Костяной лабиринт
Шрифт:
Увидев двух часовых, приближающихся к скамейке, Коккалис встал и направился к берегу реки. Держась за руки и изображая обыкновенных туристов, они с Моу двинулись прочь от зоопарка. Монк поднял воротник куртки и отвернулся от солдат. Он ожидал услышать оклик, приказ остановиться, но вместо этого сзади послышался рев, сопровождаемый характерным свистом лопастей огромного несущего винта.
– Не оборачивайся! – предупредила Кимберли, сжимая руку напарника.
Но тот и так явственно представил себе вертолет, который оторвался от бетонной площадки и начал подниматься в ночное небо. Он не знал, находятся ли на борту Ковальски и Мария, но все-таки у него в груди возникло щемящее ощущение поражения.
Не имея выбора, Монк и Кимберли удалялись от зоопарка, преследуемые солдатами. Даже если их похищенные соотечественники по-прежнему находятся на территории, теперь, когда зоопарк оцеплен подразделениями китайской армии, перспектива их спасения стала призрачной.
– Что будем делать дальше? – спросила Моу.
– Ждать, – сказал Коккалис, хотя такой ответ его совсем не устраивал. – Будем надеяться на то, что Кэт и директор Кроу получат новый сигнал от устройства слежения. В противном случае наши дела плохи.
Он связывался по спутниковому телефону с Пейнтером, и тот сообщил ему, что оперативная группа уже прибыла в Пекин, прилетев разными рейсами с различных направлений. Пятеро оперативников должны были собраться в условном месте и ждать от Монка сигнала о начале операции.
Американец нахмурился.
«Похоже, нам придется подождать чуть дольше».
Но когда они отошли от зоопарка на достаточное расстояние, Монк обернулся.
«Черт возьми, что там происходит?»
Мария пыталась разобраться в том, что видела перед собой.
«Этого не может быть…»
Вместе с Ковальски и Арно она стояла перед панорамными окнами, выходящими на помещение размером с баскетбольную площадку. Похоже, это пространство было высечено в скале. В стенах его темнели пещеры, однако все внимание доктора Крэндолл было приковано к открытой площадке посредине.
Там, в тридцати футах внизу, разгуливали и сидели на корточках огромные волосатые звери. Вокруг торчали искусственные деревья без листвы, сделанные из железобетона, причем некоторые из них были разбиты на куски обитателями этого загона. Каждое существо имело рост от восьми до девяти футов и весило около полутонны, что вдвое превышало размеры обыкновенной горной гориллы. Их толстенные ноги напоминали стволы деревьев, а руки были лишь немного тоньше. Некоторые животные передвигались, опираясь на руки, но самое большое стояло, выпрямившись во весь рост, демонстрируя черную с серебристым отливом шерсть на груди. Уставившись на людей, это существо оскалилось в беззвучном рыке, обнажая желтоватые клыки размером с вытянутую ладонь.
Гигант стоял рядом со своей свежей добычей, судя по всему, опасаясь вмешательства посторонних. На лежащем перед ним изуродованном теле еще сохранились обрывки форменной одежды, похожей на комбинезоны, в которых здесь ходили рабочие.
Прежде чем Мария успела отвести взгляд, огромный зверь наклонился, подобрал что-то с земли и швырнул в людей. Девушка отпрянула назад, пораженная демонстрацией невиданной силы и ужаснувшаяся видом оторванной руки, которая ударилась в стекло и сползла по нему, оставив кровавый подтек.
Этот поступок вывел Крэндолл из оцепенения.
– Что… что это такое? – спросила она.
– Мы называем его Ковчегом, – ответила генерал-майор Ляо. – Это плавильный котел, в котором мы наблюдаем за творениями своих рук. Он чем-то напоминает учебный класс у вас в центре изучения приматов.
Мария не желала принимать такое сравнение. Она тряхнула головой, стараясь прогнать отвращение:
– Это же гориллы…
– Гибриды, – поправила Чжайинь, хотя в этом не было необходимости.
Молодая исследовательница уже поняла, что перед ней были не обыкновенные обезьяны. Она вспомнила здоровенный череп доисторической гориллы Gigantopithecus blacki и поняла, что эти создания размерами и внешним видом соответствовали тому вымершему виду. Однако девушке было ясно, что речь шла не просто об искусственно воссозданных особях древнего вида.
Неожиданно заговорил Арно, давая ей возможность прийти в себя:
– Могу только предположить, что для того, чтобы создать эти существа, вам пришлось соединить ДНК того Meganthropus, которого вы нам показывали, с ДНК гориллы.
Чжайинь склонила голову, подтверждая справедливость его слов.
– Для достижения этой цели мы использовали различные технологии, на протяжении нескольких лет оттачивая их до совершенства методом проб и ошибок. В конце концов мы применили методы, разработанные сестрами Крэндолл, что значительно ускорило нашу программу. Но если Мария и ее сестра для создания своего гибрида извлекли ДНК неандертальца, то мы восстановили последовательность генов из костей Meganthropus. – Она махнула рукой в сторону окна. – И все же мы, как и сестры Крэндолл, предпочли в качестве первой модели использовать горилл. Как мы и надеялись, результаты оказались поразительными. Даже мускулатура этих существ оказалась невероятно мощной: она
Дыхание Марии участилось от охватившего ее ужаса. У нее в голове звучали холодные слова генерал-майора: «Мы применили методы, разработанные сестрами Крэндолл».
Она перевела взгляд на огромного самца с серебристой грудью. Тот склонился над своей добычей и поднял кусок мяса – похоже, это была печень, – после чего поднес его ко рту и жадно вцепился в него зубами.
«Что мы наделали?!» – в ужасе спрашивала себя Мария.
– Разумеется, перед тем как перейти к опытам на людях, – продолжала Чжайинь, – нам предстоит решить несколько ключевых моментов.
– Каких моментов? – вопросительно посмотрела на нее Крэндолл.
– Эти звери оказались гораздо более свирепыми по сравнению с обыкновенными гориллами. Нередко они пожирают друг друга, если мы не обеспечиваем их достаточным количеством еды.
Мария вспомнила о том, что только что слышала про племена Meganthropus: про то, как эти гиганты охотились на первобытных людей, а также на своих сородичей. Судя по всему, китайские генетики передали этим гибридам не только силу этого вымершего вида, но и его каннибальскую жестокость.
Чжайинь устремила на Марию взгляд своих холодных глаз.
– Вот почему нам нужна ваша помощь. Чтобы найти способ уравновесить то, чего мы достигли здесь, с высоким разумом, которым вы наделили своего подопытного.
Крэндолл представила себе добрейшую душу Баако. Ну как можно «уравновесить» это милое создание с тем, что разгуливает по окровавленным просторам Ковчега?!
– Для того чтобы осуществить то, что вы просите, – высказала молодая исследовательница свои мысли вслух, – придется перебрать сотни переменных величин, не говоря уже о несчетном числе эпигенетических факторов, которые могут еще больше усложнить вопрос. Потребуются десятилетия проб и ошибок, чтобы достигнуть этой цели, – если это вообще осуществимо.