Кот, который знает всё… О чуде исцеления души и тела, доступном каждому
Шрифт:
Но мудрая Вселенная, этот единый организм, не может позволить, чтобы один человек со злокачественным мировоззрением уничтожил всю Вселенную. Поэтому существование такого человека должно быть прекращено, – продолжил Вал Син.
– Я что, раковая клетка?! – начала обижаться на старцев Даша, но, взглянув на экран, решила не продолжать.
На экране Даша, нацелив себе кинжал в живот, задумалась и вдруг резко отбросила его в сторону.
– Я сделала это! Я не обиделась! – сказала она, и все радостно загомонили.
Вдруг до Даши дошло:
– Получается, что и кошка, и французский бульдожка умерли от рака, отведя вначале заболевание от меня?!
– Да, Дашенька, – только и произнесли мудрецы.
– Удивительно! Имеем высшее медицинское образование, и ничего про это не знали, – посетовала Мария Петровна.
Валентин Владимирович тяжело вздохнул:
– Семьдесят лет утверждения материализма поработило наше сознание, и мы даже не подозревали, что есть альтернатива Советской Медицине.
Глава 26. Секрет выздоровления Даши
– Итак, наша драгоценная Даша, чем вызвано твоё заболевание, точнее, чем ты создала своё заболевание, ты знаешь. Теперь второй вопрос – для чего появилась твоя опухоль? – продолжил спрашивать Дашку Вал Син.
Даша уже не возмущалась: «Не знаю!»
Она задумалась и довольно быстро ответила, что опухоль ей дана для осознания своих страхов и избавления от них, спокойной и радостной жизни в своей любимой семье. Старцы были удовлетворены ответом Даши.
– Ну и третий вопрос: каковы пути выхода из этой ситуации?
Дашка задумалась и неторопливо произнесла:
– Мне нужно:
1) найти себе интересное занятие!
2) быть благодарной миру за то, что у меня есть!
3) простить бабушку!!! Простить родителей!!!
4) ездить на метро и кататься в лифтах!
С этими словами она выбежала на лестницу, и все услышали звук закрывающейся лифтовой двери…
Прибежав минут через десять, Дашка радостно кричала: «Ура! Я каталась на лифте – на шестой этаж и вниз!»
– Невероятно, – только и мог произнести Серёга. – Одна… На лифте… Невероятно…
– Дашка, а, может быть, не говорить «мне нужно», а сказать «я собираюсь»? Помнишь, из второго письма? – тихо предложила Маруся.
– Точно! – обрадовалась Дашка. – Я собираюсь:
1) найти себе интересное занятие;
2) я собираюсь быть благодарной всему миру за то, что у меня есть;
3) я собираюсь простить бабушку! Простить родителей!
4) я собираюсь ездить на метро и кататься в лифтах, – уверенно проговорила Даша и снова удрала кататься на лифте.
В беседу вступил мудрец с коротко стриженными волосами:
– Ну и напоследок мы вам продиктуем текст прощения. Его желательно проговаривать себе и всем людям, на которых вы обижались когда-либо или обижаетесь сейчас. Причём, чем больше обида, тем дольше следует читать прощение. Читать до тех пор, пока, мысленно или наяву, не сможете искренне обнять и простить обидчика. Итак…
Даже если вам кажется, что вы на себя не обижаетесь, себе читать обязательно!
С любовью и благодарностью я прощаю себя и принимаю себя такой (таким) какая (какой) я есть.
Я прошу у себя прощения за мысли, эмоции, поступки по отношению к себе.
С любовью и благодарностью я прощаю себя!
С любовью и благодарностью я прощаю маму и принимаю её такой, какая она есть.
Я прошу у неё прощения за мысли, эмоции, поступки по отношению к ней.
С любовью и благодарностью мама прощает меня!
С любовью и благодарностью я прощаю папу и принимаю его таким, какой он есть.
Я прошу у него прощения за мысли, эмоции, поступки по отношению к нему.
С любовью и благодарностью папа прощает меня!
С любовью и благодарностью я прощаю (имя) и принимаю её такой, какая она есть. Я прошу у неё прощения за мысли, эмоции, поступки по отношению к ней. С любовью и благодарностью (имя) прощает меня!
С любовью и благодарностью я прощаю (имя) и принимаю его таким, какой он есть. Я прошу у него прощения за мысли, эмоции, поступки по отношению к нему. С любовью и благодарностью (имя) прощает меня!
– А теперь поезжайте на дачу и забирайте Кота, – с этими словами мудрецы подождали, пока друзья выйдут из комнаты, и «удалились».
Глава 27. Кот. Письмо Луизы
Кот стёр все лапы, пробираясь вдоль дорог. Никогда он не питался так плохо! Овсяная каша, которую когда-то он ел с оскорблённым видом, теперь казалась ему деликатесом по сравнению с дохлой лягушкой на обочине. На бензоколонке он нашёл чью-то миску с молоком и с удовольствием вылакал всё до последней капельки.
Дорога казалась бесконечной, но он шёл и шёл, твёрдо удерживая направление. Машины ехали бесконечной вереницей, из окон на кота смотрели с любопытством – надо же, кот, в ошейнике, сбежал от кого-то, что ли?
Ничего не хотелось Коту больше, чем добраться скорее до дачи. «Как дышать…» И вдруг он услышал знакомый голос! Машина с визгом остановилась у обочины, из неё выскочила мамина подруга и соседка по даче. Она бросилась к Коту: «Батюшки, Машкин пропавший Кот!!!» Кот узнал её и прыгнул ей на руки.
Сев в машину, они поехали на дачу, к которой Кот стремился уже несколько недель.
Устроив кота под крыльцом, Галка побежала звонить подруге с радостным известием. Себе в дом она взять его не могла. Баер – немецкая овчарка потрясающей красоты и доброты – был бы, мягко говоря, против. У Баера, или Барика, как его чаще всего называли, был один недостаток – он смертельно ненавидел котов любого пола и возраста. Когда соседи хотели над ним пошутить, они из-за забора тихо говорили «кс-кс», на что Барька отвечал заливистым лаем.
Когда Мария Петровна, Валентин Владимирович и Ванька приехали за Котом, тот с удовольствием уплетал овсяную кашу с молоком. Рядом с тарелкой лежала мышь, не подававшая признаков жизни. Кот, гордо посмотрев на хозяев, стал долизывать и гонять по крыльцу пустую миску.
– Да, искоренил все барские замашки, – многозначительно сказал папа. А мама и Ванька, несмотря на грязную морду в овсянке и задушенную мышь, выдирали друг у друга Кота и душили его в объятиях и поцелуях.
Поблагодарили друзей-соседей, забрали Кота и отвезли в город. Там помыли, просушили, расчесали, накормили и уложили в любимую корзинку. Большего счастья Кот не испытывал никогда. Он спал несколько суток, и домочадцы все по очереди подходили к нему и слушали – дышит ли он? Он даже не ел, ему было просто не открыть глаза.