Чтение онлайн

Один кочевник, правда, успел даже развернуться и выстрелить, пули выбили каменную крошку из скалы рядом с Азизом. Тот захохотал, высунув толстый и широкий как лопата язык, дернул ствол пулемета чуть вбок и вверх, и пули буквально разрезали на две части тело шустрого сына степей.

Снова заговорили винтовки стрелков, перемежающиеся азартными выкриками:

– Раз!

– Два!

«Банг». «Банг». А это уже винтовки моих девочек.

Я глянул на Марику, та оторвалась от оптики и подмигнула мне. То же самое сделала и Настя.

– Хорошо сработано, подруга, – крикнула Марика Насте, и девчонки хлопнули ладонью о ладонь. – Не успел смыться.

Надо же, дублем Асланбека отработали. Ну вот и все, одной проблемой меньше. И концы в воду, поскольку в эдаком месиве выяснить, кто кого убил, просто нереально.

Впрочем, я не думаю, что в этой мясорубке вообще кто-то из орды уцелеет. Десятка два-три наиболее везучих и умных воинов, да и то случайно.

– Подтверждаю, – сообщил Голд мне на ухо. – Обе пули в цель, я видел, как его тело истаяло. Еще бы чуть-чуть – и улизнул, я даже начал напрягаться. Хитрый, сразу все понял.

– День задался, – ответил ему я и отнял у него бинокль.

– Бойня. – Голд вздохнул, отдавая оптический прибор, и приложил руку ко лбу. – Апофеоз войны.

Да, именно бойня, по-другому это было трудно назвать. Единого войска Предвечной степи больше не существовало, остатки его все-таки начали улепетывать во все стороны, поняв, что победить в этой битве невозможно. Багги атомщиков азартно гоняли людей как зайцев, а пулеметчики расстреливали их в спины.

Кстати, без потерь у людей из-за горы все-таки не обошлось. Одна машина просто стояла на месте, ствол пулемета был задран в небо, как видно – ни вести ее, ни стрелять было некому, другая вовсе перевернулась, причем ее колеса продолжали вращаться.

Еще один багги горел как свечка – как видно, шальная пуля ударила в бензобак. Вот ведь, я даже взрыва не услышал, наверняка ведь бахнуло неслабо. Я так понимаю, все стволы достались тем воинам, что мы уничтожили, у основной рати только луки были. Случись наоборот – сгоревших машин могло быть куда больше.

– Тринадцать, – деловито сообщил Стив, вбивая в оружие новую обойму. – Надо заканчивать, патроны жалко на это отребье тратить. Оставшихся и без нас добьют.

– Одиннадцать, – со вздохом сообщил Майки, но тут же задорно спросил, несомненно обращаясь к Марике: – Мэм, а сколько у вас?

– Еще раз назовешь меня «мэм», мальчик, – и я доведу свой сегодняшний счет до пятнадцати покойников. – Марика сделала очередной выстрел.

– Вот так, парни. – Рич тоже сменил обойму и встал с камней. – Я всегда говорил: вас даже девчонка уделает. Она вас и уделала. Мисс, «девчонка» в данном случае не оскорбление. Не хочу быть шестнадцатым, не люблю это число.

– Семнадцатым, – лукаво произнесла Марика, задержала дыхание и нажала на спусковой крючок. – И то, пора заканчивать. Настя, отбой. Вон они как припустили, скоро до горизонта добегут. Чего палить понапрасну?

– Ага. – Настя выстрелила и вздохнула. – У меня шесть. Расстояние большое, и мишени движущиеся. Опыта пока не хватает.

– Опыт – дело наживное. – Марика обняла ее за плечи и прижала к себе. – Шесть – хороший показатель. Руки не трясутся, дыхание ровное, нацеленность на результат есть. Быть тебе хорошим снайпером.

Все как всегда. Марика после того, как кого-нибудь убьет, всегда добреет.

– Рик, такой вопрос. – Я решил ковать железо, пока горячо. – Оружие, что осталось от тех орлов, которых мы покрошили, наше? Или эту тему надо проговаривать не с тобой, а с кем-то другим?

С одной стороны, трофей всегда принадлежит тому, кто его добыл. С другой – это не наша война, мы здесь приглашенные гости. Плюс мне хотелось понять: этот Рик – он кто? Держится он по крайней мере очень уверенно. Есть у него право принятия решения или нет?

– Да сколько там исправных стволов осталось-то? – вместо Рика ответил Стив. – Слишком уж лихо ваш черный парень долбил из своего пулемета, наверняка большинство повредил.

– Сколько ни есть, а нам пригодятся, – рачительно заметил я. – Исправные – заберем. Неисправные… Тоже пригодятся.

– А вы хозяйственные ребята. – Рич хлопнул меня по плечу. – Хотя так и надо. Что до трофеев – не думаю, что Адамс будет против. Да и потом – помогли вы нам изрядно. Думаю, что финал был бы тот же, но если бы три десятка автоматов ударили в спину нашим парням, потерь было бы больше. Да и нам могло бы не поздоровиться.

Значит, этот парень не из верхушки, но приближен к ней. Буду иметь в виду.

Собственно, на этом все и закончилось, шоу оказалось красочным, но недолгим. Верный расчет, двигатели внутреннего сгорания и многозарядное оружие победили отвагу и идею, по крайней мере на этот раз. Поле битвы опустело, только ветер разносил по нему обрывки ткани, оставшейся от пестрых халатов степняков. Десятка два атомщиков, вылезших из своих багги, ходили и добивали тех, кому не повезло дважды, – они не успели убежать и не сумели быстро умереть.

Впрочем, часть машин еще не вернулась, они до сих пор преследовали беглецов, судя по отдаленной стрельбе. Тут уже не было тактики и стратегии, ребята просто развлекались. А может, и сводили счеты – Мэнси я не видел, но не сомневался, что он был в одном из багги. И скажу вам так – я его понимаю. Все по-честному – сначала его гоняли по степи, теперь он платит той же монетой.

Мы спустились со скалы, которая за это время стала нам почти родной, за нами последовали и атомщики, правда, не все – Майки оставили на скале, присматривать за винтовками как самого молодого.

– А вот мне интересно, – сказал Рич, спрыгивая на землю. – Так оно везде? В смысле, весь этот мир воюет?

– Не думаю. – Стив глянул на нас. – Вон люди, им эта война даром не нужна. Сват, я не ошибаюсь?

– Совершенно не ошибаешься, – подтвердил я, подавая знак Джебе и Тору проверить место засады. – Война – двигатель прогресса, производства и металлургии, но могильщик торговли. То есть оптовую торговлю она движет, а розничную гробит. А у нас как раз последняя, не дотягиваем мы до опта пока. Да и потом, война – дело затратное, сами знаете.

Живых мои ребята не обнаружили, они перебили всех. Оказался прав и Стив – вооружению степняков изрядно досталось. Из двух с половиной десятков разномастных автоматов, которые мы извлекли из месива земли, травы и тряпок, исправными оказались только одиннадцать. Еще у двух пулями разнесло приклады, но с ними можно было что-то придумать, остальные же имели повреждения разной степени тяжести – от незначительных до состояния «в хлам».

Еще нам перепало какое-то количество патронов и пара массивных затрапезных револьверов, напомнивших мне капитанский кольт, ныне лежащий где-то на оружейном складе.