Кот в яблоках с карамелью
Шрифт:
– Пусть немного отдохнет и схожу с ней через недельку на эту вечеринку.
– Я, пожалуй, с вами, – задумчиво произнес старший. Анрэ и Дахар переглянулись, но промолчали. Кира сидела в своей комнате и задумчиво грызла карандаш, детская привычка. Потом перевернула лист и задумчиво начала рисовать, она не заметила, как за раздумьями прошла ночь и очнулась от какого то звона. Она отложила лист с уже расшифрованным текстом и, подойдя к окну, с легкостью распахнула створки. В комнату хлынула предутренняя прохлада и запахи сада, а еще откуда-то запах карамельных яблок, смешанный с ароматом корицы. Под окном обнаженные по пояс с тяжелыми мечами в руках упражнялись братья. Они были увлечены боем и не видели, как девушка наблюдала за ними, затаив дыхание.
Тагир вышел из своей ванной, успев надеть только легкие домашние брюки. Он не любил магическую сушку и поэтому голова была влажной, а по груди еще скатывались капли воды. Младший уже сидел в общей гостиной. Спальни и ванные у братьев были разные, а гостиная общая. Так они когда то решили. Именно в этот момент появилась Кирка. Она не знала, что спальня старшего выходит в ту же гостиную, влетела как вихрь и уткнулась в грудь выходящего Тагира. Она остолбенела, глядя на каплю воды, которая скатилась с волос старшего и медленно стекала по кубикам пресса, ниже и ниже.
– Прости, сдавленно произнесла девушка и залилась краской. Я принесла, вот и она показала лист с переводом.
– Пойдем скорее к отери, – схватив девушку за руку, младший потащил ее в коридор. Они выскочили из комнаты и понеслись по коридору. А вслед им раздался протяжный вздох и старший опять отправился под душ, теперь уже не прохладный, а ледяной. Через пять минут он уже одетый присоединился к остальным в кабинете Главы Совета стражей Дахара Рохана, своего отца. На пластинах было пророчество, миры ждала война, необходима была помощь двуипостасных или оборотней, как привыкли их называть в Межмирье.
Мужчины задумались. В кланах и родах оборотней не было мира. Они постоянно враждовали между собой. Черные волки против белых и барсов. Не вмешивались в конфликты только серебряные ирбисы, ушедшие далеко в горы, за ними ушли и драконы.
«Серебряные ирбисы приведут страну к миру и процветанию и не дадут погубить Межмирье. Верните принцессу серебряных», – гласило пророчество.
Девушка, видя, что за завтраком мужчины задумчивы и неразговорчивы, ушла к себе. Дахар, сославшись на совет, ушел в кабинет и долго задумчиво крутил в руках лист, принесенный техери, на оборотной стороне перевода карандашом был нарисован портрет его старшего сына. Он сделал магический список, а рисунок убрал в сейф.
Кира, напевая, занималась рукоделием, шила из лоскутков маленькие игрушки. Сейчас в ее руках рождался маленький жираф с тонкой длинной шеей. Азаэрта с улыбкой посматривала на девушку, которая слегка прикусив кончик языка, пришивала один лоскуток к другому. Откуда младший сын принес девушки лоскутки, она не знала, скорее всего, от сестры эльфа друга старшего сына. Анрэ и Алавритаэль выросли вместе, старшие часто присматривали за младшими, поэтому младшие всегда старались противостоять старшеньким сплоченным дуэтом. Девушка пришила рожки и хвостик. Мамэ смотрела на игрушку с интересом: Кто это? – с удивлением спросила она. Самое длинношеее животное моего мира. – с улыбкой ответила техери. – Жираф, это жираф, Мамэ, – радостно завопил Рева. – Кир, ну пожалуйста, можно я возьму его себе, ну пожалуйста. Он схватил девушку двумя руками за талию и закружил по комнате. И, конечно же, врезался в старшего брата, который входил в комнату со своим другом – красавцем вампиром. От неожиданности старший выхватил девушку из рук Ревы, и младший выпустил, зажав в руках игрушку.
– Какая занятная жирафа, – усмехнулся Мирандалас. А девушку можешь поставить. А то твой брат начнет ревновать.
