Чтение онлайн

Я сделал глубокий вдох, выдох — как учила меня Авелла — и кивнул.

— Ваше присутствие необходимо, — на всякий случай пояснил Асзар. — Признание не зачтётся, если его услышу и приму я один. Поэтому не вздумайте убегать.

Речь, по-видимому, шла о какой-то неизвестной пока мне функции коллективного магического сознания.

— А моё имя...

— ...имело бы значение, если бы мы предъявляли обвинение. Тогда было бы разбирательство. Если он признается, разбирательства не будет. Это просто ритуал, сэр Ямос. Подумайте, достаточно ли вы хотите правосудия для этого человека. Или нам лучше открыть клетку и выпустить его.

Я вспомнил мёртвого инспектора.

Вспомнил скелеты детей в овраге.

Вспомнил убитого горем старика в респектабельной забегаловке Дирна.

Вспомнил, как сидела, бессмысленно мотая головой, Авелла, которую избил Гетаинир.

— Хорошо, я готов.

Я думал, что готов. Но когда Гетаинир издал истошный вопль, я содрогнулся, и меня прошиб холодный пот...

Глава 39

Происходящее на моих глазах заставило меня перенестись в не такое уж и далёкое прошлое, вспомнить, как Зован со стаей товарищей похитили меня из комнаты. Но разница всё же была. Асзар был взрослым магом и управлялся со Стихией куда как ловчее и жёстче.

Стены, пол и потолок исказились, вытянулись. Руки и ноги Гетаинира затянуло в камень. Он повис посреди помещения, похожий на руну Гебо, и заорал — похоже, Асзар заставил камень растягивать его в разные стороны. Мне показалось, что я слышу хруст костей.

— Ты кричишь? — холодно спросил Асзар. — Тебя, наверное, мучает ностальгия.

Печать на его руке погасла, и Гетаинир смог отдышаться. Он посмотрел на Асзара:

— Ты, мстительная тварь! Мы же были детьми!

— О, да, именно так, детьми, — кивнул Асзар. — Поэтому ты со своими так называемыми друзьями издевался надо мной просто так. Просто потому, что я выглядел не так, как вам бы хотелось. Но теперь мы стали взрослыми, и я причиняю тебе боль не из мести, а для того, чтобы получить признание!

— Штаны мне развяжи, — прорычал Гетаинир. — И получишь признание в смазливую рожу.

— Сэр Ямос, — повернулся ко мне Асзар, — как по-вашему, что он имеет в виду? Что я ему чрезмерно нравлюсь, или наоборот?

Я ушам не верил. Этот манерный и изысканный неогот жестоко стебался над Гетаиниром. Всё-таки аристократического в нём было не так уж много, а то, что было — было наносным, внешним. Асзар умел притворяться и играть роли так же, как, должно быть, умеют это и все маги Воздуха. Пусть печати у него не было, но гены-то не пропьёшь.

Ответа от меня Асзар не ждал. Он лишь усыпил этим отвлечением бдительность Гетаинира. Я заметил, как на тыльной стороне ладони Асзара снова зачернела печать, и Гетаинир уже просто завизжал, а у меня волосы дыбом встали.

Дальняя стена выпростала каменное «щупальце» с острым концом, который ткнулся в спину Гетаинира, заставляя его выгибаться вперёд. Выгибаться получалось плохо — его слишком сильно растягивало в стороны.

— Тварь! Перестань! Остановись, урод, а-а-а-а!

Асзар остановился. Он не убрал «щупальце», но давить то перестало, и Гетаинир замолчал, хватая ртом воздух и глядя выпученными глазами в потолок.

— Занятно было смотреть, как твои «друзья» отворачиваются от тебя один за другим, — говорил Асзар. — Ты был так наивен, думал, аристократики дружат с тобой, потому что видят в тебе равного. Но ты был для них смешной зверушкой с грубоватыми манерами. Ты учил их издеваться над слабыми, и они с восторгом впитывали науку. А когда весь твой крохотный запас премудростей иссяк, они вытерли об тебя ноги. Я помню, как ты умолял их о помощи, когда твоя семья погибала...

