Чтение онлайн

Кавалеристы быстро выводили из вагонов коней, быстро строились. Утро вставало цветистое, росное. Чуть брезжило, когда бригада тронулась в путь, в село Медное, где она должна была расположиться. Все с любопытством озирали окрестности. Красивые это были места. Утренняя прохлада бодрила и радовала. После вагонов, грохота колес, железнодорожной сутолоки тишина полей и лесов в этот утренний час казалась особенно величественной. Вершины золотистых сосен переглядывались с утренним солнцем, только-только поднимающимся из-за горизонта. Березы стряхивали со своих ветвей росу. Осины мелко трепетали. Птицы, стрекозы — весь лесной мир пением, щебетанием, жужжанием, трепетом крыльев встречал наступающий день. Пестрели ромашки у дороги. Пахло мятой, лесной свежестью, медовой кашкой, полевыми цветами.

Кавалерия двигалась по проселочной дороге. Миновали спящие, безмолвные села. Одиноко, хрипло перекликались петухи. Около болота, поросшего кочками, одуряюще пахнущего тиной, загремели выстрелы.

— Встречают! — усмехнулся Котовский.

Бригада даже не изменила строя. Был выслан взвод. Осмотрели кустарники, захватили человек двадцать — двадцать пять бандитов с обрезами. Угрюмо смотрели они на красивое, стройное движение коней, на спокойную силу, на загорелые, мужественные лица кавалеристов.

Бригада двигалась дальше. Солнце поднялось над лесом и крепко припекало. На Тамбовщине устанавливалось жаркое, сухое лето.

Сделали привал. Выкупали коней в прозрачной, с песчаным дном и отмелями безымянной речушке. К вечеру показались вдали скирды соломы, заборы из наискось положенных жердей.

Медное! Но что за странная тишина? Почему такое безмолвие? На широкой улице ни души. Никого у колодца. Никто не хлопочет около хлевов, никто не сидит на завалинках. Все село как вымерло. Ни мычания коров, ни домашней птицы, даже собаки не лают.

— В чем дело? Куда девался народ? — удивился Котовский. — Ну-ка, Белоусов, ну-ка, Марков, выясните, что там произошло.

Марков и Белоусов быстро вернулись.

— Два дня назад, — докладывал Марков, — все село выпорото. Не хотели вступать в армию Антонова. Вот и угостили их, а чтобы впредь было неповадно — угнали из села скот, забрали кур и гусей, перестреляли собак, убили местного учителя, у которого нашли портрет Ленина…

Молча слушали котовцы рассказ Маркова. Вот они — все прелести этой самой «свободной торговли»! Вот какую жизнь готовят крестьянам эти обер-бандиты!

— С разоблачения их мы и начнем! — говорит комиссар Борисов.

— Сколько же ударов получили мужики за неповиновение?

— От сорока до восьмидесяти, — сообщил Белоусов. — Двоих даже отправили на тот свет. А затем почти все население ушло — ушло куда глаза глядят, ушло искать правды на земле, ушло, чтобы снова не попасть в руки бандитам.

— И лошадей у них бандиты отобрали? — спросил, помолчав, Котовский.

— Всех до единой!

— Ничего. Вот отобьем у противника… Лошадей мы дадим. И мужички далеко, поди, не ушли. Вернутся.

И началась боевая жизнь бригады. Ежедневные стычки, почти ежедневные бои.

Южнее Большой Сосновки, не отвечая на выстрелы, бросились в атаку и гнали бандитов до самого леса. Отобранных у бандитов лошадей возвращали населению. Недалеко от Тамбова гнали Восьмой и Пятнадцатый повстанческие полки.

Обнаружили в овраге, близ одного хутора, около сотни антоновской кавалерии. Бандитов ликвидировали.

Разбили Шестнадцатый повстанческий полк, захватили штаб, оперативные документы.

Каждый день приносил что-нибудь новое.

Сводный отряд под командой Криворучко ворвался в село Покровское без единого выстрела, захватил там нескольких бандитов, получил от них сведения, что в Шереметьевке находится группа Селянского в тысячу конных. Сводный отряд атаковал банду. В течение дня было уничтожено свыше семисот человек.

Самое крупное соединение — Вторая армия. Ее возглавлял сам Антонов. Частям кавбригады Котовского приданы курсанты школы ВЧК. Вторую армию взяли в кольцо. Антонов пытался выбраться из окружения. У села Бакуры наш автоотряд отрезал бандитам путь к отступлению. Антоновские банды вынуждены были принять бой, причем потеряли почти все пулеметы, около восьмисот лошадей и девятьсот человек убитыми и ранеными.

Уцелевшая часть Второй армии пробилась в Кирсановский уезд. Здесь их опять настигли. Понеся большие потери, бандиты скрылись в Шибряевском лесу. Ночью разразилась гроза, хлынул ливень. Это помогло ускользнуть группе антоновцев, но вскоре и они были настигнуты.

Под Бакурами убит соратник Антонова Богуславский. Антонов ранен. Исчез, как канул на дно. Однако позднее все-таки был обнаружен.

Их было два брата — Александр и Дмитрий. Увидев, что все их планы рухнули, а из восстания ничего не получилось, Антоновы решили спрятаться в Борисоглебском уезде, в селе Верхний Шибряк. Напрасно они надеялись на расположение к ним крестьян. Крестьяне сообщили о них. Их окружили в доме, где они укрывались. Братья Антоновы отстреливались и были во время перестрелки убиты.

Можно бы считать, что это конец всей эсеровской авантюры, если бы не банды, укрывшиеся в лесах, все еще верившие в какое-то чудо, в помощь или с Дона, или хотя бы от бродивших где-то поблизости мелких банд.

В жаркий, июльский полдень прискакал в штаб бригады Котовского всадник. Конь его был весь в мыле, да и седок, видимо, устал. Вся спина его гимнастерки потемнела от пота, а лицо было странно загримировано дорожной пылью, осевшей вокруг глаз, около ушей.

Он спрыгнул с коня, привязал его к перилам крылечка и направился в штаб. Не сразу смог заговорить, так запорошило ему глаза и горло горячей пылью. Молча протянул пакет, на пакете было написано: «Аллюр 3».

Котовский вскрыл пакет. Это был приказ начальника шестого боевого участка: явиться к шестнадцати часам комбригу Котовскому, выслать кавалерийский дивизион.

— Разрешите напиться, — промолвил наконец связной.

Он увидел на лавке кадочку со студеной, колодезной водой и не мог оторваться от этого дивного видения.

Котовский и комиссар Борисов тотчас стали собираться в путь. Была вызвана машина. Хотя и не так далеко до Инжавина, куда вызывали, но всегда в дороге может оказаться непредвиденная задержка: мимолетная стычка, перестрелка, вылазка врага.

Так оно и получилось: под Серебрянкой, примерно на половине пути, машину обстреляли засевшие за скирдой соломы бандиты. Две пули попали в кузов. В машине стоял наготове пулемет. Несколько коротких пулеметных очередей — и скирда замолчала. Некогда было искать этих разбойников.