– Это его техери, – бросил старшенький и аккуратно поставил Киру почему-то на диван. Кира сделала шутливый реверанс. Мирандалас слегка поклонился, взял руку девушки и поднес к губам. Затем слегка прикоснулся и, придержав, помог спуститься с дивана.
– Вообще то мы за тобой, Кира. Появились новые пластины. Опять эта непонятная вязь и вдобавок переплетенная с языком вампиров, – оборвал переглядки Тагир.
Обед прошел быстро, сразу после ни слова не говоря, Тагир подхватил девушку на руки и они шагнули сразу в кабинет Верховного мага. Кира оглянулась. Кабинет поражал простотой обстановки. Девушке на мгновение показалось что мужчина, как и там, в комнате неохотно отпустил ее и поставил, правда, теперь на пол.
«Да, Верховный – явно аскет», – с уважением подумала девушка. Тагир сел во главе стола. В кабинет вошел Драхар и еще двое магов. «Здравствуй, доченька», – сказал отец и поцеловал смутившуюся Киру в макушку. «Верховный», – обратился один из вошедших мужчин к Тагиру и протянул ему пластину. «Вау», – чуть не вскрикнула девушка. «Отери возглавляет Совет стражей, а старшенький – Верховный маг, младший – Шагающий страж, мамэ – Чувствующая и читающая души, одна ты Кирка без талантов», – подумала девушка.
– Это ей, она у нас – Читающая пророчества, – и Верховный передал пластину. Пластина оказалась довольно тяжелой. И девушка ее чуть не уронила. Тагир положил пластину на стол и встал с кресла.
– Думаю ей нужно время. И пока все свободны. И сам вместе со всеми направился к выходу.
– Подожди, ты бы не мог дать мне словарь языка вампиров или хотя бы Мирана мне оставь. Брови Верховного поползли вверх.
– И с каких пор он позволил так себя называть?
– Перестань придираться, мне нравится, и я с удовольствием помогу, – весело отозвался вампир. Только кто ж ему позволит, Тагир заступил ему дорогу. Теперь брови удивленно поднялись у Мирандаласа. Верховный подошел к Кире и с полки, висящей позади нее, снял словарь, положил его на стол перед девушкой, а затем поправил прядь выбившуюся из косы.
– Так лучше? – спросил он.
–Да, – просто ответила девушка и уткнулась в надпись на пластине.
Примерно через час она разогнулась и слегка потянулась, пытаясь убрать боль в шее и спине. Но боль не проходила. В кабинет неслышно вошел Тагир и сразу подошел к столу, он легким пасом провел вдоль шеи и позвоночника девушки и боль прошла. Кира удивленно потянулась и замерла.
– И что у нас получилось? – наклоняясь над Кирой, спросил он. Девушка дернулась от звука его голоса и впечаталась затылком в подбородок мужчины, ахнули обои разом. Кира смущенно задрала голову:
– Извини.
– Ничего, сам виноват, – ответил он и легко провел по волосам девушки убирая боль.
– Смотри, что получилось, – она протянула исписанный лист. Встала со стула и отошла к окну. В окне отражались облака и, кажется, само мироздание. Яркая синь, вспышки молний и сполохи радуг.
В реальность ее вернул спор на повышенных тонах.
– Нет, она здесь ни причём, и я на это не пойду, – почти рычал Верховный маг. Не для того мой брат вынес ее из другого мира, чтобы подвергать ее опасности. Кира недоуменно посмотрела на отери. Он сидел в кресле и задумчиво молчал, молчал и Мирандалас. Девушка подошла к столу и взяла бумагу в руки.
«Отдайте руку Читающей пророчества вампиру, и пусть он введет ее в свой храм».
– Сын, – обратился к нему Дахар – его голос был очень похож на голос старшего сына, те же бархатные нотки, уверенность и твердость. – Это пророчество! Можем ли мы оспаривать его. Кирка вдруг испугалась, что сейчас эти два таких для нее дорогих и родных человека поссорятся и вдруг поняла, что действительно они ей очень дороги: и мамэ, и сатар, и отери и даже этот несносный Тагир. Нет, он для нее не несносный, а любимый. Глядя на него она это сейчас поняла точно. А за родных и любимых она была готова на все, она ведь имела обостренное чувство ответственности. Не осознавая до конца что делает, она протянула руку Мирану и сказала коротко: «Веди».