Чтение онлайн

Он проиграл.

Бакстер выбежала обратно на платформу и посмотрела на море людей, пытавшихся пробиться к выходу. Страх охватил толпу со скоростью раздуваемого ветром огня: каждый впал в панику, руководствуясь лишь инстинктом самосохранения, и никто не замечал, к сколь губительным последствиям приводят их собственные действия…

Никто… за исключением одного-единственного человека.

Когда человеческая масса неуверенно двинулась вперед, Бакстер увидела его в дальнем конце платформы. В отличие от всех остальных, он смотрел не наверх, где было спасение, а на поезд и полицейских, пытавшихся найти выживших.

Их глаза встретились.

Это был Китон.

Эмили узнала его не по фотографии, а по шраму в форме ключа на щеке, оставшемуся после того, как она, тогда еще не зная, кто перед ней, вступила с ним в схватку в Бруклине, где прятался Филлип Ист.

Бакстер открыла рот, чтобы сообщить о его местонахождении.

И тут он пропал, поглощенный нахлынувшей на него толпой.

— Третья группа: продолжать поиск, — приказал в наушнике голос Бакстер, возвращая Руша к жизни, — первая и вторая группы: ваша цель — Лукас Китон. Его нельзя выпускать со станции.

Для слабеющего тела Руша это имя прозвучало выплеском адреналина, который приглушил боль в достаточной степени для того, чтобы он мог вытащить придавленную тяжеленным телом руку и схватиться пальцами за торчавший из пола вагона поручень. Чувствуя, что в груди что-то трещит и рвется от напряжения, Дамьен стиснул зубы, сделал усилие, спихнул с себя безвольный труп и, агонизируя в эйфории, глотнул воздуха.

Лежавшая на полу женщина в наручниках не пережила эвакуации, превратившейся в паническое бегство.

Руш поднял табельное оружие и с трудом встал на ноги, задыхаясь от усилий, которые потребовались, чтобы добиться столь незначительного успеха.

Потом устремил вверх взор и кивнул.

Нет, он не проиграл.

И оказался как раз там, где надо.

Вторник, 22 декабря 2015 года,

5 часов 4 минуты дня

— Полиция! С дороги! — заорала Бакстер, вглядываясь в толпу, медленно, сантиметр за сантиметром, продвигавшуюся к заблокированному выходу, и выискивая в ней Китона.

Она увидела его буквально через мгновение. Он был уже у подножия лестницы и беспокойно оглядывался, высматривая, в свою очередь, ее.

Когда он стал медленно подниматься по ступеням, она увидела у него в руках какой-то предмет.

— Следите за Китоном! — крикнула она в рацию. — Он поднимается по переходу на линию Бейкерлу. Обратите внимание: у подозреваемого в руках какой-то предмет. Будем считать его детонатором — пока не подтвердим обратное.

Перед Бакстер образовался проход. Она рванулась вперед и за каких-то пару секунд преодолела сразу несколько метров.

— Разоружить всеми доступными средствами.

— Бакстер, вы меня слышите? — прохрипел Руш, поднимаясь по аварийной лестнице в дальнем конце платформы, но ответом ему был только скрежет, издаваемый его собственным сломанным микрофоном.

Прислушиваясь к переговорам групп, Дамьен присоединился к массе, рвавшейся как можно быстрее оказаться на свежем воздухе. Держась за раненое плечо, он двинулся против течения к истокам этой нескончаемой человеческой реки.

В ухе оглушительно затрещали помехи.

Через секунду Руш увидел впереди на полу темный силуэт и разглядел за стеной быстро мелькавших ног полицейского в бронежилете, лежавшего лицом вниз у вершины ленты эскалатора.

— Черт!

Он оглянулся на море людей, растекавшееся по всем имеющимся выходам.

Получив немного больше пространства для маневра, пассажиры теперь шагом двигались в ожидавшую их ночь.

Время было на исходе.

Руш наугад врезался в толпу и стал прокладывать путь, отчаянно пытаясь отыскать Китона.

— Ранен полицейский! Ранен полицейский! Наверху у эскалатора Бакерлу, — сообщила по рации Бакстер. Щупая его пульс, она осознала, что это был специальный агент Чейз.

Пульса не было.

У каждого из выходов одиноко маячил агент ФБР, пытавшийся решить непосильную задачу и вычленить из армии двигавшихся ему навстречу людей одно-единственное лицо. Персонал лондонской подземки, со своей стороны, сдерживал натиск недовольных пассажиров у входа на станцию.

Из сотен тех, кто торопился оказаться отсюда как можно дальше, на Эмили оглянулся только один.

— Китон в десяти метрах от выхода 3! — сообщила она членам своей команды. — Не… дайте… ему… уйти!

Она стала проталкиваться дальше вперед и испытала чувство огромного облегчения, увидев, что за рядом открытых турникетов к Китону кратчайшим путем пробивается Руш.

— Руш! — позвала она.

Но он был слишком далеко, чтобы ее услышать.

Руш заметил человека со шрамом на щеке, каждые пару секунд оглядывавшегося назад.

А тот его не заметил.

Следуя вывескам, указывающим выходы на Риджент-стрит, Сент-Джеймс и Эрос, Дамьен был от него всего в нескольких метрах, когда толпа хлынула через выход на улицу в набиравший силу буран.

— Китон! — показал на него Руш и даже попытался крикнуть, но его хриплый шепот так и не достиг цели. — Это Китон!

Агент ФБР его не услышал — в отличие от самого Китона, который опять оглянулся посмотреть, далеко ли преследователи.

Китон опустил голову, прошел всего в нескольких дюймах от агента, вышел в стылую ночь и тут же побежал. Руш увидел в его руке какой-то черный предмет.

Руш поднялся по ступеням и смешался с хаотичной массой народа. На фоне культовых неоновых огней выделялись силуэтом металлические крылья Антероса. Выплеснувшись на улицу, эвакуированные полностью парализовали уличное движение — огни машин тянулись во все стороны, насколько хватало глаз.

С беззвездного неба без конца сыпался снег, голубоватый от мигалок экстренных служб. Холодный воздух обжег Рушу грудь. Он резко, мучительно кашлянул, увидел на руке несколько водянистых капелек крови и в этот момент заметил Китона, бежавшего по Риджент-стрит в юго-восточном направлении.

Руш бросился за ним по заполненной народом мостовой, лавируя между огромными куртками и тяжелыми пакетами с покупками. Из его рукава стекала тоненькая струйка крови, оставлявшая на снегу извилистый след, будто специально для Бакстер.