— Заткнись! — попросил Гетаинир.

Он пытался говорить грубо, но всё равно получилась просьба, если не мольба.

— Неприятные воспоминания, да? — наклонил голову набок Асзар. — Понимаю... И, что обидно, ни одного из тех аристократов тебе было не достать, некому отомстить. И ты решил отомстить Дирну, да? Привести сюда лягушек, да ещё и обобрать жителей перед смертью. Нет, постой... Наверное, я о тебе слишком хорошего мнения. Ты ведь не отомстить хотел больше всего, а разбогатеть. Верно, Гетаинир? Купить себе дворянство. Посмотреть свысока на всех тех, кто вытер об тебя ноги в академии. А ведь ректор Дамонт был против того, чтобы брать в обучение выскочек из простолюдинов, но уступил подавляющему большинству голосов. Зря, наверное. Из вас никогда не вытравить низменного желания плескаться в помоях. И кто же из нас на самом деле мстительная тварь?

Мышцы Гетаинира напряглись, он искренне пытался вырваться, но каменные оковы даже не заметили его усилий. Гетаинир скрежетнул зубами.

— И всё бы у тебя прекрасно вышло, если бы не жадность, — продолжал Асзар. — Если бы ты не набросился на беззащитную девушку у меня на глазах.

— Это она-то беззащитная? — выкрикнул Гетаинир. — Она — рыцарь! Они все трое — рыцари Земли! Но скрывают это. И та, другая, не сестра ему, я видел, как они...

Гетаинир подавился воплем. Каменное «щупальце» обвилось ему вокруг грудной клетки и затянулось так, что мне сделалось дурно. Жаль, присесть было некуда. Мне хотелось, чтобы этот кошмар поскорее закончился, но что я мог для этого предпринять? Помочь Асзару с пытками? Нет, этой черты я пока не готов перешагнуть.

— А я вдруг вспомнил, — прошипел дьявольским голосом Асзар, — как ты хотел вступить в Орден Рыцарей, но над тобой лишь посмеялись и прогнали. Они не захотели и шанса дать такому отребью, как ты. Обидно, должно быть, видеть, что даже дамы могут стать рыцарями, тогда как для тебя эта дорога закрылась. Досадно видеть, как рядом с одним мужчиной добровольно находятся сразу две девушки, которые могут спорить за звание первых красавиц клана. Такие девушки, которые всю жизнь смотрели на тебя с презрением, если вообще замечали.

Показалось, или по щеке Гетаинира скатилась слезинка? Может, это всего лишь пот, но...

— Жалко его, да? — посмотрел на меня Асзар. — Ничтожество от рождения. И так ли уж он виноват в том, что сделал? Да любой на его месте озверел бы. Не дай Стихии нам с вами узнать, каково было ему. Лично я понимаю этого человека, а вы, сэр Ямос?

Я понимал его лучше, чем Асзар мог бы представить. И от меня явно требовался выход в духе «доброго полицейского».

— Оставьте его, — попросил я, добавив в голос дрожи чуть больше, чем чувствовал на самом деле. — Давайте... Давайте просто вызовем того понятого. Мы оставим Дирн.

— Нет, увы, — покачал головой Асзар. — Я ведь предупреждал. Если он покажет на меня, то за одно подозрение меня могут лишить должности. Мы либо получаем признание, либо убиваем.

Вот про убийство я слышал впервые. Неужели Асзар и на такое способен? Глядя на его ожесточившееся лицо, я уже ни в чём не сомневался.

— Да никому я ничего не скажу, тва-а-а-а-а... А-а-а! — взревел Гетаинир, когда его опять рвануло в стороны.

— Интересно, — задумчиво сказал Асзар, — чего ради он упорствует? Ведь если он признает свою вину, то уедет отсюда в Сезан, где его будут судить. Скорее всего получит большой срок, но останется жив. А если продолжит тянуть... Как знать, может, уже этой ночью Дирн падёт. И будь я проклят, если не успею открыть тюрьму, чтобы лягушки смогли добраться до него. А может, не открывать? Может, предоставить ему подыхать от голода?..