Чтение онлайн

— Юрий Николаевич, — сказал я, — если не зайдём, то ты сам сказал, нам конец.

— Да. Куда не кинь, везде клин. У нас будет только одна попытка. Если промахнёмся, то каждый будет спасться сам. Даже шлюпки мы не спустим. Их сразу перевернёт и утопит.

Я смотрел вперёд. Вдалеке, впереди, видел то вспыхивающие лучи прожекторов балкера и корвета, то гаснущие. Это они переваливались через водяные валы-волны. В какой-то момент увидел, как один из прожекторов, светивший на остров, стал сокращаться. Это значило, что корабль стал двигаться к острову. Луч становился всё короче и короче и, наконец, исчез.

— Это корвет. — Сказал один из команды капитана, находившейся с нами в рубке. — Они зашли.

— Значит вход в залив близко. Приготовились.

Увидели, как впереди идущий балкер, который мы нагоняли, стал поворачивать нос к острову. Поворачивал он медленно. Всё верно, его тормозили волны и ветер. Мы шарили двумя прожекторами по острову, вернее по скальной гряде. Наконец, увидели. Скальная гряда, понизилась метров доя пятнадцати и резко обрывалась. Балкер пытался попасть туда, в тёмный проход, в котором вода кипела, как кипяток. Он шёл прямо на окончание этой гряды. Я понял, почему Андрей именно так делал. Ветер и волны сносили его. К моменту, когда балкер подойдёт к каменной гряде, его снесёт чуть южнее и у него будет шанс загнать такое большое судно в проход. Мы тоже, как и сухогруз нацелили прожекторы на проход. Вот нос корабля прошёл каменную стену, скрываясь за ней. Он шёл немного под углом. В его корму ударила волна. Корму стало разворачивать, стаскивая к южной части прохода. Мы все затаили дыхание.

— Мамочка, дай им пройти. Еже си на небеси, да всятится имя твое… — зашептала Ольга, держась за поручень. Балкер уже на половину зашёл в проход. Корму продолжало сносить южнее. Он медленно входил в проход всё больше и больше. Наконец, корма полностью скрылась за каменой грядой. Мы выдохнули.

— Ну всё, — произнёс Юрий Николаевич, — теперь наша очередь.

Ковчег, так же, как и до этого балкер, направил свой нос на северную оконечность скальной гряды. Мы подходили всё ближе и ближе, тоже идя немного под углом, как и сухогруз. Прожектор высветил южную оконечность прохода в залив. Она была ниже, чем северная. Примерно восемь — десять метров в высоту. Нос зашел в проход, на расстоянии чуть меньше, от ширины прохода. Корму под ударами волн и ветра стало сносить к югу. Всё повторялось, как и с сухогрузом. Капитан старался выровнять Ковчег. Я машинально глянул на левый борт. В окна. И замер. На нас надвигался огромный водяной вал. Выше предыдущих.

— Матерь божья! — Только и успел сдавлено произнести я. Смотрел на эту гору заворожённо.

— Твою душу! — Выругался капитан. — Девятый вал! Я думал это просто легенды. Полный ход все машины. — Скомандовал он сам себе. И выжал до упора от себя двойной рычаг на пульте управления кораблём. К рёву ветра, добавился и рёв разъярённой воды, словно этот океанский монстр взбесился, что упускает свою добычу. Мне казалось, что Ковчег слишком медленно движется. Левым крылом девятый вал, как назвал его Юрий Николаевич ударил в северный скальный берег острова. Что там происходило, я не видел. Мы далеко ушли от оконечности острова. Но волна там, скорее всего, разбилась о слишком высокий берег, потеряв свою разрушительную силу. Но остальное продолжало катиться на юг, обрушивая мощь своей ярости на западный берег. Я видел в вспышках молний, как огромная волна, высотой двадцать, а может и больше метров, бьётся в северную скальную гряду, защищающую залив, словно крепостная стена, взметаясь тоннами брызг вверх.

— Бля, утопит же нас тут всех. Размажет, как тараканов под тапком. — Ругнулся кто-то из находящихся в рубке. На какое-то время нас скрыло от набегавшего водяного монстра скалами. Ещё немного и мы проскочим. Мы успели отойти от северной оконечности прохода, как волна добежала до нас. Сначала мы увидели верхушку вала, которая поднялась над пятнадцатиметровыми скалами северной оконечности прохода.

— Трындец, не успели. — Выдохнул кто-то. Ольга вцепилась в меня.

