Чтение онлайн

Оставшись перед выбором, Агерзот, не колеблясь, сказал, что будет дежурным матросом хоть всю оставшуюся жизнь только ради того, чтобы не доставить боцману такого удовольствия. Мне же он сказал, чтобы я ни в коем случае не подумал, что он струсил и побоялся ударов кнутом. Хлопнув себя кулаком в грудь, добавил, что выдержал бы и сто ударов, а чтобы сломать ему спину – боцману пришлось бы бить по ней молотом. Когда он выходил из каюты, я посмотрел на его широкие плечи, бычью шею и могучую спину. Если он и преувеличивал, то самую малость.

Вернувшись вечером, он, как и обещал, принёс кое-что любопытное. Освободив ящик, использовавшийся как стол от посуды, дежурный матрос положил на него небольшую коробочку. Приблизив её к свече, можно было рассмотреть, что она выполнена из дерева с вырезанными на ней для красоты узорами. По размеру её можно было сравнить с двумя спичечными коробками, поставленными друг на друга.

Видя моё нетерпение поскорее заглянуть внутрь, Агерзот, придерживая её большим и указательным пальцем в одной руке, другой аккуратно снял крышку. На дне коробочки лежало какое-то насекомое. Присмотревшись, я определил, что это был паук. Примерно трёх сантиметров в длину, с поджатыми лапками. Но что-то в этом пауке мне казалось необычным. Я попросил моего знакомого потрудиться объяснить, что это такое.

Матрос вытащил свой небольшой хозяйственный нож с загнутым в виде полумесяца лезвием и сделал знак дать ему мою руку. Увидев, что он собирается её порезать, я отдёрнул её и с удивлением посмотрел на него. Тот небрежно махнул рукой и, поднеся нож к своей тыльной стороне ладони, сделал довольно ощутимый порез. После чего положил руку на стол рядом с коробочкой. Кровь из раны, скопившаяся на поверхности, стала стекать на стол.

Через несколько секунд паук в коробочке ожил, расправил лапки и быстро пополз в направлении повреждённой руки. Пробежав расстояние, разделяющее его коробку и руку, он забрался вверх, к ране и начал совершать там какие-то непонятные манипуляции. Через минуту он остановился, и я смог заметить, что в нём было такого необычного. Чтобы ещё более внимательно его рассмотреть, я взял подсвечник с горящей в нём свечой и поднёс ближе.

Тело у паука было таким, как и у обычного насекомого, а вот лапки – стальные и тонкие, как иглы. Голова была, по всей видимости, из какого-то металла желтоватого цвета, сам же паук имел чёрный цвет.

Ещё через несколько мгновений паук сполз по руке вниз и вернулся к себе в коробочку, где принял изначальный вид с поджатыми лапками. Переведя взгляд с паука на руку с раной, я наклонился посмотреть, что он там делал. Когда я понял, в чём суть, – моему удивлению не было предела. Режущая рана была аккуратно зашита тонкой нитью. Этот наполовину механический паук каким-то непостижимым образом с ювелирной точностью заштопал место разреза, орудуя своими иголками-лапами.

Агерзот сидел с улыбкой на лице и был явно доволен впечатлением, которое на меня произвёл паук. Затем, видя, что я жду от него подробностей, закрыл коробочку и, убрав в карман, объяснил, что это такое.

Этот полумеханический паук был одним из инструментов жреца-хирурга. Такие предметы были весьма редкие и достаточно дорогие. Паук работал исключительно с небольшими режущими и колотыми ранами. Зашивал их и впрыскивал что-то обеззараживающее, может быть, даже некий антибиотик. Больше он ничего делать не умел. Мне стало интересно, и я спросил, что будет, если у него закончится нить. Дежурный матрос ответил, что это невозможно, так как она вырабатывается в брюшке паука и при необходимости восполняется. Конечно, её количество ограничено изначально, до следующего восполнения должно пройти некоторое время, поэтому этот экземпляр работает с маленькими ранами. Хотя сам Агерзот видел больших пауков, величиной с крупных крабов, которые работают уже с гораздо большими размерами повреждений. Например, с серьёзными рублеными ранами, откуда они даже могут извлекать осколки костей.

Представляю, чем может удивить меня корабельный жрец, раз тут у простого матроса такие интересные вещицы. Дежурный матрос сказал, что это его личный паук и он не брал его у жреца. Ему подарили его на острове Метеора, в одном из самых загадочных мест, где находится самая влиятельная и могущественная гильдия жрецов, называемая Братство Метеора.

Всеми этими рассказами и демонстрациями технологий этого мира он меня очень заинтересовал, и я с надеждой попросил рассказать подробнее об этом острове и его обитателях. Агерзот умел интриговать и пообещал, что завтра он мне про него расскажет. Затем, собрав пустую посуду, привычным боковым движением протиснулся в проём входной двери и закрыл её за собой.

Тут определённо было о чём поразмышлять. Эта эпоха, хоть она и зависла где-то в веке парусных кораблей и средневековой жестокости, вызывала восхищение некоторыми технологиями. Думается, что ещё не раз я буду удивлён чудесами этого мира. Естественно, что это только для меня они таковыми являются, для всех остальных это обыденно и в порядке вещей. Но хотел бы я сейчас показать Агерзоту, например, телевизор и посмотреть на его удивление.

История, которую мне сегодня рассказал Агерзот про остров Метеора и о его жителях, показалась мне очень интересной. Причём настолько, что я даже спросил, будет ли у нас возможность его посетить. На что мой знакомый ответил отрицательно, сказав, что для того, чтобы туда попасть, нам придётся отклониться от курса, но не факт, что даже тогда получится его отыскать. Ну и отклонение от маршрута не входит в планы капитана, который сегодня в очередной раз не удостоил меня приглашением на беседу. Возможно, завтра он вспомнит обо мне – и я выйду из этой надоевшей мне каюты. Хотелось уже размяться, походить по кораблю, порадовать глаза дневным светом и видом бескрайнего горизонта. А пока я буду размышлять над тем, что мне поведал дежурный матрос.

Когда-то очень давно это был ничем не примечательный остров. Но однажды в небе появился огромный метеорит. С большой скоростью он стал падать на практически необитаемый в то время остров. По всем законам физики при столкновении с землёй от острова ничего бы не осталось. Более того – там бы могла появиться впадина, а волны, образовав цунами, обрушились бы на побережья. Однако ничего подобного не произошло. Метеорит упал в центр острова, образовав очень глубокую воронку. Впоследствии на этом месте был построен огромный храм, а те немногие люди, что находились там в момент падения, стали замечать за собой необычайные способности. Именно ими и было организовано Братство Метеора.

После удара с острова исчезла вся растительность, и сейчас это скалистый клочок суши с каменистой почвой, простирающейся на несколько километров в длину и ширину. По краям со всех сторон остров окружён отвесными скалами, и попасть на него можно лишь через узкий скалистый пролив, ведущий в небольшую бухту.

Помимо храма, в центре острова располагается довольно большое поселение – с торговыми лавками, таверной, домами местных жителей и разнообразными мастерскими. Стоит заметить, что там никогда не бывает солнечной погоды. Мрачная, своя атмосфера и такие же мрачные и загадочные жители. Впрочем, все они достаточно дружелюбны к гостям, иногда заходящим на кораблях в их бухту. Так как на острове нет растительности, они с удовольствием выменивают у тех различные пряности и специи. Взамен они предлагают товары собственного производства. Это могут быть уникальные предметы, которые больше нигде в мире не удастся найти. Жители и жрецы постоянно что-то разрабатывают, проектируют, ставят эксперименты.

Тут Агерзот напомнил мне про паука. Ему подарили его именно там. Местный жрец, выходящий из мастерской, запнулся и, падая, чуть было не проломил себе голову, но мой знакомый успел его подхватить – и тот удержал равновесие, хотя при этом и поцарапал руку Агерзота своими длинными, похожими на орлиные когтями. Жрец остался благодарен и, засунув руку в карман, выудил из него коробочку, где покоился паук, сшивающий раны.

Подобная вещица была одной из многих сотен интереснейших и полезных предметов, изготавливаемых на этом острове по технологиям и с применением умений, которые держались в строжайшем секрете. Местные жители хоть и радушно встречали купцов, прибывающих к ним с торговыми миссиями, ко всем остальным относились с подозрением. Помимо того, что остров был надёжно защищён со всех сторон скалами, он ко всему прочему скрывался в плотном тумане, поэтому найти его было крайне проблематично. Туман окутывал его на многие мили, и только тем, кого хотели видеть жители, давался сигнал с острова. Мощный луч с маяка пробивал толщу тумана и указывал, в каком направлении двигаться кораблю. Каким-то образом им было известно о всех кораблях, рыщущих в тумане, и они сами принимали решения, кого впустить на остров, а кого нет.