и, когда отец высказал свою идею, Дэнни посмотрел на брата. Пол поймал его взгляд, полный изумления. Дэнни вовсе не выглядел сердитым. На самом деле, казалось, он изо всех сил старался не расхохотаться.

– Я уверен, Пол отвезет тебя, куда ты захочешь, – произнес отец. – Разве не так, Пол?

– Э-э, конечно, – ответил тот.

Дэнни пробормотал себе под нос:

– Думаю, мы могли бы посидеть на какой-нибудь парковке и вместе послушать радио, а?