Костры из лаванды и лжи
Шрифт:
– Кристиан? Доброе утро!
Она обошла квартиру, но никого не нашла. Зато на кухонном столе её ждала записка, в которой сообщалось, что на плите остывает яичница, в холодильнике мёрзнет яблочный сок, а сам Кристиан до обеда работает в магазине. Под листом бумаги лежала небольшая прямоугольная коробка из плотного белого картона перетянутая милой бледно-розовой ленточкой.
«Эжени от брата», – значилось на карточке.
Немного смутившись, она открыла коробку и не сдержала удивленного вздоха – внутри оказался новенький серебристый смартфон.
– Кристиан, не нужно было, – произнесла она вслух.
Но в следующее мгновение поняла: нужно, ещё как нужно.
Первым делом она установила приложения соцсетей и быстро нашла аккаунт Макса. А в следующие полчаса друг прятался от Тамары Владимировны за стеллажами самарской библиотеки и выслушивал Женин сумбурный монолог. Перед Кристианом она не могла быть полностью откровенна, постоянно испытывала неловкость или смущение. А вот с Максом всё было как-то проще… Привычнее.
– Вот сучка крашенная! А я тебе говорил: женское счастье – лысая подруга. Говорил ведь!
– Угу. Я и подумать не могла. Да если б Моник сразу ко мне подошла и обо всём рассказала… О том, что они с Эдуаром вместе…
– Да с чего бы ей вообще ревновать, а? То Элена, то теперь Моника эта… Оу! – неожиданно воскликнул он в тубку. – Погоди! Я чёт не понял, или ты мне не всё рассказала? Ну-ка подруга, колись, ты с биг боссом замутила что ли?
– Да нет… не то что бы… – промямлила она, чувствуя, как пламенеют щёки.
– Жень! Какого фига я об этом не знаю, а?! Сколько раз тебя спрашивал, и ты молчала!
– Ну Макс…
– Я ведь и обидеться могу, – произнёс он, однако в его голосе звучала ирония.
– Я… Не важно. Всё уже в прошлом.
– То есть? Он тебя кинул что ли?
– Ну… Моник же беременна, – грустно вздохнула Женя.
– Ну и что, что беременна! Ты его-то хоть спрашивала?!
– Нет, Макс, – твёрдо произнесла она. – Так нельзя. Я не буду отнимать у ребёнка отца. Переживу, ничего страшного… Тем более Эдуар однозначно дал мне понять, что не собирается разгребать мои проблемы и не верит ни единому моему слову…
– А ему и не надо верить! – припечатал друг. – Ишь ты, нежный какой! Есть же доказательства! Моника твоя сама вон призналась, что бельё порезала. А уж насчёт того, что валерьянку подменила – так это подсудное дело!
– Но это ведь не всё! Были ещё письмена колдовские над дверью… Кукла эта чёртова…
– Невесту Чакки точно Моник переставила! – уверенно заявил Макс. – Ну подумай сама, она управляющая отелем, у неё же есть дубликаты всех ключей. Ночью дождалась, пока ты уснёшь и к тебе втихаря пробралась. Ты же сама говорила, что ощущала чужое присутствие в комнате, помнишь?
Женя кивнула, но потом сообразила, что друг её не видит.
– Да, помню.
– Во-о-от! – протянул Макс. – А руны на дверном косяке… Да в общем обе козы могли намалевать, и Ленка, и Монька. Сама прикинь по хронологии, кому из них ты насолила за день до этого. Вот и всё, у всех событий есть объяснение. Причинно-следственная связь, элементарно, Ватсон!
– Да не хочу я никому ничего доказывать, понимаешь? – устало прошептала Женя. – И тем более ему.
Макс словно почувствовал, как её настроение стремительно падает в пропасть, и быстро переключился.
– Ну нет, значит нет. Лучше расскажи мне подробнее, что из себя представляет наш новый братюня? Красавчик, да? Блондин? Книжки любит? Бли-и-и-ин, ну что за облом!
– В смысле? – удивилась Женя.
– Такой мужик пропадает! А точно он тебе брательник? Прям стопудов? Может экспертизу ДНК сделаете?
– Ма-а-акс!
Когда через пару часов Кристиан, как и обещал в записке, закрыл магазин и поднялся на обед, его встретил аромат горячего супа.
– М-м-м, а я-то рассчитывал лишь на сэндвичи, – радостно заявил он, плюхаясь на стул.
– Извини, – смутилась Женя, – я немного похозяйничала у тебя в холодильнике, но зато вот!
Она поставила перед ним тарелку с картофельным супом и миску с гренками.
– Ты прощена! – заявил брат, осторожно пробуя первую ложку. – О-о-о! – Его глаза округлились в изумлении. – Ты прощена до конца твоих дней! Дашь пару уроков по кулинарии Анн-Мари? Можно прямо сегодня вечером и начать… Они с Дайян должны к семи приехать в гости!
– Что?! Сегодня приедут твои сёстры?
–Наши сёстры, Эжени, – мягко поправил её Кристиан. – Они так хотят с тобой познакомиться, я просто не могу их больше сдерживать. Но если ты пока не готова…
Жене тут же стало стыдно. Кристиан был так добр к ней, приютил у себя после больницы, купил телефон, помогал во всём, хотя не был обязан делать ничего этого.
«Ну что я за свинья неблагодарная…»
– Нет, конечно, пусть приезжают! – выпалила Женя. – Я буду рада познакомиться. Просто не ожидала, что так быстро… Тогда, наверное, нужно что-то приготовить на ужин? На четверых…
– Если Анн-Мари сразу поймёт, что ты готовишь лучше неё, то позеленеет от зависти, – усмехнулся Кристиан. – Лучше закажу еду в ресторане, мне как раз по пути.
– Уезжаешь?
– Да, поработаю до пяти, а потом заскочу за твоими вещами и в ресторан.
Женя чуть супом не подавилась:
– Моими вещами? В отель поедем?
– Поеду, – поправил Кристиан. – Я сам. Ты просто позвони, предупреди на ресепшн.
От одной мысли, что этот мужчина, пусть даже брат, будет собирать её сумку стало совсем неловко. Она попыталась было убедить его, что тоже отправится вместе с ним, но Кристиан был категоричен. И когда, ближе к вечеру, его машина отъехала с заднего двора, Женя вздохнула с облегчением:
«Вещи и правда нужны, но появляться в отеле… Это выше моих сил. Позвонить, конечно, проще».
Голос Аннет она узнала сразу и с большим трудом отбилась от потока назойливых и даже бестактных вопросов.
«Нет, всё-таки повезло, что Кристиан взял эту проблему на себя. Но теперь моя очередь делать добрые дела».
Она посмотрела на книги, беспорядочно сваленные на подоконнике и принялась за уборку. Когда голова забита хлопотами, в неё сложнее пробраться тоскливым, болезненным мыслям о мужчине, очень смахивающем на испанского пирата.