— Марк! — Закричала она, глядя с ужасом на то, что поднялось над скальной грядой. Я обнял её и прижал к себе. Волна ударилась о скалы, взметнулась вверх. С такой же силой ударила и в южную часть прохода, тоже взрываясь тоннами брызг и перевалила через неё. В проходе, кипевшая вода резко поднялась, догнала нас и подхватив потащила в берегу, смещая на юг. На нас обрушился целый водопад. Мне показалось, что Ковчег застонал. Стоял скрежет и скрип железа. Услышал, как взвыли дизеля парома. Потом сильный удар в правый бок. Мы все, кто стоял, повалились на пол. Не спасло даже то, что мы держались. Ольга взвизгнула, но от меня так и не отцепилась. Мы упали с ней оба. Ковчег качнуло. Кто-то матерился так, что уши в трубочку сворачивались.

— На камни напоролись, что их всех! — Прохрипел капитан, поднимаясь. Но волна продолжала нести нас вперёд к противоположному берегу залива. Юрий Николаевич, поднявшись, потянул рычаг на панели на себя до упора.

— Задний ход, мать её! — Крикнул он. Слева по борту волна тащила балкер, тоже к берегу. Балкер начало разворачивать.

— Андрей! — Заорал Колосков в микрофон радио. — Приём! Ты что не видишь? Выправись и задний ход. Иначе вас о берег разобьёт!

— Да вижу я! — Прохрипел динамик. — Я пытаюсь. Балкер слишком не поворотливый, сука!

Я увидел корвет. Он развернулся носом к выходу из залива и пошёл на перерез балкеру, преодолевая набегающую волну. Нет, она не была такой же, как в океане. Но всё же её было много для этого залива. И с океана она продолжала вливаться. В этот момент динамик рации опять захрипел. Я услышал голос Георгича:

— Николаич, в грузовом отсеке вода.

— Твою мать! — Выругался Юрий Николаевич. — Там силовой отсек с двигателями. Если они встанут, тогда точно нам конец. Сейчас вода ринется обратно в океан, нас либо утащит за собой, либо бросит на скалы.

— Я нашёл пробоину. Нужна помощь.

Я схватил микрофон.

— Георгич, мы сейчас придём. — Переключил на громкое оповещение по всему кораблю: — Внимание, все мужчины, кто стоит на ногах. В борту пробоина. Вода поступает в грузовой отсек. Если затопит отсек с двигателями, все погибнем. Там ещё наша техника, боеприпасы и скот. Все, кто может вниз.

— Вы тоже все идите. — Велел своим помощникам и рулевому Колосов. — Я сам тут справлюсь. Марк, там внизу есть всё для заделки пробоины. Специальные пластыри и распорки. Главное заткнуть пробоину. Я сейчас включу насосы для откачки воды.

Ольга хотела со мной, даже заревела. Но я в приказном тоне велел ей остаться.

— Оля, надень спасжилет. Если у нас ничего не получится, будешь спасаться вплавь. Постарайся остаться живой, очень тебя прошу. Ради меня, ради нашего малыша.

Выскочил из рубки и кинулся в грузовой трюм по внутренним переходам. По лестницам уже бежали люди вниз. Ко мне присоединился Антон. У него голова была в крови.

— Ерунда, — махнул он рукой, — ударился, когда мы на камни наскочили.

Так же увидел Илью, Павла, Колю, Артёма. Вниз бежали и Стас с Василием. Их люди. Даже Киру увидел и Раду.

— А вы куда? — Крикнул им.

— Мы с вами. — Крикнула в ответ Кира.

— И даже не пытайся нас отправить наверх. — Добавила Рада.

В грузовой отсек прибежали и наши космонавты, без Марии.

Один из помощников Колосова, указал, где пластыри и распорки. Распорки были металлические, винтовые. Тут же лежали, брусья, кувалды и ещё что-то из инструментов. Народ хватал и тащил к пробоинам. Воды было по пояс.

— Сюда! — Кричал Георгич. — Две пробоины. Одна меньше, полметра в длину и сантиметров сорок в ширину. Вторая больше. Метра полтора в длину. И сантиметров восемьдесят в ширину. Быстрее.

Мы разделились. Нам досталась та, которая больше. Напор был такой, что сбивал с ног. Благо воды по пояс, и она продолжала прибывать. Кое-как подошли к ней, стали пытаться наложить пластырь. Из чего он был, я так и не понял, но помощник капитана крикнул, что именно он подходит хорошо, для наложения на пробоину с острыми и неровными краями. Мне было наплевать из чего он, главное закрыть дыру. Края, как раз были рваные, загнутые внутрь. Сумели наложить вчетвером один пластырь. Кто-то крикнул: